Чтение онлайн

– Какая тебе разница? Моя жена. Как хочу, так и трахаю. Хочет она того или нет, – а потом выстрелил ошалелому парню контрольным в лоб. – А кстати, она, кажется, как раз собиралась уйти от меня к тебе. Но забеременела. Издевочка судьбы, правда?

Стас в секунду перегнулся через стол, хватая мужчину в два раза крепче себя за лацканы пиджака, и ударил кулаком в лицо. Мария вскрикнула, подбегая и отдирая его руки. Виктор не остался в долгу. Ударом в ребра оттолкнул от себя парня. Облетел стол вокруг и собирался еще раз ударить, как раз, когда Стас пригнулся, хватая его за талию, и бросил на пол. Маша завизжала, наблюдая, как двое мужчин методично избивают друг друга. Виктор выше, крепче и сильнее, но фора Стаса в том, что им руководила жгучая удушающая злость. Одичающее желание отомстить. А еще нетрезвое состояние противника.

– С*ка, – прохрипел парень, после того, как Виктор перестал защищаться. Вытер тыльной стороной ладони кровь с губы. Мужчина издевательски рассмеялся, даже не пытаясь встать с пола.

– С*ка – это жизнь. Думаешь, я не знал, почему ты так страдаешь и надираешься в барах, а, Багиров? Смотреть на твои мучения было чистейшим наслаждением. После того, что я для тебя сделал, ты посмел посягнуть на чужую собственность.

Стас обвел его тяжелым взглядом.

– Настя не собственность. Ты её изнасиловал?

– Какое слово – изнасиииловал, – фыркнул продюсер. – Я соскучился по ней. Сам же знаешь, какой она может быть в постели. Сумасшедшей и страстной.

Кулак парня снова заехал в лицо противника. Тот застонал, хватаясь за нос, из которого кровь заструилась. Багирова замутило. Он вдруг понял, что даже забив до смерти этого поддонка, легче никак не станет. А этот мудак все равно не изменится. Такие не меняются. Гнилые с рождения не могут стать нормальными. Встал с пола, не испытывая ничего к приподнявшемуся следом за ним человеку. Он сломал ему жизнь. Да похрен с ним. То, что Свиридов сделал с Настей, заслуживало самого жестокого наказания. И, кажется, его любимая и сама его нашла. Стас пока не понимал как, но то, что ей удалось выбить из колеи обычно нерушимого человека, о многом говорило.

– Ты падаль, Виктор! – презрительно произнес парень, ощущая боль в ребрах после драки. – А я все думал, что Настя нашла в тебе?

– А что она нашла в тебе? – Свиридов пошатнулся и взял бутылку со стола.

– Я люблю её. И я бы никогда не причинил ей физическую боль.

– Как банально, – мужчина сделал большой глоток виски, ежась от того, как спирт запек лопнувшие губы. – А я деньги люблю. За них можно купить сотни таких Насть. Тысячи. Вот, – указал пальцем на забившуюся в угол Машу, – Эту же купил.

Стас взглянул на девушку, которая перестала быть похожа на себя прежнюю. Всегда легкая, порхающая как бабочка, сейчас Мария представляла собой жалкое зрелище.

– Вы стоите друг друга.

Развернулся и вышел из кабинета, слыша, как Маша защебетала что-то, а Виктор крикнул в ответ:

– Да отвали ты от меня, Маша. На. На карточку. Иди сделай аборт, а потом исчезни из моей жизни. Ты и твое отродье.

Настя сидела в кабинете и разбирала бумаги. Она устроилась бухгалтером в Speeds на некоторое время. Компании нужна была помощь, но отец был настроен позитивно. Он радовался, что его девочки в безопасности, и это придавало духу. Заявления девушки и правда забрали из полиции сразу же, как контрольный пакет вернулся в руки Свиридова старшего. Они даже на рабочие места вернулись, озадачив прессу. Теперь все были уверены, что компания таким образом устроила себе черный пиар. Разубеждать никого не стали. Но продажи возобновились. Сейчас нельзя было предсказать, как скоро компания вернется на прежнюю ступеньку. Еще много труда впереди, капиталовложений и сил, но они справятся. С таким отцом, как у Насти, ничего не страшно. Она искала мужчину, который смог бы, как и Виталий Олегович, стать для нее защитой и опорой, но жестоко ошиблась выбрав совершенно не того. Наивно верила в сказки, а нужно было трезво смотреть на жизнь.

Девушка отложила папку и подняла трубку телефона внутренней связи.

