Чтение онлайн

Я остановился на обочине, включил аварийку, перевёл дыхание и задался главным, существенным вопросом, который и решил в итоге исход игры: «Кому была выгодна моя смерть?». А выгодна она была тому, кто был в курсе подробностей моего завещания. А подробности моего завещания были строго засекречены, как и положено. О том, кому и что, и как я завещаю в необозримом будущем, когда засобираюсь в мир иной, не знал никто, кроме нотариуса Попкова Самуила Львовича и Степана. Но сведущих людей в этом вопросе оказалось гораздо больше, чем я наивно полагал. Например, Леонид, которого снабжал информацией Степан. Эх, Стёпа, Стёпа, я же считал его близким другом и верным совладельцем, а он действовал против меня, сговорившись с Леонидом. Алёна тоже вполне могла быть осведомлена, ибо сама и подтолкнула меня к тому, чтобы я составил завещание. Да и нотариуса того мне посоветовала некогда Она.

И был ещё один человек. Он давно был рядом со мной. Он был ближе остальных ко мне. Он появился случайно, из ниоткуда, умело окрутив меня и уговорив взять его на работу в «Платонов и партнёры», хотя я не собирался. И я не увидел ничего криминального, не заподозрил неладного. Ох, правильно отозвался обо мне Степан, что я не прозорлив. И со своей недальновидностью я не заметил его — человека, который постоянно крутился возле меня и был в курсе всего. До поры до времени, а именно до появления Марты в стенах моей конторы Никанора, как она в шутку называла «Платонов и партнёры», этого человека было едва ли слышно и видно. Но, как только любимая стала работать со мной рука об руку, человек тот активировался, а я и не придал значения его рьяному вниманию к нам, к тому же…он действовал из добрых побуждений и всячески хотел нам помочь. Увы я слепо ошибался. Побуждения его, отнюдь, были не добрыми. И, лишь вчитавшись в ту статью с кричащим заголовком: «Кому достанутся миллионы плута и шута Платонова Платона?!», понял, кто положил начало конца нам с Мартой, затеял беспощадную игру против нас, умело окружив себя зловещими соратниками.

С сожалением я сделал вывод, что без помощи полиции не справлюсь, как бы не геройствовал и не храбрился, и Марту в одиночку не спасу. Этот кровожадный человек, этот ловкий манипулятор, этот сумасшедший кукловод, что виртуозно водил меня за нос много лет, оставаясь в тени вне подозрений, и его помощники превосходили меня в числе, обладали большими возможностями, ресурсами и связями. Одно то, как они меня обнаружили и заминировали мою машину. И то, с какой неимоверной скоростью разлетелась новость о моей кончине по интернету, попав в эфиры центральных каналов, будто я прям нереальная звезда. Оставалось уповать на то, что этот человек, будучи уверенным, что я погиб, не прикончит Марту до оглашения моего завещания и даст ей время…нам даст время, за которое я как раз отыщу любимую. И тут у меня возник второй по важности вопрос, также повлиявший на развитие событий и итог: «К кому мне обратиться за помощью?». Первым делом, разумеется, я подумал набрать мужа Изольды — следователя Даниила Гурьянова. Но Изольда не вызывала у меня доверия, поскольку была некогда возлюбленной Леонида, и это не отменяло того, что они могут быть в сговоре.

Уткнувшись в мобильный, я просматривал полезные контакты, коих накопилось немало за годы правления «Платонов и партнёры», и тут вспомнил, как мне приснился звонок Марты и Изольды с телефона Леонида. И там был с ними некий Тихон.

— Я Тихон. И веди себя впредь тихо. И не разводи сырость. — потребовал он у Изольды, а затем словно обратился ко мне. — А ты поторопись, рохля, попу отсидишь. Тоже мне выискался волшебник.

А ведь Тихон и правда существовал. И в жизни он меня как-то и правда назвал иронично рохлей. И я ему позвонил, стиснув зубы.

Да, утратив доверие к своему нынешнему окружению, я вызволил из памяти образ человека из прошлого. Я постарался его забыть и вычеркнул из своей жизни ровно в тот момент, когда Марта бесследно исчезла, поскольку отчасти считал, что он виноват в случившемся. Но я наплевал на старые обиды, перешагнул через свою гордость и решил обратиться к нему за помощью, потому что нисколько не сомневался в его прозорливости и в том, что он без раздумий, в отличие от меня, бросится спасать Марту, всех положит на лопатки и рассадит по тюрьмам строгого режима заключения, применив к злопыхателям высшую меру наказания. Во-первых, его обязывала профессия — защищать граждан и соответственно наказывать преступников. Во-вторых, он, как и я, некогда любил Марту. В-третьих, она…Марта…предпочла мне его и ответила ему взаимностью. Когда Марта снова появилась в моей жизни, и я узнал, что любимая почти ничего не помнит, то воспользовался выпавшим мне чудесным образом шансом и умолчал о том, что замуж она собиралась не за меня, а за моего закадычного друга. А как я должен был поступить? Раскрыть ей все карты? Признать собственное поражение и своими руками подтолкнуть в объятья другого? Мне и двух прошлых раз хватило вполне. Сначала я из года в год упорно ждал, пока любимая образумится и расстанется с Леонидом. Затем упустил свою Марту, и она упорхнула к молодому лейтенанту Тихону Удальцову, стоило мне на неделю уехать в командировку. Да, моему другу не пришлось томиться в очереди на руку и сердце Марты, ему не пришлось сострадать ей в любовных неудачах, не пришлось играть роль сказочного волшебника, не пришлось казаться, ему достаточно было быть. Тысячу раз я пожалел потом, что представил Марту Тихону и попросил его позаботиться о ней, пока я в отъезде. Поскольку стоило им только встретиться, как их взгляды вспыхнули, и они устремились друг к другу, забыв обо мне. Пришлось спустить их с небес на землю, обратить внимание на себя и нервно пошутить: «Господа, а не любовь ли у вас с первого взгляда?». Тихон с Мартой похихикали, уверили меня, что мне показалось. Но я то увидел сердцем то, что мог не разглядеть глазами. Тихон полюбил Марту, а она в ответ полюбила его. Что стало для меня больным ударом, больнее некуда, ударом под дых, предательством двоих самых близких мне и любимых людей: друга Тихона — Удальца-ай да молодца и невесты Марты — Золушки.

