Чтение онлайн

Несмотря на наследство – деньги, дом в Саут-Бенд, собака Сисси, выселенная в будку на улицу, – Шелли, еще до того как была съедена последняя конфета из той коробки, вернулась к своим старым приемам. Складывалось ощущение, что удача лишь придала ей сил. Деньги, за которыми она охотилась всю свою жизнь, пришлись, конечно, очень кстати.

Но отказаться от старых игр?

Ни за что на свете.

То, что произошло в доме Мака в Саут-Бенд, из семейного горя быстро превратилось в выгодную возможность. Шелли использовала этот эпизод как повод для новых нападок на Рона. Они были невероятно жестокими и происходили постоянно. Однажды, когда Рон работал на огороде в Монахон-Лэндинг, Тори услышала, как мать кричит на него.

– Ты убил Мака! Ты убийца!

Рон попытался оправдаться, но она толкнула его в грязь и вернулась обратно в дом.

– Он убил Мака, – выкрикнула она, врываясь в дверь. – Я не собираюсь жить с убийцей!

Тори не знала, что и думать. Она считала, что Мак умер в результате несчастного случая. К тому же девочка не могла себе представить, чтобы Рон кого-то обидел. Ни за что на свете.

В другой раз они все втроем сидели на кухне. Тори занималась своими делами, а ее мать отчитывала Рона.

– Как бы ты себя чувствовал, если бы у тебя в доме жил убийца? – спросила она его.

Рон промолчал и только опустил глаза.

– Это отвратительно, – продолжала Шелли. – Мерзко. Ты убил Мака, Рон. Ты проклятый убийца.

Снова никакого ответа.

Тори не верила ни единому слову матери. Шелли наверняка чувствовала, что дочь не хочет считать Рона убийцей, поэтому использовала любую возможность, чтобы поднять при ней эту тему.

Но в тот раз произошло нечто странное. Рон вдруг согласился с Шелли.

– Да, ты права, – кивнул он. – Я его убил. Пожалуйста, не заявляй на меня.

Шелли повернула в его ране нож:

– Тогда не разочаровывай меня больше, Рон. Не смей, никогда. Я не хочу никому сообщать, но знай, что ты мне отвратителен. Ты убийца.

В другой раз мать, сидя с Тори за телевизором, сообщила ей свою версию того, что случилось в доме Мака в тот день, когда он умер.

– Он выпал из инвалидного кресла и сильно ударился головой. Рон стоял там и просто смотрел. Он специально тянул и не вызывал помощь. Рон – бесполезный червяк, Тори. Я знаю, что он тебе нравится, но подумай как следует. Он убийца! Он убил нашего Мака! А ведь Мак был тебе как дедушка.

По другой версии, которую также рассказала дочери Шелли, престарелый ветеран впал в кому, и Рон позволил ему умереть.

– Он позвонил мне только тогда, когда стало уже слишком поздно, – утверждала она. – Я называю это убийством, Тори. Да, именно так. От одного вида этого гаденыша мне становится плохо.

«Не называй Рона так», – подумала Тори, но вслух сказала:

– Я не знала об этом, мам.

Пока Шелли возмущалась поступком Рона и тем, что он якобы сотворил с Маком, сама она строила планы насчет нового наследства.

– Адвокаты полные придурки, – объясняла она Тори. – Я им скажу, что Сисси попала под машину и погибла. Но ты должна будешь подтвердить. Тут нет ничего серьезного. Но ты должна понимать, что это очень важно для нашей семьи.

– Ладно, мам, – сказала Тори. Она считала, что это немного странно, но не ужасно. В конце концов, ее мать в любом случае наследует этот дом. Шелли вытворяла немыслимые вещи с ней и с Роном, но она ничего не сделает собаке.

– Когда мы разберемся с домом и продадим его, – говорила Шелли, – у нас будет достаточно денег, чтобы переехать в Оук-Харбор и зажить нормальной семьей.

Для большинства детей это было бы идеальным осуществлением мечты. Но Тори думала только о том, как ругаются ее родители, стоит им сойтись вместе.

Жизнь под одной крышей станет сплошным кошмаром.

Хуже и быть не может.

19 марта 2002 года, спустя чуть больше месяца после смерти Мака и через девять месяцев после того, как Лара и Никки впервые подняли тревогу насчет исчезновения Кэти Лорено, Ларе Уотсон позвонил заместитель шерифа Джим Бергстром.

«Наконец-то», – подумала она.

Лара уже слышала, что пожилой мужчина, за которым ухаживала Шелли, скончался.

– Она убила его, – заявила Лара Бергстрому.

– Вы этого не знаете, – ответил он.

– Отравила, поспорить могу.

– Он был старый. И уже долго болел.

– А кто заботится о собаке? – спросила она.

– Шелли.

– Он оставил ей дом, – сказала Лара.

– Правильно. И она ухаживает за его собакой.

Лара стояла на своем:

– И наверняка травит ее тоже.

– С собакой все в порядке, – ответил заместитель шерифа. – Патрульные видели ее.

Лара продолжала: по ее мнению, Шелли убила Мака. Она уверена, что Шелли убила и Кэти тоже. Никки не лжет. Ни в коем случае.

– Я не понимаю, как вы там, в округе Пасифик, ведете дела, – заявила Лара в конце концов, – но это совершенно неправильно. Вы просто обязаны вмешаться. Должны выяснить, что произошло с Кэти Лорено. Вы говорили с Сэми?

Он сказал, что так и не смог ей дозвониться.

Но Лара ему не верила.

– Она каждые выходные приезжает в Реймонд! Потому что беспокоится за младшую сестру. Она ездит туда, чтобы проверить, все ли с Тори в порядке. Не бьют ли ее. Неужели для вас это пустой звук?

Заместитель шерифа Бергстром ответил, что все понимает, но что он может сделать? Сэми отказывается перезванивать ему.

Лара повесила трубку. Она не верила, что он хоть что-то предпринял.

Сэми продолжала втайне поддерживать отношения со старшей сестрой. Она защищала Никки перед Тори, когда Тори, со слов матери, утверждала, что та порочная и испорченная, но не переходя границ, – ей ней хотелось привлекать внимание к тому факту, что они по-прежнему общаются. Тори могла все рассказать. Ведь сама Сэми, к своему стыду, ябедничала на Никки и Шейна, когда они были детьми. Их мать прекрасно умела сначала выведать все детали, а потом еще и свалить вину на того, кто ей о них рассказал.

В мае 2002 года, через несколько недель после разговора Лары с Бергстромом, Сэми скрытно приехала в Сэнди, Орегон, чтобы присутствовать на свадьбе Никки в мини-отеле, принадлежавшем Ларе. Сэми была очень счастлива за сестру. Никки нашла прекрасного человека и жила той жизнью, о которой они в детстве и мечтать не могли.

Когда ее принуждали валяться в грязи.

Говорили, что из нее никогда ничего не выйдет.

Что никто не полюбит ее.

Сэми, которой по-прежнему больше всего на свете хотелось материнской любви, не могла согласиться с тем, что Шелли не было на свадьбе. Конечно, она понимала, по какой причине. Зачем Никки звать на свадьбу свою мучительницу?