Не кусайтесь, господин ректор!
Шрифт:
— Вкусненько, — подтверждаю кивком, поглаживая заволновавшуюся лавочку, которая наверняка решила, что я вот-вот ее брошу.
— А сюда как заползла?
Гордо пускаю пузырики. Не говорить же, что его пыталась найти, а потом загрустила по дороге.
— Не важно! — наконец выговариваю. — Всё, что ни делается, всё к лучшему. Зато мы с лавочкой нашли друг друга. А ты обещал мне два часа развлечений, имей совесть!
— Да я в общем-то и не собирался тебя забирать, — Андриан, прислонившись к дверному косяку, снова весело усмехается, — просто выполняю свои ректорские обязанности.
— Это какие такие?
— Это как у пастуха, только ректорские, — улыбка становится донельзя широкой, — вот, собираю отбившихся.
— А змеи не стадные животные, мы в косяке не буль… не плаваем, — пафосно журчу, чувствуя незримую поддержку лавочки.
— Да-да, я уже понял, — Андриан вдруг тоже резко отрывается от косяка, но дверного, и стремительно подходит ко мне, — однако, уверен, что ты не захочешь пропустить оставшуюся часть веселья, так что давай-ка плыви, рыба моя, по направлению основного потока, — меня легко отрывают от лавочки и тащат в коридор.
— Но лавочке так одиноко! — протестую.
— Ничего, вот накосячит сегодня ваш косяк, отправлю ей кого-нибудь для поднятия настроения. Кстати, как ты умудрилась попасть в подвалы, вы же от них метрах в двухстах были?
— Пути географические мне не подвластны, — грустно шуршу, разводя руками. Вернее, одной рукой, вторую держит Андриан.
— Ясно. Вот там за поворотом твои рыбы плавают, иди резвись, — спустя пару минут ходьбы говорят мне. А потом вдруг резко разворачивают к себе лицом. — Повернуть то сама сможешь?
Синие глаза требовательно уставились в мои, но увы, я ничем не могла их обрадовать.
— Буль, — смиренно говорю, снова начиная замечать, какая же мне попалась красивая булочка. В смысле курочка. В смысле… Крыльями раз-раз… Дракон. Да.
— Астра, ты меня пугаешь, — говорят почти растаявшей от умиления мне, — у тебя какая-то стабильно сильная реакция на алкогольсодержащие напитки.
— Ну буль, — всё, что могу на это сказать.
А потом вдруг как чмокают Андриана в нос!
Я сама не ожидала, честно!
Андриан моргает.
Снова чмокаю!
Нет, ну это же должно как-то контролироваться!
— Так, не начинай, — ворчливо говорят мне, отстраняясь, но почему-то тоже чмокая меня в макушку, — иначе свой первый академический бал ты так и не отпразднуешь по-хорошему. Иди давай, — меня подталкивают куда-то, где должен быть поворот, а затем исчезают в открывшемся портале.
Иду.
Иду.
Не иду, стена.
Так… Нужно повернуть… Раз нужно повернуть, значит, где-то у меня должен быть поворотник, да.
— Астра, вот ты где!! — меня вдруг находят неизвестные личности и поворачивают без поворотника. — Ого, как тебя развезло… Ну да ничего, мы тебя больше не потеряем!
А что делать, если я сама себя теряю?
— Ребят, дайте Астре чего-нибудь нейтрализующего! — орет ведущий меня незнакомый голос.
Спустя буквально пару секунд в губы тыкается что-то прохладное, и я залпом выпиваю предложенное.
Голова тут же сбрасывает пару килограммов, возвращая свою исходную форму.
— Так, ну всё, всех нашли, можем отправляться, — хлопает в ладоши знакомый старшекурсник, — следующая остановочка — наша таверна!
Каким-то совершенно чудесным образом (ну буквально-таки поразительная удача!) старшекурсникам удалось добыть портальный артефакт на одноразовое перемещение из академии в город, предоставляющийся обычно только обслуживающему персоналу. То, что он, вообще-то, должен быть рассчитан только на одно существо знали практически все, но всё равно дружно продолжали играть в игру «ректор ничего не знает, а мы — злостные нарушители». Портал оказался нестабильным, поэтому остановочка получилась глобальной — как вышли так чуть и не полегли. Но обрадовавшийся нам как родным бармен тут же восстановил нашли силы еще одним замечательный напитком.
А дальше происходило что-то.
Что-то очень, просто-таки крайне интригующее. Интрига происходившего была настолько интригующей, что… я ничего не помню.
Первое, что обнаружило моё вернувшееся в мозг сознание это… лавочка. Но не та, слава богу, с которой я сроднилась, а какая-то совершенно новая, но тоже выглядящая вполне пыточной. Вторым мое сознание обнаружило… ногу. Но не мою, у меня таких туфель нет, на туфли у меня память хорошая. Нога покачивалась в такт колышкам в моей голове, и я уже было подумала, что «в дрова» это очень даже буквальное понятие, как где-то раздался адский скрип, и с лавочки от неожиданности я свалилась. Боль в коленях тут же приглушила боль головную, но не душевную.
— Ваша? — раздается точно незнакомый прохладный голос.
— Моя, — обреченно вздыхает… Андриан.
— Могу, конечно, отпустить под вашу ответственность, но сами понимаете, элемент криминальный, начальство может не одобрить…
Криминальный?
Ничего не хочу сказать… и пожалуй, ничего не скажу.
А то голова расколется.
— Договорюсь, — судя по голосу Андриан в своих способностям к переговорам совсем не сомневается. — Забирать можно?
— Да берите, у нас таких много.
Несмотря на то, что меня по идее должны страшно ругать за связь с очередной лавочкой, ручки, оторвавшие меня от пола, были очень аккуратными, а чмок в лобик очень даже нежным.
Как меня выносили от лавочки я не помню, но на улице свежий морозный воздух быстро вернул мне память.
— Пошли отрезвляться, чудовище, — говорят мне, шагая в неизвестную сторону, — но учти, с этой ночи алкоголь тебе противопоказан, ты слишком странно на него реагируешь.
— Ладно, — покорно соглашаюсь, пытаясь забраться в его пальто, которое очень красивое.
— Тебя что, еще не отпустило что ли? — спрашивают меня подозрительно.
— Отпустило, — говорю убедительно, — но не так чтобы да.
Андриан в ответ только вздыхает, а потом, видимо, отойдя на достаточное расстояние от неизвестной лавочки, наконец шагает в портал.
— Ложись, давай, — строго говорит, чувствуя мое сопротивление, — ванну я сейчас тебе сделаю.
Какая же он все-таки булочка, я не могу.
— Без рук! — тут же звучит строгое.
Ну вот, а я только распустила…