– Лили, принеси, пожалуйста, кофе. Лучше с булочкой.

Отключилась и потерла виски. Глаза болели от количества работы, ведь помимо дел в компании еще была кофейня, которая нуждалась в расширении, потому что дела шли лучше, чем отлично. Послышался шум открывающейся двери.

– Так быстро? Лили, ты… – улыбаясь, Настя взглянула в сторону двери и запнулась, забыв что хотела сказать. В кабинет вошел Стас. Сердце остановилось, а потом помчалось вскачь при виде того, как он закрывает за собой дверь и направляется в её сторону. Серьезный, решительный. В светлых джинсах и бежевой ветровке на белой футболке. С черной папкой в руке. Господи, что он здесь делает?

– Здравствуй, Насть, – официальный тон не предвещал ничего хорошего, да и сам факт того, что он вдруг в Америку прилетел тоже. Настя выпрямила спину, пока еще не понимая какой новый неприятный сюрприз может ее ожидать.

– Здравствуй, Стас.

Багиров подошел к столу и бросил долгий взгляд на девушку. Ей вдруг неуютно стало. Давно он так на нее не смотрел. Без призмы отчуждения и холодности. Открыто, прямо и глубоко. Взгляд в самую душу, словно отыскать там что-то пытается. Настя очень хорошо помнила этот взгляд. Когда Стас ей принадлежал, он только так всегда на нее и смотрел. Вдоль позвоночника странное ощущение пробежало.

Без слов Стас протянул ей папку. Настя непонимающе взяла её, положила на стол. Открыла, прочитала первую строчку и дышать перестала. Буквы начали расплываться перед глазами. Вскинула глаза на Стаса и обратно в документ.

– Что это? – спросила, не в состоянии сложить два плюс два. Удивление было настолько огромным, что Настя не могла собрать разбежавшиеся мысли в логическую цепочку.

– Договор о покупке тридцати пяти процентов акций у Свиридова.

– Я вижу, – снова взглянула на парня, не смеющего от нее взгляд отвести. – Но зачем? Как?

Дрожащими пальцами перелистнула все страницы.

– Чтобы отдать их законным владельцам.

– Я не понимаю, – прошептала полностью растерявшись. – Откуда ты узнал про акции?

– Не важно. Главное, они теперь у вас. И этот мудак больше не сможет тебя шантажировать.

Настя даже встала, поравнявшись со Стасом.

– Откуда ты…

– Насть, не имеет значения, – парень обошел стол и встал так близко, что Насте пришлось голову вскинуть, чтобы смотреть ему в лицо. До боли родное, такое красивое…

– Как не имеет? Я не понимаю ничего. И не знаю, когда смогу выплатить сумму, чтобы выкупить у тебя акции. У нас сейчас нет таких средств, и…

Палец Стаса вдруг лег ей на губы, прерывая нервный поток слов.

– Тшшш. Это еще не все, – мужская рука потянулась к внутреннему карману ветровки и вынула оттуда красную бархатную коробочку. – Я купил ее пять лет назад, когда был в своем первом турне и хотел подарить после его окончания, – крышечка открылась, и перед глазами Насти появилась аккуратная серебряная подвеска с переливающимся зеленым опалом небольшого размера. Стас вынул её и отложил коробочку на стол. Взял ладонь Насти в свою и вложил в нее украшение. Настино сердце готово было разорваться. Она переводила взгляд с подвески на Стаса и обратно. Зачем он дарит ей это сейчас? К чему влезает в душу и бередит незажившую рану? – Оно недорогое. Продавец в ювелирном сказал мне, что этот камень по легенде символизирует застывшие слезы бога и на его сияние можно смотреть бесконечно. Как на звезды или в глаза своего персонального божественного создания. – Настя задрожала, чувствуя, как осознание медленно проникает в мозг и заставляет потерянную надежду оживать. Карие глаза заскользили по ее лицу, а ладонь крепко сжала ее собственную, в которой подвеска осталась.

– Ты хранил его пять лет? – губы еле шевелились, пока она тонула во взгляде темного шоколада.

Стас кивнул.

– Почему не подарил кому-нибудь?

– Потому что в моей жизни было только одно божественное создание. И это ты.

Насте показалось, что все происходит во сне, и она сейчас проснется. Что у нее галлюцинации и то, что говорит ей фантазия в образе Стаса, не может быть правдой. Ведь он не любит её. Давно в отношениях со Светланой, а Настю вычеркнул из памяти еще несколько лет назад.