Чтение онлайн

Пора все это прекращать, иначе я никогда не выплыву и не верну себя, которую потеряла в браке, работе и даже материнстве. Пора надеть маску на себя, спасти себя!

— Яна, ну ты как?

Я убрала волосы с лица: хорошо, что минута слезливости миновала. У меня было три завуча, но с Олей общались ближе всего. Она могла стать неплохой заменой мне.

— Нормально, — села за стол и взяла чистый лист бумаги.

— С ума сошла! — она хоть и была старше меня на десяток лет, но эмоционировала как девочка. — Неужели бывший заставил?!

— Нет, конечно. Наоборот, — оторвала взгляд от заявления. — Велел не увольняться.

— Ну тогда зачем! — она не понимала, насколько мне все осточертело. — Неужели позволишь этим двоим… — видно, хотела выругаться, но сдержалась. — Испортить тебе карьеру?!

— Это же не кончится, Оль. Полянская будет капать Мирославу на мозги…

— Ну капает она слюной и явно не на мозги, — выразительно и красноречиво посмотрела на меня. — Яна Николаевна, подумай, не руби сгоряча.

— Я решила, — передала в руки мое официальное заявление об уходе. — Даже отрабатывать не хочу, — поднялась, взяла сумку и отправилась на выход.

На улице было морозно и снежно, но так легко дышалось! Да, меня слишком многое связывало с бывшим мужем, и даже место директора, которое получила с его мягкой подачи. Вроде бы заслужила, но не просила о нем, не стремилась, не требовала. Мирослав сам решил, что мне так будет лучше. Он всегда стремился сделать для меня что-то хорошее. Оглядываясь назад, начинало казаться, что это благодарность за мое появление в его жизни, но стояло ли за ней еще что-то? Может, все было привычкой? Хорошей, правильной, нужной, но всего лишь привычкой. Я не знала и, наверное, больше не хотела докапываться до истины. Сегодня я увидела и услышала достаточно. Я стремилась быть для Мирослава хорошей женой, любимой, заботливой, вдохновляющей, но если Лика Полянская — это его мечта, страсть, желание, значит, это его потолок. Этого он и заслуживал. Я другая и такой, как она, не стала бы никогда, даже ради любимого мужа. Когда-то любимого…

— Да, папа, — ответила на звонок. Сегодня я ушла раньше, но понимала, что моя порядочность не позволит уйти из школы, не подготовив и не сдав дела. Но сейчас ничего не хочу, только забрать сына и домой. — Что-то еще случилось? — меня такая усталость от чужих проблем взяла.

— А что, мало, что ли, — пробухтел и виновато проговорил: — Дочь, прости за Илонку. Это все кабздец какой-то, — выругался по-простому. — Яна, ты же знаешь, что я в эту хрень не поверил ни на минуту?

— Знаю, — ответила негромко.

— Приезжай к нам на ужин. Марина хочет поговорить, и Илонка рыдает…

— Пап, я устала, — хотела отказать, но он так тяжело вздохнул. Я догадывалась, почему. — Хорошо, приеду.

Я позвонила няне и сказала, что буду позже, чем планировала. Ведь отпустила уже, сама Рому из сада хотела забрать. Можно и сейчас, садик рядом, но ехать к отцу с сыном после ситуации с Илоной не стоит. Неясно, как там дело обернется. С Мариной, вроде как мачехой, у нас были ровные отношения, но она вспыльчивая и не всегда следила за языком. Если случится скандал, то не при Ромке.

— Привет еще раз, — поцеловала отца. Они жили в просторной квартире в Приморском районе. С мамой у них жилье было общим, они его не делили. На эту сам заработал с годами, как и на учебу младшей дочери в элитной школе. — Вкусно пахнет, — принюхалась к запахам ужина.

Марина давно уже не работала и занималась домом и ребенком. У них действительно было уютно, она хорошо готовила, но слишком уж Илону баловала: все мы хотим лучшего для своих детей, но иногда это выходит нам боком. Вот и сестра по отцу оговорила меня по просьбе дочери моего мужа, девочки, которая много лет была мне родной.

— Илона! Быстро сюда! — крикнул папа, когда мы зашли в гостиную. Сестра вышла понурая и заплаканная. Села в кресло напротив, на меня смотреть избегала. Мне стало ее жалко.

Илона дружила с Николь еще с сада, а когда мы породнились, то общение стало еще крепче. Понятно, за годы у них всякое было — дети же! — но сестра часто гостила у нас дома на заливе. Правда, не в последний год моего брака. Николь переехала к матери и хвасталась ее известностью.

У нас с Илоной слишком большая разница, чтобы мы были подружками, я скорее взрослая наставница, а Николь, вероятно, авторитет.

— Рассказывай, — строго велел папа.

— Давай-давай, говори, — в дверях с полотенцем появилась Марина. Она была зла на дочь. Был порыв защитить и вступиться за Илону, но у меня закончился ресурс мамочки-директора, которая всегда думала о детках и их психологическом состоянии. Они родители, пусть воспитывают. Я одну уже воспитала, тот еще педагог.

— Николь предложила прогулять физру. Мы были в туалете, снимали тик-ток, она достала вейп, и тут Яна зашла, — говорила сквозь слезы, затем умоляющий взгляд на меня. — Я не думала, что она скажет такое! Я испугалась!

— А что же ты не сказала правду, балда?! — прикрикнула на дочь Марина.

— Пока ждали родителей, Николь сказала, что мне ничего не будет, просто нужно поддержать ее версию, — опустила голову. — Прости, Яна. Я не хотела… — вытирала слезы.

— Что теперь будет? — Марина обратилась ко мне. — У тебя же муж в попечительском…

— Бывший, — поправила спокойно. — Я уволилась.

— Неужели Мирослав твой устроил? — отец был на грани. Показалось, что он даже постарел резко: видный мужчина, которого выжали как лимон. И это тоже было его выбором.

— Нет. Это мое решение.

— Яна, ну давай Илона завтра расскажет, как было, — прагматично предлагала варианты Марина.

Нет, это не изменит моего решения, но даже если бы я не собиралась уходить, сплетни поползут: кто захочет считать меня злыдней, бьющей детей, останется при своем мнении. Правда — это условности. Она у каждого своя: кто во что хочет и готов поверить.

— Это уже неважно. Я приняла решение.

Марина фыркнула и посмотрела на дочь, как на врага народа.

— А скидка, Яна? — наконец Марина спросила главное. Отец отвел глаза. Обучение в нашей школе очень дорогое, и я через Мирослава выбила для Илоны скидку в пятьдесят процентов. Потянут ли они теперь полную стоимость? Это их семье решать, или переводиться в другое учебное заведение. Я больше ничего для них сделать не могла, сама безработная.

— До конца года оплата как в договоре, со скидкой, а дальше — как новый директор решит, — пожала плечами. Увы, но Илона не была отличницей и лучшей ученицей, чтобы иметь привилегированные условия обучения и оплаты. Просто у нее была сестра-директор. Больше нет. Странно, но я даже не злилась на нее. Возможно, своей ложью они с Николь выдернули меня из зоны комфорта. Мнимой зоны, иначе как объяснить, что мне неожиданно очень хорошо и легко. Я абсолютно не жалела, что ушла. Вообще!

— Пап, вы сильно не ругайте Илону, — он вышел меня проводить. Возле подъезда достал пачку сигарет и закурил. — Она и так свое получила. Марина спуску не дает…