Чтение онлайн

В зале было пусто. Вернее — почти пусто. Только на самом крайнем столике, том, что ближе всего к «техасским окнам», стояли две миски с жаренными колбасками и две деревянные кружки, наполненных хмельным элем.

— Здарово Геби, — махнул рукой Эрик, приветливый по жизни вышибала.

— Как жизнь? — осведомился Трой, второй вышибала, нос которого был перебит ровно столько раз, сколько лет этим заведением владеет старший Дамблдор.

— Жизнь зимой? — усмехнулся слизеринец, пожимая руки знаомцам.

Наверно вы удивитесь, но в свои пятнадцать лет Ланс выглядел на все двадцать. Ну а вдобавок к этому, он всю свою жизнь подвергался самым разным физическим испытаниям, а потом еще и стал заниматься в берлоге. В общем, не удивительно что ладони вышибал и Геба были почти одинаково размера, за небольшим превосходством первых, но им положено по статусу.

— Какой-то ты закушенный, — покачал головой по сути весьма добродушный Эрик.

— Бабу тебе надо Геб, — поддакнул Трой.

— Или билет в первый класс до Гавайских островов, — мечтательно протянул волшебник из Скэри-сквера. — Абефорт...

— Уже ждет тебя, — мохнул рукой обладатель красноречивого носа, указывая за длинную стойку.

Там уже действительно стоял старик. Он был крупный, широкоплечий и, понятное дело, бородатый. Но эта борода была вовсе не такой как у Альбуса, о нет, это была обычная деревенская борода, совсем как у того же Хагрида.

Проныра, сняв пальто и ушанку и повесив их на услужливую оживленную вешалку, напоминающую своими поклонами один красивый Диснеевский мультфильм, прошел к стойке. Он уселся на высокий стул, положил на стол несколько монет и устало сказал:

— Виски и закушать.

Абефорт, закончив протирать стакан, закинул полотенце за плечо и достал бутылку. Он налил парню ровно на три пальца, а потом поставил тарелку. На ней лежали свиные ребрышки с пылу с жару и жаренная картошка, заманчиво хрустящая золотистой корочкой.

— С утра пить в твои годы...

— Зимой утра не бывает, — отмахнулся волшебник.

Он, чуть ли не захлебываясь слюной, набросился на горячую еду, а когда первый голод был утолен, то разве что не залпом осушил стакан. Абефорт поднял бутылку, намереваясь налить еще, но Ланс закрыл стакан ладонью. Бармен пожал плечами и убрал емкость. В конце концов Проныра не был алкоголиком, он лишь хотел согреться. Да, Геб не любил зиму.

— Твоя правда. В этом году обещали Норвежские бураны и ветер.

— Чтобясдох, — скороговоркой прошипел Ланс. Если так вообще возможно.

— Как школа?

— Как и всегда, — ответил юноша, навернув очередную порцию картошки и запив это дело апельсиновым соком. Какое бы ни было время года, но у Абефорта всегда в наличии этот оранжевый напиток. — Разве что Снейп зверствует.

— Он всегда зверствует, — философски заметил бармен.

— Сейчас больше обычного. Да еще и Каркаров буги-вуги жарит. Своих запер на корабле и выпускает лишь на обед и ужин. Завтраки им эльфы приносят.

— Мне б че эльфы принесли, — пробурчал Абефорт. — А братишка мой как?

— Сам пойди и спроси у него.

— Боюсь вместо вопросов, разобью ему е... лицо.

— Тогда чего интересуешься?

Бармен устало сверкнул глазами, совсем как его младший родственник, а потом отвернулся к старой, покрытой паутиной фотографии. Они была обычной — магловской, висела здесь на стене, но различить на ней что-либо было невозможно. Только отсверки лиц двух детей.

— Он мне брат все же — единственная семья, — вздохнул Абефорт. — Впрочем, сейчас не об этом. Я тебя, вообще-то, по делу звал.

— Да я понял что не чаи гонять, — Ланс утер губы дешевой бумажной салфеткой, а потом вывалил на стол золотой, несколько серебрушек и десяток медях. — Твои доля с палочки.

Бармен выпал в осадок, а потом, вспомнив инцидент с дилером, кивнул и убрал деньги в стакан, стоявший в выдвижной ящике стойки.

— Это все? — поинтересовался Ланс.

Не то чтобы он не любил этого старика, даже наоборот — он был ему очень приятен, но по сути «Кабанья голова» была очень опасным местом. Абефорт, если кто не знал, когда-то был очень крупным криминальным авторитетом Магической Британии. Сейчас же он был просто авторитетом, причем — во всех смыслах этого слова.

Вести с ним дела нужно было четко, строго и с понятием, иначе либо без штанов останешься, либо без пальцев. А Ланс, как мы знаем, хотел отдалиться от всего криминального. В конце концов, такова была последняя воля его учителя и просто смешного старичка — сэра Филиуса Флитвика. Да и чего лукавить — Гебу были дороги и его штаны и его пальцы. Последние даже больше чем штаны.

— Нет, — покачал головой бармен.

— Я в завязке. Не ворую, не бью, не вынюхиваю, не навожу, не узнаю, не цепляю, не подцепляю.

— А я честный бармен и дряхлый старик.

— Сэр, как вы разговариваете с балериной Большого Театра?

Абефорт смерил паренька взглядом, а потом усмехнулся в свою бороду.

— Долго будем зубоскалить?

— У меня настроение подходящее, — пожал плечами Ланс, грызя очередное ребрышко.

— Ладно, уел, наглое ты молодое поколение. Дело к тебе настолько законное, насколько вообще что-либо может быть законным.

Ланс подумал, а потом мысленно махнул рукой. Дамблдор старший врать не станет, не в его правилах.

— Излагай. Я весь во внимании.

— Слышал ты музицируешь, причем по отзывам — разве что не как ангел. Причем то ли новорожденный, то ли недавно падший.

— И?

— У меня по зиме всегда прибыль большая, порой до пятидесяти золотом за вечер.

— Не улавливаю.

Абефорт сверкнул своими темными, почти черными, карими глазами и снова начал протирать стакан.

— Жадность, малец, жадность. Люди всегда больше хотят.

— Так ты хочешь...

— Чтобы ты играл по вечерам пятницы у меня в баре.

Ланс положил локти на стол, сцепил пальцы мостиком и уложил на них подбородок. Предложение, конечно, было заманчивым. Нет, публики Гебу хватало и в замке, но там всегда одни и те же лица, просящие одни и те же композиции, а здесь — «новые горизонты». Решение было простым.

— Мои — двадцать процентов от пятничной выручки.

Абефорт крякнул и чуть не выронил стакан.

— А тебе хо-хо не ху-ху? Семь процентов.

— С моим хо-хо все прекрасно. Восемнадцать процентов.

— Разжиреешь на дармовых монетах — играть не сможешь, девять процентов и бесплатный ужин.