Чтение онлайн

– Мелфочка! Девочка моя! Ай! Что же ты делаешь?!

– Послушай, милая девица!
– попыталась вступиться за меня Бестия.

– Уйди! Злыдня! Иначе сейчас узнаешь, как чужих мужей уводить!

Отважная черная драконша, не побоявшаяся черного мага и единорога, предпочла тихонько уйти.

Мелфа, продолжая вымещать скопившееся нервное напряжение. Пнула меня в бок.

– Хватит!
– я перехватил ее и сжал в лапах.
– Ты не так поняла!

– Все я так поняла, - она опустила глаза и обвисла как тряпочка.

– Девочка моя, ну что ты?! Мы просто прощались!
– но Мелфа слушать не желала, хотя и драться перестала, вновь впав в прострацию. Взяв супругу под мышку, чтобы не сбежала никуда, я отправился в убежище, чтобы найти хоть кого-нибудь, кто мог бы внятно объяснить, что же все-таки случилось. Пока мы ругались, все перестали суетиться и собрались в лаборатории. Зелиан усмирил фолианты и теперь жадно их листал. Грэйн величаво устроился в кресле, остальные пристроились кто где сумел.

– Дракон, где вы были?
– спросил герцог, обернувшись к нам.

– Жениться летали, - кажется, Ральф, Сверкалка и Бестия еще ничего не рассказали, так что вокруг нас стало много-много круглых глаз.

– Куда летали?
– переспросил Грэйн, справившись с собой.

Джета вскочила.

– Этот мерзкий дракон принудил тебя!
– воительница готова была ринуться на меня и порубить на кусочки, но Мелфа покачала головой, по-прежнему вися у меня под мышкой.

– Нет, я согласная была. И вообще! Не маши на чужих мужей всякими железками!

Опешившая воительница поспешила отойти.

– Как-то вы неожиданно, - вновь ожил Грэйн.

– А чего тянуть-то? Итак, что же все-таки случилось?

Герцог со вздохом развел руками.

– Маг, воспользовавшись всеобщей суматохой, сбежал. Мы все обыскали, но он как сквозь землю провалился.

– Да, это он умеет, - я почесал в затылке.
– Что же делать?

– Да ничего особенного мы сейчас сделать не сможем. Неизвестно где Мориан. Я предлагаю забрать все колдовские вещи мага и вернуться домой. Без своих колдовских книг и прочего, он будет не так силен, да и вашу свадьбу нужно отпраздновать.

Грэйн говорил дело. Да и не хотелось сейчас никого искать, хотелось свалиться куда-нибудь и не вставать как минимум лет сто.

– Ладно, - полетели.

Бестия, однако, с нами распрощалась, поздравив еще раз и сказав, что отправится домой.

До замка Роульфингов добрались как раз к полудню следующего дня. Переволновавшаяся и заждавшаяся Алия мигом организовала пир горой, узнав о свадьбе. Мне даже как-то неудобно стало.

Все нас поздравляли, пели хвалебные песни, поднимали кубки в нашу честь, но все равно пир был каким-то грустным. Кто-то как-то крикнул 'Горько', так на него зашикали. Наверное, все так огорчены побегом Мориана. Один Зелиан счастлив. Колдовские фолианты признали его за хозяина и теперь стайкой везде за ним бегали, вот и сейчас устроились вокруг него: кто-то под столом, пугая собак, выпрашивающих кости, кто-то забрался на скамью, потихоньку воруя еду со стола, а самый счастливый возлежал у алхимика на коленях, громко мурлыкая. Вдруг юноша вскочил, кажется, ему дела не было ни до праздника, ни до чего вообще.

– Уникальные зелья!

Сидевший рядом с алхимиком единорог вздрогнул, скосил глаза в книгу, пытаясь рассмотреть, что же там вычитал Зелиан, но книга поджала переплет, закрывая страницы.

– Что там?
– заинтересовался я.

– Ух! Здесь столько всего! И зелье, позволяющее не спать много ночей, и для ночного зрения, и для полетов, и для переворотов.

– Для приворотов?
– уточнила Джета.

– Нет, для переворотов. Чтобы превращаться в кого-нибудь.

Сердце у меня гулко стукнуло, я посмотрел на грустную Мелфу.

– А что за зелье?
– нарочито равнодушно спросил я. Превратиться в человека, чтобы быть с моей девочкой! Глаза затуманились мечтами, но пришлось брать себя в руки.

– Преворотное зелье, - алхимик прочитал перечень ингредиентов. Ничего сложного, даже никаких мозгов дракона.
– На одно существо действует только один раз, - закончил он.

Я сник. Размечтался!

– Тут еще много всего!
– Зелиан радостно листал книгу, остальные ревниво царапали его переплетами по ногам.

Стало еще грустнее, чтобы хоть как-то поднять настроение, я плеснул себе вина. Так, немножко совсем, полбочонка, потом допил этот бочонок, раскупорил следующий...

Голова гудела. Ну и набрался же я вчера! Да, а где это я?! С трудом приоткрыв глаза, я понял, что нахожусь в своей родной пещерке, под боком, свернувшись в клубок, сопела Мелфа. Я нежно посмотрел на жену и тут увидел надпись на стене, сделанную углем.

'Счастливой брачной ночи, Дракон!'

Отпечатки копыт под стеной не оставляли сомнений в том, кто был автором надписи. Вот негодяй однорогий! Подожди, я еще доберусь до тебя!

Но я все же дома! Несмотря на головную боль, на душе стало легко и спокойно, я поднялся, стараясь не разбудить Мелфу, и отправился на улицу, освежиться. Пить хотелось страшно. Вид родных мест согрел душу, так что я даже на некоторое время забыл о пустыне у меня внутри. Горы, леса, поля покрывал чистый белый снег. Хорошо! Выдохнув так, что струей пара с камня смело какую-то птичку, я нырнул в сугроб. Ух, как пробирает! Накатавшись и наглотавшись замороженной воды, я принялся хлопотать по хозяйству. Надо дров набрать, чтобы растопить очаг, ведь Мелфа не умеет впадать в зимнюю спячку, ей греться нужно. Опять же и о пропитании не мешает позаботиться. Кое-что, я заметил, нам дали в замке: возле стены лежали свертки, от которых доносился аромат еды.

За дровами пришлось спускаться к лесу, там же я завалил зазевавшегося лося. Взвалив на себя парочку древесных стволов и лосиную тушу, я взобрался к пещере. Лапы подгибались под весом, колени дрожали, в ушах шумело. Сбросив все у входа, я растянулся на земле, чтобы немного отдышаться, но меня тут же кто-то схватил, сжал так, что ребра затрещали, а дыхание перехватило.

– Сыночек! Маленький мой!

– Мама!
– с трудом прохрипел я. Внутри все сжалось от ужаса. За суетой последних событий я перестал считать дни, да и вообще забыл о прилете родителей.

– Да, солнышко мое ненаглядное!
– мама продолжала меня обнимать, но уже не так крепко, поглаживая крыльями и разглядывая.

Мне было приятно. Как я все-таки по ней соскучился! Хотелось забиться под материнское крыло и ни о чем не думать. Мамуля ничуть не изменилась, разве что еще больше похорошела: добавив в росте и весе, а шипы на спине и шее приобрели легкий перламутрово-розовый оттенок. Я бы продолжал и дальше нежиться в маминых объятьях, но натолкнулся на насмешливый взгляд брата и постарался высвободиться. Но не тут-то было, лапы вновь сжались на моих ребрах.