Чтение онлайн

* * *

Отконвоировать опасную преступницу Вырубову на вокзал, чтобы отправить ее к самому председателю ВЧК Феликсу Дзержинскому, было приказано двум солдатикам. Один был большой, другой маленький. Большой ленился куда-то ходить, поэтому маленький сказал ему:

– Ладно, ты сиди, я сам ее отведу. Видишь, она еле ходит, чай, не сбежит. Да и вообще скоро с ней будет покончено.
– На то, что обреченная его слышит, солдат не обращал внимания.

Анна с солдатом вышли на Невский. Сияло солнце. После вонючей камеры у Анны закружилась голова. Тем временем солдат уже с кем-то разговаривал:

– В Москву ее отправляют.

– Хрен ее куда отправят, - усомнился его собеседник, такой же солдатик.
– Поезда туда со вчерашнего дня не ходят.

– Мое дело маленькое, - пожал плечами конвоир.
– Туда отведу, а потом обратно, если что.
– И конвоир обернулся к Анне: - Ну, пошли на трамвай, болезная.

Трамвая пришлось ждать долго. Солдат отошел в сторону, вытянул шею и стал всматриваться вдоль Невского. В эту минуту Анна почувствовала, что кто-то тронул ее за локоть. Она резко обернулась. Какой-то человек в штатском, но по выправке офицер, тихо сказал ей:

– Вы меня, Анна Александровна, наверное, не помните. Но я вас буду помнить до гробовой доски, вы спасли мне жизнь.

Анна смущенно покачала головой:

– Простите, не могу вспомнить.
– Она хотела добавить, что через ее госпиталь прошла не одна тысяча раненых и всех не упомнишь, но это вышло бы нескромно. Поэтому она лишь еще раз сконфуженно улыбнулась.

– Да, конечно, - быстро проговорил офицер и, сунув ей в руку пятисотрублевую бумажку, прошептал: - Не давайтесь в руки врагам.

Анна почувствовала, что ее словно кто-то подтолкнул. Она сделала шаг, потом второй, оглянулась на своего конвоира. Тот по-прежнему всматривался вдоль Невского. Анна поковыляла дальше, уже не оборачиваясь и с ужасом ожидая выстрела в спину. На углу Перинной линии она оглянулась: солдат бежал за ней, на ходу стягивая винтовку с плеча. Анна прислонилась к стене дома, ожидая неизбежного. Но солдат пробежал мимо и свернул на Екатерининский канал. Шапка с головы Анны свалилась, волосы упали на глаза, прохожие оглядывались, принимая ее за безумную.

Потом, отклеившись от стены, она похромала по Чернышеву переулку. На углу Загороднего проспекта стоял извозчик. Извозчик еще издали отрицательно замотал головой:

– Занят.

Анна показала ему пятисотрублевую бумажку.

– Садись, - сказал извозчик.

Вырубова дала ему адрес ее друзей в пригороде. Позвонив в калитку их дома, она потеряла сознание. Еще много месяцев Анна пряталась, как загнанный зверь. Лишь в декабре 1920 года ей удалось перейти границу.

* * *

Ее вместе с матерью финны-контрабандисты перевели ночью по льду Финского залива. Еще собираясь через границу, Вырубова пообещала себе постричься в монахини. В Финляндии она выполнила обет. На острове Валаам настоятель маленькой церкви Смоленского скита отец Ефрем совершил ее тайный постриг. Прожив на острове около недели, Анна вернулась в Выборг. Она не могла остаться в монастыре, так как после железнодорожной катастрофы 1915 года и тюрем нуждалась в постоянной помощи и уходе.

В 1935 году Анна Танеева-Вырубова вместе с матерью переехала в столицу Финляндии, где ее маленькую квартиру наводнили многочисленные визитеры. Она честно выдержала два года "гельсингфорсского обожания". Но потом волна любопытных схлынула, и она вновь оказалась в забвении. Когда началась советско-финская война, Анна уехала в Швецию, где жила в пансионате около Стокгольма. Расходы взяла на себя шведская королева Луиза, племянница русской императрицы Александры Федоровны. Она же дала Вырубовой небольшую пожизненную пенсию.