«Третьему разу не бывать! Я никому тебя не отдам! Ты будешь моей, Марта Ильинская!», — заключил я, подписал с ней трудовой договор и оставил любимую себе. А что? В любви, как на войне, все средства хороши.

Тихон так долго, невыносимо долго не брал трубку, что я начал переживать, как бы он не сменил свой номер телефона за годы, что мы с ним не общались. На панели лады качнулась утешительно икона Николая Чудотворца, и я, глядя на него, в отчаянии зашептал единственную молитву, которую знал, «Отче наш». Но мольбы мне не помогли, меня заволокли неприязненно тягучие, как болотная вязь, гудки, и экран моего телефона безысходно погас.

— Нет! Нет! Не может быть! Так не должно быть! Включайся, миленький, — вскрикнул я беспомощно в бессмысленной попытке включить разрядившийся телефон, забыв зарядку от него в офисе. — Как же я теперь спасу Марту?! Как найду любимую?! — я ударил кулаком по рулю и забился в истерике. Выпустив пар, я успокоился и напомнил себе, что безвыходных ситуаций не бывает: «Выход есть всегда и не один, как и вход! Не будь рохлей, Платон! Тихон бы не колебался, не паниковал, а действовал! Нужно действовать!». Но, прежде чем начать действовать, я должен был как-то связаться с Лейлой, чтобы она нашла мне адрес нашего с Мартой злодея. Номер Лейлы я, естественно, не помнил, поскольку мы не были с ней близки, несмотря на былую со Степаном дружбу. Но это было решаемо, я мог позвонить в офис. Только мне не с чего было звонить. Где-то купить телефон спешно? Попросить мобильный у прохожего? Или? Стоп! Я щёлкнул себя по лбу и глупо рассмеялся, уставившись на предусмотрительно оставленный в ладе Жаном и Рузанной старенький кнопочный телефон. «Вот тебе и «на экстренный случай», старина Платонов! Эх, спасибо вам добрые люди! Во век же с вами не рассчитаюсь!», — возрадовался я и по памяти набрал городской номер «Платонов и партнёры». Но и там потянулись минуты ожидания, благо хоть вместо гудков у нас стояла симфония Моцарта, и я не сразу взревел, услышав некую особу вместо Лейлы на другом конце.

— «Платонов и партнёры», добрый день! — бодренько проговорила та.

— Я бы поспорил, что он добрый, — разозлился я, но сразу смягчился и не стал нагнетать на барышню, — уважаемая, а позвольте узнать, куда запропастилась Лейла?

— Это конфиденциальная информация, уважаемый. Я могу помочь вам в отсутствие Лейлы. Какова цель вашего звонка? — отчитала меня особа. И тут я догадался по манере общения и интонациям, кто со мной говорит, и почему-то решил устроить ей проверку.

— Мне необходимо переговорить с Платоновым. — заявил я.

— Согласно регламенту «Платонов и партнёры» Платон Олегович принимает посетителей исключительно по предварительной договоренности и согласно своему календарю встреч. Я могу записать вас к нему на ближайшую дату. Представьтесь. Ваши имя, фамилия и отчество полностью. По какому вы вопросу?

— Какое записать на ближайшую дату, деточка? — опешил я, вспомнив, что для всех трагически погиб.

— Я же вам объяснила, что Платон Олегович, — назидательно принялась объяснять девушка, — согласно регламенту «Платонов и партнёры», принимает посетителей исключительно по предварительной договоренности и согласно своему календарю встреч. Поэтому предлагаю вам записаться к нему на ближайшую дату. Или я непонятно выражаюсь?

— Выражаетесь вы доступно, барышня, но нелогично. — прозвенел я в трубку, поражаясь непробиваемости Катерины.

— Что нелогично в моих словах? Пожалуйста не задерживайте более линию без надобности, у нас большой поток входящих звонков, и каждому необходимо уделить время. Я вас готова внимательно выслушать, записать к Платону Олеговичу. Или же мы с вами распрощаемся.

— Да как же вы меня к нему запишите, безумная вы женщина, ежели Платон Олегович того.

— Чего того? — не поняла бывшая помощница Алёны, а ныне заместитель той в «Платонов и партнёры».

— Да умер он! Вам ли не знать?! Или вы новости не смотрите?! — прикрикнул я.

— Ах, вот оно что, — смешливо отмахнулась Катя, — Бог с вами, живой наш шеф. А о подобных инцидентах мы обязаны, согласно регламенту «Платонов и партнёры», официально уведомлять всех заинтересованных лиц через наш сайт. В остальных случаях, если таковая информация появляется в прессе или на телевидении, это лишь гнусные сплетни и враки.

— И вы можете опровергнуть официально смерть Платонова? — обалдел я от того, как эта хрупкая, но решительная девушка не позволяет мне погибнуть и оставляет в живых.