Чтение онлайн

— Молодой человек, вы не могли бы не хрустеть? — прошипел сидевший рядом мужик.

Геб оглянулся и увидел, что в ближайшем окружении только он с попкорном.

— Не мог бы, — обрубил он.

Мужчина, подгоняемый женой, еще некоторое время распылялся на тему хамящей и невоспитанной молодежи, но Геб его не слушал. Юного волшебника полностью затянуло кино.

*

Сеанс шел примерно полтора часа, и Проныра даже не успел понять, когда закончился показ. Просто в какой-то момент история закончилась, зажегся свет, и надо было уходить. Герберт, покидая зал, чувствовал себя странно. Это простая и незатейливая экранизация древней, как мир, сказки полностью захватила его. Там были изумительные краски, смех и замечательная музыка. Но что больше всего поразило парнишку, так это Бель. Ведь если есть на свете, пусть и выдуманная, но есть — девушка, которая может полюбить, несмотря на клыки, рога, шерсть и хвост, то, может быть, где-нибудь, хоть где-нибудь, найдется и такая, которую Геб будет интересовать не как плюшевая игрушка или как голубоглазый красавец, а просто как Герберт Ланс, волшебник из Скэри-сквер.

Выйдя из кинотеатра, парнишка немного постоял на улице, а потом развернулся на сто восемьдесят. Он вновь подошел к кассиру и под гнусные смешки прыщавого парня, сказал:

— Мне один билет на мультфильм.

— Что, все проспал, ничего не запомнил? — хмыкнул сидевший в будке юноша. — Давай один фунт.

И вновь Ланс распрощался со звонкой монетой.

— А тебе везет. То же место, тот же ряд.

Заполучив билетик, Ланс заспешил внутрь.

*

Еще ни один, не два, и даже не три раза Герберт покупал билет, попкорн и спешил в зал. Всегда на одно и то же место, на один и тот же ряд. И каждый раз он ждал, когда заиграет музыка, запоет девушка и, что смешно, чайник. В маленьком кинотеатре сегодня шел только один — премьерный показ. Мультфильм крутили постоянно, и каждый раз зал был полон народу. Но Геба это не волновало, не волновали и смешки кассира, продавщицы у стойки и контролерши у входа. Он просто заходил в зал, садился в кресло и погружался в нечто нереальное, куда более волшебное, чем весь Хогвартс со своим колдовством.

И все же закончился последний сеанс, и пришлось покинуть заведение. Городские часы показывали полпервого-ночи, а улица уже давно закуталась в темный саван, еле пронизываемый светом фонарей. Геб, перехватив футляр и поправив сумку, поплелся вниз по улице, направляясь к шоссе. В домах горел свет, а также виднелись смутные силуэты, сидевшие вокруг домов. Изредка вдалеке слышался какой-нибудь смешливый девичий крик, лай пса или визг клаксона. Мальчику нравились эти ночные звуки, они были ему роднее, чем топот ног по живым лестницам, шуршание мантий о древний каменный пол или скрип перьев.

Ланс свернул на углу, и стал спускаться под откос. На одном из заборов сидел пушистый черный кот. Он лениво приоткрыл правый глаз и вгляделся в мальчика, бредущего по улице. Хвостатый вдруг зевнул и протяжно мяукнул. Геб рассмеялся и мяукнул в ответ. Кот посмотрел на человека, как на больное разумом создание, фыркнул и спрыгнул вниз, скрываясь во дворе. Парень закинул руки за голову и, насмешливо чеканя шаг, стал насвистывать одну их любых мелодий бессмертного Боба Марлей.

— Молодой человек, — окликнули сзади.

Парень повернулся и внутренне собрался. Из-за поворота показались два фараона с фонариками и в синей форме.

— Молодой человек, что вы делаете на улице без родителей после наступления комендантского часа?

Герберт чуть рукой себя по лбу не хлопнул. Для несовершеннолетних в большинстве стран Европы, в том числе и в Британии, действует жесткий закон. После десяти часов без ответственного лица ни шагу из дома. Мол, это должно уменьшить уровень детской преступности. Ну-ну. Скажите это жителям Скэри-сквера, да и всего Лондона. Как бегали от полицаев, так и бегают.

