Чтение онлайн

Но я не стала этого делать, потому что благодаря болезненному опыту знала, что, если я что-то скажу, это лишь приведет к обратному результату.

Ничто не подталкивает двух людей друг к другу сильнее, чем синдром Ромео и Джульетты, вызванный тем, что они считают, будто весь мир против них.

Именно в такие моменты, сходство между Рене и моей сестрой было настолько мучительным, что у меня перехватывало дыхание.

Когда-то я осуждающе насмехалась и дорого за это заплатила. Лицемерное разочарование никуда меня не привело.

Так что я обуздала свой гнев, и послала подруге улыбку, которую она нерешительно вернула, прежде чем я ушла в свою комнату делать домашнюю работу.

Шли дни, и мои отношения с Рене зашли в тупик. Она по-прежнему была со своим придурком-парнем, и я ничего не могла с этим поделать.

Но на данный момент, мне следует сосредоточить свои силы на другом.

Сегодня состоится первая встреча группы поддержки наркозависимых. Я прочитала учебные программы и методики, пытаясь найти наилучший подход для упрощения проведения встреч. Когда я не могу справиться с чем-то на эмоциональном уровне, мне всегда легче окружить себя достоверными фактами.

Я знаю, что мне будет непросто, существует возможность, что это всколыхнет болезненные воспоминания, которые лучше было бы оставить в покое. Но я обязана и полна решимости сделать это в любом случае. По сути, только я ответственна за то, куда движется моя жизнь, и это было именно то, что я хочу с ней сделать.

Я поморщилась в ответ на вопрос Кристи.

— Хитрые маленькие ублюдки, — ответила я, переставляя стулья, пока меня не удовлетворило то, как они стоят. Закончив, я присоединилась к Кристи за столом и достала маффины и печенье из продуктовой сумки, стоящей на полу.

Кристи протянула руку, показывая три пальца, залепленные лейкопластырем.

— Я получила от них на прошлой неделе. Эти стулья беспощадны, — пошутила она. Кристи под сорок, и она руководит программой лечения центра наркотической зависимости в городе. Вокруг нее какая-то непритязательная атмосфера, которая одновременно и расслабляет, и привлекает. У нее вьющиеся черные волосы, зеленые глаза, скрытые затемненными очками, и она образец располагающего к доверию воспитателя. Я прекрасно понимаю, почему людям комфортно говорить с ней о своих проблемах. Не в ее характере осуждать других, а еще у нее успокаивающий голос. Она мне сразу же понравилась.

И это хорошо, особенно с учетом того, что нам вместе с ней вести эту группу в течение следующих двенадцати недель.

— Давай просмотрим учебный материал для сегодняшней группы. Как я говорила тебе по телефону на прошлой неделе, я не жду многого от тебя сегодня. Просто наблюдай, знакомься с участниками группы, прочувствуй, как все это работает. Сегодня будет просто ознакомительное занятие. Мы все просто «познакомимся» друг с другом. Хотя будь готова к неподдающимся личностям. Не все приходят добровольно, и всегда есть несколько человек, которые будут вести себя как задницы, — говорит Кристи, вытаскивая записную книжку из своей сумки.

Я села рядом с ней, когда она начала листать страницы.

— Правда? Я думала, эти люди придут, потому что хотят помощи, — сказала я в замешательстве. Кристи добродушно рассмеялась.

— Хотелось бы. Это сделало бы мою работу намного проще. Но нет, некоторые из этих людей здесь по постановлению суда за хранение наркотиков, обычное мелкое преступление. Некоторые из них отбывают наказание впервые; другие в системе уже не первый раз. Всегда надеешься, что они поймут что-то из того, чему мы пытаемся их научить, но должна признаться, что не настолько наивна, — отвечает она, протягивая мне пачку бейджиков.

— Вау, это звучит довольно заезжено, Кристи, — поддразнила я. Кристи хихикнула.

— Я веду эту группу почти пять лет. Я всегда буду надеяться, что добьюсь положительных результатов, но я всего лишь человек. И я видела слишком многих людей, которые закончили на дне, чтобы верить, что у меня получится что-то изменить. Но мы продолжаем двигаться вперед, потому что сдаваться — не выход, — глубокомысленно говорит она. Мне нечего добавить. Я понимаю, каково это чувствовать себя измученной, но я полна решимости продолжать надеяться.

— Они все учатся в университет Лонгвуда? — спросила я. Кристи кивнула.

— Эта группа для студентов. Я так же веду еще несколько групп в городе. Но мы держим эту группу отдельно, и только для студентов этого колледжа. Эти ребята должны решить проблемы, сильно отличающиеся от проблем тех наркоманов, которых я вижу на других встречах. Напряжение, ожидания, неудачи университетской жизни идут рука об руку с их пагубными пристрастиями. Я кивнула.

Кристи написала свое имя на одном из бейджиков и, вытащив его из пачки, прицепила на свою блузку. Я последовала ее примеру, затем разложила бейджики и ручки на каждый стул. Я очень смутно представляла себе, чего можно ожидать от группы.

Имея наркома в семье, становишься непосредственным участником этой особенной, обреченной на провал, борьбы.

Тем не менее… я ждала со страхом.

И все это имеет отношение к одной ночи три года назад. Отчаянный телефонный звонок посреди ночи, который я быстро отклонила как несущественный. Затем последовали дни, когда мне было страшно и я чувствовала себя виноватой, после того как моя пятнадцатилетняя сестра Джейми так и не вернулась домой, и осознание того, что ее телефонный звонок, в конце концов, был очень важным. А спустя несколько дней утром я открыла дверь и обнаружила на пороге нашего дома двух полицейских. На их лицах застыло сочувственное выражение, когда они сообщали нам, что Джейми была найдена мертвой на какой-то жуткой аллее. Замерзшая и в полном одиночестве. Именно в тот момент все, что я знала, весь мой мир, перевернулся с ног на голову.

Сначала я с трудом справлялась со своим горем. Я ругала и упрекала себя. Моя вина съедала меня живьем. Родители винили меня за то, что я не уберегла младшую сестру. Я винила себя за то, что провела столько времени что-то из себя воображая, и не замечала, что происходило на самом деле.

В последствие мои отношения с родителями ухудшились, и сейчас мы почти не общаемся. Моей целью стало найти способ собрать воедино осколки внутри меня, и жить жизнью, в которой есть смысл. Часть меня убеждена, что, помогая другим людям, мне каким-то образом удастся начать двигаться дальше, оставив ощущение опустошения в прошлом.

Так что я приехала сюда, пытаясь сбежать и сосредоточиться на том, чтобы стать консультантом по наркозависимости. Университет Лонгвуда находится достаточно далеко от моего родного города в Северной Каролине, и порой кажется, что я на другой планете. Хотя и не настолько далеко, чтобы я могла действительно сбежать от того, что тогда произошло. Потому что мне нужно ежедневное напоминание. Мотивация. Что-нибудь, что будет вытаскивать меня из постели каждое чертово утро.