Вернувшись из Швеции в Хельсинки, Анна была неприятно огорошена послевоенными трудностями финской жизни и скверным отношением к себе здешних чиновников. От голодной смерти Анну спасла помощь русских жителей Хельсинки, да и пенсия королевы Швеции, к счастью, стала вновь поступать.

В начале июля 1964 года, находясь на даче в предместье Хельсинки, Анна заболела. Ее перевезли домой, где через три недели она скончалась. В яркий солнечный день 23 июля 1964 года небольшая группа друзей и знакомых проводила в последний путь женщину, чье имя стоит в российской истории рядом с именами последней царской семьи.

* * *

В середине 1920-х годов в эмигрантском журнале "Минувшие дни" появился "Дневник" Анны Вырубовой. Он был настолько интересен, что его моментально перепечатали и издали отдельной книгой в Советской России. Очень своевременная была книга. В ней сама Анна Вырубова описывала свои оргии с Григорием Распутиным, шпионаж царицы в пользу Германии, пьянство Николая II и разврат, царящий в высшем петербурском свете. Изготовили этот бестселлер того времени член Чрезвычайной следственной комиссии Временного правительства профессор истории Щеголев и писатель граф Алексей Николаевич Толстой. Профессору и графу нужны были деньги, а их сочинение было обречено на успех, и они действительно получили за него весьма приличный гонорар. Граф получил гонорар и в Советском Союзе, потому что вернулся сюда и стал классиком советской литературы, а эмигранту Щеголеву пришлось довольствоваться только заграничными гонорарами.

Дневник Анны Вырубовой прочли миллионы людей, а много лет спустя по их сочинению другой писатель Валентин Пикуль написал другой бестселлер "У последней черты", а режиссер Элем Климов снял захватывающий фильм "Агония". Что поделать, творческим людям тоже, бывает, нужны деньги.

Жаль только, что сама Анна Вырубова не читала своего собственного "Дневника".

Послесловие

Если вы дочитали эту книгу до конца, значит, вас что-то задело за живое в судьбах ее героинь. А это, в свою очередь, означает, что сознательно или бессознательно вы как бы примерили их судьбы на себя. Впрочем, примерить в уме чужую жизнь на себя легко, весь вопрос в том, насколько такая умозрительная примерка поможет понять и прочувствовать реальную чужую жизнь, особенно если это была совсем другая жизнь в совсем другом мире, не похожем на привычный нам.

Во второй половине XIX века произошло то, что потом назвали промышленной революцией. Впрочем, для нас не важно, как это называется сейчас. Для нас важнее то, что за последние сто лет мир, в котором мы живем, поменялся буквально на глазах. Сейчас мы живем совсем в другом мире, словно на другой планете. Отправься чудесным образом в машине времени в тот старый мир, где жили люди прошлого, мы почувствовали бы себя в нем очень неуютно.

Там не было лифтов, телефонов, центрального отопления, даже чтобы зажечь дома свет, нельзя было пошарить рукой по стенке и повернуть выключатель. Надо было зажечь свечу, причем зажигалки и даже спичек для этого тогда тоже не было. Да что говорить, не было многоквартирных домов, гастрономов и универмагов, вообще не было магазинов в том виде, к какому мы привыкли. Купить самую простую вещь было бы для нас совершенно неразрешимой проблемой. Наконец, не было телевизора. Вся жизнь была устроена иначе.

Люди жили в другом мире, о чем полезно помнить, осуждая их или радуясь за них, словом, как бы примеривая их судьбы на себя. И пусть не покажется вам это странным и нелепым, что автор в самом конце решила напомнить вам о казалось бы совершенно не касающихся сути дела вещах.

Как раз наоборот, то, что прошлое - не просто история, а еще и арена жизни обычных живых людей, - вовсе не пустяк, не имеющий отношения к делу. Взаимные отношения и многие поступки людей становятся понятными, если не забываешь о прозе повседневной жизни.