Чтение онлайн

Сняв шлем, я поднялась с кресла и повернулась к студентам. Их лица выражали удивление, разочарование и в редких случаях одобрение (заподозрила в них подхалимов и зубрил), но одна особь мужского пола смотрела на меня с неприкрытым интересом. Внимательно так рассматривал, словно увидел какую-то необычную диковинку. Он стоял позади всех, но со своего высоченного роста, ему не составило труда увидеть всё, что было нужно.

Аметист. Этот камень напомнили мне его глаза. Сначала они казались просто насыщенного темно-фиолетового оттенка, но теперь я видела, что за этим оттенком скрывался глубокий, чёрный перелив. Мысли были быстрее разума. И не успев отдёрнуть себя, сделала вывод о том, что в порыве страсти его глаза должны были совсем темнеть.

Мне не в чем было его упрекнуть, но все же его ТАКОЙ прямой и внимательный взгляд смутил меня. Это нельзя было заметить, но внутри я чувствовала неловкость, из-за которой не сразу нашлась, что сказать студентам.

— Ваша взяла, — чуть бы не скрипя зубами, прервал молчание сержант.

Неловкость не проходила. Я думала, дело было в Тильде, пока ответ не попался мне на глаза. Быстро надев очки, почувствовала облегчение. Словно включила спасительный щит. И взгляд этого кронца больше так не раздражал.

— Вы будете начинать, или мы так и будем сидеть молча? — не выдержала и спросила у психолога спустя пол часа тишины.

Ещё немного и я бы просто уснула прям на кушетке.

— А вы готовы со мной говорить?

— Я не отказываюсь от разговора. Я просто не хочу, чтобы вы или кто-либо ещё лез ко мне в душу.

— Хорошо. — перекинув ногу на ногу и поправив очки, согласилась Ирина — Тогда давайте поговорим о том, что с вами происходит сейчас.

— А что со мной происходит?

— Вы впервые преподаёте. Как вам новый опыт?

— Нормально.

— Вам было интересно?

— Скорей утомительно.

— Поясните? — не требуя, всего лишь проявляя любопытство, спросила она.

Стоило ли ей рассказывать подробно?

Как только я подняла во вторник планку, мне пришлось придерживаться её и последующие дни. Каждый вечер я садилась за компьютер и искала в архивах записи полетов, на которых были необходимые для занятия маневры. А после сидела и расписывала чуть бы не по минутам план лекции.

Студенты пока притихли. На занятия приходили, внимательно слушали. Веслов честно отвечал на каждом уроке, но продолжал сверлить меня злобным взглядом. На выходных у меня было огромное желание ничего не делать, но продолжать и дальше тратить каждый вечер на подготовку, мне не хотелось. Так что последние два дня я безвылазно просидела в своей комнате, готовясь к следующим лекциям. К счастью на этой неделе начиналась ещё и практика, а к ней готовиться было не нужно. Так что похороненные выходные должны были помочь мне прожить не только одну неделю, но почти весь месяц.

— Вы сами сказали, это мой первый опыт. Прибавьте к этому тот факт, что мне приходиться фактически с нуля учить студентов тому предмету, по которому, как они считали, у них нет проблем.

— Вы вкладываете в это дело много сил. — подвела итог психолог.

— Что в этом удивительного? — недоверчиво уточнила я.

Она ухмыльнулась.

— Хорошо. Я перефразирую. Для человека, который не хочет продолжать жить, вы слишком сильно стараетесь.

— Если бы я учила их кройке и шитью, я бы палец об палец не ударила. — Вспыхнула я — Но они будущие пилоты. Возможно кто-то из них будет управлять светляком. И я сделаю всё, чтобы этот студент был готов. Чтобы он убил как можно больше этих тварей, а если погиб, то не по моей вине.

Я ожидала, что Ирину выведет из равновесия моя реакция, и она перестанет говорить со мной столь дружелюбным, спокойным голосом, но, нет. Она лишь сдержанно улыбнулась и всё также спокойно продолжила.

— Разумеется. А что на счёт общения? С кем-нибудь подружились?

Образы преподавателей быстро сменялись один за другим. Единственный, кто задержался в моих мыслях был Тильд. После стычки в столовой, мы с ним больше не общались, но это не мешало ему нервировать меня.

Он наблюдал за мной.

Сначала я отмахивалась от этой мысли. Зачем ему это могло бы понадобиться? Но спустя несколько дней убедилась в своих подозрениях. Стоило мне встретить его в столовой, в коридоре, в деканате, неважно где, он смотрел на меня, так же внимательно, изучающе, как и в симуляционном кабинете.

Под его пристальным взглядом мне казалось, что я вновь забыла надеть очки. Словно он видел меня насквозь, и я не могла понять, что с этим делать. Игнорировать не получалось, а подойти спросить в лоб, не решалась. Да и что бы я ему сказала? Хватит смотреть на меня? Уверена на все сто, он бы сделал вид, что не понимает о чём я.

Мысленно отдернув себя, я вышвырнула его образ из своих мыслей вон. Слишком много о нём стала думать. Нехорошо это.

"Я не собираюсь ни с кем дружить." — чуть не слетела у меня с языка, но вовремя остановилась. С Ириной лучше было обдумывать свои слова.

— На это у меня не было времени.

Она ничего не ответила. Мы снова замолчали, и я поняла, что это и есть её ответ. Я не иду на контакт, она молчит. Если бы от её решения не зависело моё будущее, я бы наслаждалась этой тишиной, но к сожалению это было не так. Пришлось говорить, как есть.

— Я успела познакомиться с несколькими преподавателями, но дружбой я бы наше общение не назвала. У меня нет намерения искать себе друзей, а сами они мне не навязываются.

Ирина улыбнулась.

— Конечно. Они и не будут пытаться. Вы всем своим видом показываете, что это общение вам не нужно.

Я промолчала. Что можно было добавить к очевидному.

— Но если ваше нежелание общаться с другими людьми мне понятно, объясните почему вы так ужасно выглядите?

— Нормально я выгляжу — раздражилась я.

— Ну, да. Конечно. — в её голосе отчётливо слышался сарказм.

— На вкус и цвет товарищей нет.

— Это тут совершенно не причём. Вы осознано выбрали причёску и очки, которые мало того, что вам совершенно не идут, так ещё и закрывают пол лица.

— Вы тоже носите очки.

— Они мне идут. Делают мой образ более деловым, но притом женственным. Про ваши я такого сказать не могу.

— Мне они нравятся, вот и ношу. — буркнула я.

Ирина вздохнула и без тени улыбки сказала: