Не кусайтесь, господин ректор!
Шрифт:
— А… а… подожди, куда, это не так работает! — шебуршу и извиваюсь, но меня не слушают. Вносят в спальню и укладывают на кровать.
— Спать! — звучит жесткий приказ, и меня закутывают сразу в два одеяла. — И только попробуй куда-то исчезнуть без меня, найду — в узел завяжу. Понятно? — на меня смотрят два требовательных властных глаза.
Икаю.
— Я спросил, понятно?!
— Угум, — выдыхаю, зарывшись в одеяло по самые глаза.
— Что тебе понятно?
— Что из одеяла до утра не выползать.
— Не из одеяла, а из этой комнаты. И не до утра, а до моего прихода. Еще раз!
— Из этой комнаты до твоего прихода не выползать, — невнятно шебуршу из-под одеяла.
— Применительно к себе!
— Я из этой комнаты до твоего прихода никуда не выползу, — послушно исполняю.
— Ну вроде всё учел, — бормочет Андриан, затем отстраняется, разворачивается и широкими шагами направляется в сторону выхода.
— Стой, а что там с красными? — спохватываюсь, когда он уже протягивает руку к двери.
— Ловим, — звучит лаконичное, и дракон почти скрывается за резко распахнувшейся дверью, но вдруг на секунду замедляется и тихо повторяет: — я люблю тебя.
Дверь закрывается.
Уф-уф-пуф!
В этот раз Андриан был настолько убедителен, что даже выпутаться из двух одеял я не рискнула, не говоря уж о попытке снова куда-нибудь сбежать. Да и бегать у меня, честно говоря, сил уже никаких не осталось, поэтому вместо того, чтобы выискивать пути отступления, в край деморализованная я просто повернулась на бок и уже через секунду спала сном подстреленного суслика.
Но змеиные инстинкты, привыкшие к коварству окружения, будили меня даже когда некие младшие от природы личности крались ночью к запасам печенек мимо моей двери, что уж говорить об улегшемся рядом несанкционированном теле.
Приоткрываю один глаз.
Темно.
— Прости, не хотел тебя разбудить, — кается тихим шепотом улегшийся рядом поверх одеяла Андриан, — ты так крепко спала, что я и не думал, что потревожу твой сон.
Смысл держать глаз открытым, если всё равно ничего не видно?
Закрываю. И тут же уплываю в сон обратно.
Но чужая рука, внезапно начавшая перебирать мои волосы и теплое дыхание, касающееся макушки, уснуть до конца всё никак не давали.
— Андриан, не мешай, — шиплю недовольно, пытаясь сбросить с себя его руку.
— Вообще-то это ты ко мне переползла, — звучит насмешливое.
Снова приоткрываю один глаз.
По-прежнему темно. Но значительно более твердо и подвижно, чем когда я приоткрывала глаз в последний раз.
Так, а что я делаю верхом на драконе? Я же только на лошадях умею кататься, на Андриане мне в прошлый раз не понравилось, да.
Делаю попытку отползти обратно, но не дают, крепко прижимают к себе.
— Я могу нечаянно укусить во сне, — сразу начинаю переговоры по освобождению, — а так как это сон, могу и с ядом укусить.
— А предотвратить это как-нибудь можно? — тяжело вздыхают мне во всю ту же макушку, обнимая лишь крепче.
Задумываюсь. Сонные мысли в голове едва копошатся и всё никак не могут занять свои рабочие места.
— Я буду шипеть, — не очень уверенно предполагаю, — но это не точно. Но если буду — сразу беги.
— Весело, — очередной мученический вздох, — хоть противоядие то от тебя есть, чудовище?
— Есть, но строго секретно, — зеваю, смиряясь и устраиваясь на теплом плече поудобнее, — поэтому я тебе его не дам.
Полное скорби молчание в ответ длилось так долго, что я едва не уснула снова.
— Знаешь, — звучит наконец, — мне уже кажется, что побеги змей от влюбленных в них мужчин, самый милосердный поступок, который только совершали существа в этом мире.
— Рада, что ты полностью осознаешь ситуацию, — журчу и снова зеваю, с трудом удержавшись от того, чтобы игриво своего огнедышащего не куснуть. Но это как-то неприлично, я же не шипела.
— Астра? — снова звучит через некоторое время.
Показательно шиплю.
Молчание.
— Ну что? — не выдерживаю интриги любопытства.
— А у вас матриархат?
Давлюсь очередным зевком, и даже глаз второй открылся.
— С чего ты взял? — фыркаю.
— Так показалось.
— Тебе показалось.
Осознав, что на плече все-таки спать неудобно, приподнимаюсь, нашариваю подушку, придавливаю ей Андриана и кладу голову. Да, вот так совсем хорошо!
— Но у вас женщины явно не на вторых ролях, — Андриан своему прижатому подушкой положению даже не воспротивился, видимо, в режиме реального времени планируя, что спать мы в нашей семейной жизни все-таки будем отдельно.
— Анри, у нас в принципе одни женщины, а никакой мужчина со стороны змеиное общество до конца не поймет, вот и приходится нам брать на себя большую часть забот о самих себе. Но в семье у нас кто громче аргументирует, тот и главный, — задумываюсь на секундочку. — Я бы сказала, что в нашей семье главный папа, но на самом деле если выбирать между мамой и папой, то главная у нас в семье бабушка.
— Понятно. То есть у вас равноправие?
— Я бы сказала, что у нас анархия.
— Но вопросы, связанные со змеиной частью семьи, решают исключительно змеи, я правильно понял?
— В теории. Но по факту, кто первый ребенка увидел, тот и воспитывает.
— При рождении?
— Нет, в процессе жизни.
В этот раз молчание было еще более долгим, лишь длинные пальцы снова перебирали мои волосы.
— Астра, а как понять, кто родится у змей от представителей других рас? Почему у твоего отца две дочки-змеи, а у моих родителей родились я и брат?
— Ты там уже генеалогическое древо планируешь? — сдавленно ворчу.
— Ответь.
Вздыхаю.
— Это более сложный вопрос, чем все остальные. Известно только, что от демонов, как от близкой нам по крови расы, рождаются почти всегда только девочки-змейки. С оборотнями та же история. От эльфов у нас тоже эльфы не рождаются, но черты отца явно передаются ребенку. Посмотри на мою маму — и внешне, и внутренне она скорее эльфийка, чем змея. А с драконами… всё сложно.
— Как именно сложно?
— Давай я потом тебе как-нибудь расскажу? — быстренько проговариваю и сразу же иду в нападение. — А что там с красными змеями, ты так и не рассказал? Как ты нашел меня и что сделал с нападавшими?
Андриан мстительно усмехается.
— Ты мне тоже много чего не говоришь. Вот, почувствуй себя на моем месте.
Ах так?
Резко сажусь.
— У меня есть свои методы выпытывать правду, — коварно шепчу, резким движением захватывая его руки и обездвиживая простеньким заклинанием, разбавленным змеиной магией, чтобы Андриану было сложнее его распутать.