— Я из больницы, — резко нашелся парень. — Бабушку проведывал. Плохо ей.

— А как зовут бабушку? — поинтересовался подошедший к нему коп.

Фараоны словно с экрана комедии сошли. Один был высокий и худой, как тростник, а второй — низкий и толстый, словно пивной бочонок.

— Мария, э-э-э, Роза Мария.

— Роза Мария говоришь? Терри, ты слышал что-нибудь о том, чтобы в больницу поступала старушка с таким именем?

— Нет. Я, если честно, про такую вообще не слышал. А ведь живу здесь от рождения.

Фараоны подошли совсем близко и засветили фонариком в лицо волшебнику. Тот зажмурился и прикрылся рукой.

— Эка, малой, — сказал толстый, — да я и тебя в первый раз вижу.

— Молодой человек, пройдемте с нами.

— «Попал», — мысленно вздохнул Геб, а вслух сказал: — Хорошо.

Копы расслабились. Зря. В тот же миг мальчик со всей силы умело пнул тощего под колено. Фараон взвыл подбитой собакой и запрыгал на одной ноге, вскоре и вовсе рухнув на колени. Толстый мигом обнажил дубинку, но он был практически одного роста с Гебом. Именно поэтому парнишка, не растерявшись, в стиле Чака Норриса ударил ногой с разворота. Удар получился отменным. Фараона, словно тараном, снесло к забору. Видимо, сказалось то, что к ускорению и инерции прибавился еще и вес гитары, висевшей за плечом.

В тот же миг парнишка сорвался с места и понеся вниз по улице. Он бежал и не мог сдержать смеха, вспоминая, как лихо уделал фараонов. А эта вертушка... Кому расскажешь — не поверят. Ланс скорее инстинктивно, на одних рефлексах, петлял по улочкам, сворачивая в самые узкие и тесные проулки; он избегал фонарей и крался среди заборов. Он бежал за скользящими машинами, а порой застывал за углом высокого дома. Но, сколько бы он не оборачивался, не ждал и не искал, ни копов, ни их машины так и не показалось. Либо полицаи прийти в себя не могут, либо деревенским, по большому счету, нет дела до столь ретивых «преступников».

Проныра остановился лишь у шоссе, оставив за спиной столбик с названием города и количеством жителей. Парень посмотрел на палочку, заткнутую за пояс, потом на лес и снова на палочку. Да, он, конечно же, мог снова вызвать этот Ночной Рыцарь и за пару мгновений добраться до Норы, но это было бы... скучно. Да-да, совсем скучно и безынтересно. А вот пересечь ночной лес, продираясь к цели, — это было захватывающе. В мальчике проснулся, как это называют бывалые авантюристы, «дух охоты». Поправив бандану, Геб, нисколько не боясь, нырнул в кустарник.

Ночной лес нисколько не пугал мальчика. Здесь было достаточно светло благодаря ярко сверкающей луне и пылающим равнодушным пламенем звездам. Герберт шел по тропинке, как ему почему-то казалось, ведущей к долине, где стоял волшебный дом. Ланс не боялся далеких туманных шорохов опасно щекочущих слух, не боялся и треска веток совсем рядом, уханья сов и далекой призрачной волчьей песни. Он просто шел, насвистывая мелодию о трех птичках, прилетевших на утренний порог, и о том, что все проблемы когда-нибудь исчезнут, и поэтому не стоит грустить.

В какой-то момент Герберт перестал замечать время, просто бредя по тропинке, иногда перепрыгивая овраги или какую-нибудь высокую корягу. Но все же день был довольно насыщенный, и вскоре его стало нещадно клонить в сон. Возможно, вы подумаете, что Проныра сошел сума, но, уверяю вас, пока еще нет. И все же, парень, будто не замечая, что он в густой чаще, просто прислонился к дереву, поставил перед собой футляр, обняв его руками, и закрыл глаза. Сон настиг его моментально, унося в мир, где в самых темных замках живут самые прекрасные сказки.