Чтение онлайн

— Шанс на что? Сделать его счастливым, вне зависимости от того, что он сам хочет? Шанс отказаться теперь уж точно от всех своих желаний и интересов, чтобы стать максимально никакой? Шанс впихнуть Шумского в свои представления об идеальной семье, несмотря на то, любит он тебя или другую?

— Любит, любит… Никого он не любит! — завизжала она, — Сколько раз тебе это говорить?! Он хоть раз признавался тебе в любви?

— Да, — я развела руками, — и тогда, и сейчас.

Аня неверяще посмотрела на меня:

— Но почему? Почему ты, а не я? Я лучше!

— Я не знаю. Может потому, что мы не решаем кого полюбить, это просто происходит с нами.

Она снова хотела отхлебнуть из бутылки, но та была пустая. Тогда она уронила ее на пол и полезла в бар, где был только виски. Девушка истерично рассмеялась и начала откручивать пробку. Но я не собиралась оставлять после себя дымящиеся развалины и остывающие трупы, поэтому после недолгой битвы, отобрала бутылку и вылила алкоголь в раковину на кухне. На полу я увидела еще пустую бутылку и поняла, что все делаю правильно.

Аня пыталась ругаться:

— Что ты творишь?! Ты тут еще не хозяйка! Ты вообще представляешь сколько оно стоило?!

— Нет. Не знаю, сколько оно стоит. Но что я точно знаю, так это то, что не стоит впадать в алкогольную кому из-за человека, которому ни разу не захотелось признаться в любви.

Я заставила ее позвонить подруге и попросить приехать к ней, потому что боялась оставлять одну. Мы вяло переругивались в ожидании подруги, а внутри меня бесились два демона. Один подбивал ехидно сказать, что новое поколение совсем пить не умеет, чем они только в институте занимались? Второй демон орал, что какая, на фиг, молодежь? Эта наглая девица может хамить сколько угодно, что она моложе, но между нами только три-четыре года разницы, и мы, практически, ровесницы.

К сожалению, озвучить любого из демонов было неуместно, поэтому когда Аня заговорила, я была только рада, что она отвлекла меня от этих мыслей:

— Что я скажу гостям?

— Пфф… Да что хочешь, то и говори. Кто ж тебя опровергнуть сможет? Не будет настроения придумывать, таинственно скажи «Это не моя тайна». Пусть они на умрут от любопытства, а ты будешь загадочно улыбаться.

— Надо мной все будут смеяться, — всхлипнула она.

— Как говорится, пусть лучше смеются, чем над тобой будут плакать.

В это время в домофон позвонили, и я с облегчением стала собираться. Но мне в спину прилетел вопрос.

— Вот ты говоришь, все решено за нас. А если я полюблю какого-нибудь неудачника? И что? Я буду всю жизнь страдать?

Подумав несколько секунд, я честно ей ответила:

— Аня, если такая девушка как ты, полюбит парня, это стопроцентно означает, что он крайне везучий сукин сын.

А умение быть счастливым, это отдельный вид искусства, и каждый осваивает его сам. Но этот путь ей придется пройти самостоятельно.

Пока я спускалась и выезжала со стоянки, я размышляла о том, как хорошо, что в свое время маме не удалось уговорить меня поступать в педагогический. Все-таки воспитание наивных, но самоуверенных девиц — это не мое. Столько сил вытягивает, ужас просто.

И, конечно, мне надо найти и поговорить с Шумским. Все-таки к нему много, очень много вопросов Я даже набрала его номер, но абонент был недоступен. Чему я малодушно обрадовалась. Мне надо привести мысли мысли в порядок. Все происходит слишком. Слишком быстро, слишком ярко, слишком эмоционально. Поэтому я поехала к Лерчику.

Дорога — это прекрасное место, чтобы все расставить по полочкам. Особенно если выключить музыку и дать побыть себе в тишине. Выслушить голоса в своей голове: совесть, интуицию, надежду, опыт, желания. Понять, наконец-то, кто и что говорит. А то часто уверена, что говорил опыт, а это говорил страх. Или идешь за голосом моды, думая, что это был голос твоих желаний.

Я слушала сейчас сама себя и думала, думала, думала. Мой мир опять подпрыгнул и разрушил то, что я возвела в ранг незыблемой истины. И Дмитрий оказался не такой уж скотиной. Хотя невеста была! И я это так не оставлю.

Калейдоскоп жизни повернулся, и картинка сложилась другая. Наверно, стоит принять, что так будет происходить всегда. Конечно, меняется не окружающий мир, а наш взгляд на него. Мы очень любим считать себя объективными, но это не так. Мы видим людей через призму наших страхов, обид, надежд, желаний. Мы толкуем их слова и поступки в своей голове, и это может иметь мало отношения к реальности. Поэтому важно разговаривать Не факт, конечно, что другой человек скажет правду. Но спросить все равно лучше.

Но я забыла, что Вселенная слышит наши зароки и обеты и всегда дает шанс их исполнить. Поэтому, когда я зашла в дом к Лерчику, то единственный человек, который меня встречал, был Дмитрий.

Дмитрий

В окно я видел, как Лена подъехала, припарковалась под навес, осмотрела двор и даже потрогала гамак. Она выглядела взъерошенной и растерянно улыбалась. А еще… она снова была другой. Почти такой, как раньше. Когда я влюбился в нее. В длинной юбке, с какими-то смешными заколками в волосах. Она была мягкой, нежной, женственной, и в тоже время яркой, нестандартной, непонятной моему мужскому мозгу. И очень беззащитной. Мне так хотелось ее обнять и спрятать от всего мира.

Я понимал, что у нас сейчас будет очень, очень сложный разговор. Но это был процесс, который я должен выиграть любой ценой. Не у Лены. У судьбы.

Когда я расстался с Витой, то поклялся самому себе, что больше не влипну в отношения с женщиной, которую я не буду уважать. Моя цель — нормальная семья. Одна на всю жизнь.

И несколько лет я проводил кастинг на роль жены. Шутка. Почти шутка. Я встречался со многими женщинами. Опыт с Витой был болезненный, но полезный. Охотниц за деньгами я распознавал с лету. Их было много, но нормальных девушек больше. Вот только, как оказалось, даже когда ты знаешь много замечательных девушек и женщин. этого очень мало, чтобы тебе захотелось на ком-то жениться.

В отношениях всегда наступает момент, когда надо идти дальше. Или жениться, или расставаться. Но… Все было не то. Поэтому или я уходил, или меня бросали.

И нет. Меня это не расстраивало. Мне было двадцать семь. В брак я особо не торопился, предпочитая строить карьеру. Окружающим я говорил, что закладываю фундамент для будущей семьи. Это было правдой, с одной стороны. С другой, жизнь холостяка меня полностью устраивала. Девушки были, бытовые проблемы решались за деньги. Что еще надо?