Чтение онлайн

— А что с Серёжей? — тревожно спрашивает Соня, ещё не до конца придя в себя.

— Всё хорошо с твоим Серёжей. Егор поехал за ним. Жить будет. Наркоман чёртов, — злобно выплёвываю я.

— Он не наркоман, — пытается защитить его девушка, но я смотрю на неё убийственным взглядом.

— Серьёзно? А вчера у него был передоз ромашками? И как тебе? Не знал, что у тебя такие вкусы странные.

Соня молчит. Я не прав. Я в корне не прав. Ещё ночью у неё был срыв, а сейчас я добиваю её снова.

— Молчишь? А, может, ты тоже того?

Соня встаёт, намереваясь уйти из комнаты, но я преграждаю ей путь.

— Пусти, — хмурится, даже не глядя на меня Соня. Я начинаю наступать на неё, пока она не упирается в стену. — Стас, нет, перестань.

Девушка выставляет руки перед собой, но это так себе преграда. Я наклоняюсь, вторгаясь в её личное пространство, и приникаю к губам. Они плотно сжаты, но я запускаю руку ей под толстовку, второй тяну за волосы, отчего девушка отклоняется назад, а её оборона рушится. Сжимаю её лицо в руках, поглаживая большими пальцами щёки. Соня активно отвечает, а её руки уже на моей шее. Разрываем поцелуй, когда воздуха в лёгких категорически не хватает.

— Так и чем твой наркоман лучше меня? — спрашиваю почти в губы. — Мне ты больше не нужна. Особенно после него. Чисто спортивный интерес.

— Всем — с психом отталкивает девушка. — Я вообще жалею, Стас, что мы когда-то попробовали. Лучше бы я тебя не знала!

А это больнее пощёчин. Хуже травм в баскетболе. Когда-то на одной из тренировок по боксу мне сломали рёбра, даже тогда не было так больно.

Не успеваем больше никак задеть друг друга, так как входная дверь открывается, впуская Егора с Логиновым. Серёжа выглядит максимально виноватым, не находя себе места. Он молча смотрит на Соню, а она на него. Между ними что-то есть, но это не похоже на любовь. Между нами даже спустя два года искры были ярче.

— Софа, я…

— Поехали домой, — прерывает Соня, как маленького мальчика. Точно, он как младший проблемный брат, хоть и был старше. — Я не хочу сейчас с тобой говорить.

— Сонь, я больше не буду, — единственное, что он добавляет. Вид у него болезненный.

— Я это уже слышала, Серёжа.

На выходе Соня благодарит Егора, а тот не знает, что делать.

— Почему ты не вмешался? — хмурю брови. — Он что-то рассказал?

— Почти ничего. Сказал, что Соня его вытащила полтора года назад, а вчера он сорвался. Но клятвенно обещал больше не употреблять. Причин не назвал, — пожимает Горыныч плечами.

Слова Сони долго играют в моей голове. Каждый день. Неужели я был настолько плох для неё, что она хотела бы всё забыть, что было между нами, но была готова среди ночи ехать за своим наркоманом?

От Егора и из их социальных сетей узнаю, что они не расстались. Свой роман они не подтверждали, но фотографии говорили сами за себя. Решив, что нагулялся, я серьёзно ударился в работу, вернулся к тренировкам по боксу. Егор всё также пытался охомутать Катю, и имел минимальные успехи в виде короткого разговора, которым тоже был рад. Он вместе со мной пошёл в зал, всё также удачно занимаясь программированием.

Емеля с Савой, пока мы решали личные траблы, успешно открывали клуб. Оказалось, у этих жуков почти всё было готово. В марте планировалось открытие, на котором они попросили выступить группу. Ребята согласились, обещая выступить с новой программой. За последние полгода количество их фанатов выросло, они даже дали сольный концерт и, вроде как, планировали более крупные гастроли. В соседние города они ездили пару раз.

За день до открытия собственного детища Емеля с Савой вытягивают нас в клуб, говоря, что мы превратились в грустных меланхоликов. Когда мы начинаем возмущаться, они нас ещё и стариками бубнящими называют. Всё же решаем с Горычем, что развеяться бы не помешало, поэтому едем. Да и секса у меня давно не было. Разве что жизнь имеет, не вынимая.

В клубе душно, люди бесят. Пацаны говорят, что я сломался и нужно чинить, выводя на танцпол. Становится чуть веселее, но всё же хочется домой. Даже снимать никого уже нет желания. Тут в меня наглым образом кто-то врезается. Поворачиваюсь, чтобы сказать пару ласковых, но это оказывается сестра Сони.

— Стас? — глаза девушки удивлённо округляются.

— Милана? Привет. Ты одна? — вдруг где-то здесь же Соня?

— С подругами. А ты?

— С друзьями.

— Объеденимся? — выгибает бровь Милана. Ей только-только исполнилось восемнадцать, но она уже вовсю щеголяет в клубе почти в чём мать родила. Она всегда испытывала ко мне симпатию и нагло вторгалась к нам с Соней. Я уже почти хочу отказать, когда вдруг слышу, как группа "Лого" собственной персоной начинает выступление. Либо пацаны не знали, либо это специальный ход. Ход чтобы меня добить, видимо. Мы стояли почти у самой сцены, и я цепляю глазами растерянный взгляд Сони.

— А давай! — радостно произношу. Что ты там, не хотела бы знать меня?

— И она здесь вместе со своим нариком, — кривит нос Милана.

— А вы не общаетесь? — удивлённо спрашиваю я.

— Нет, — наивно хлопая глазками, говорит девушка. — Она как с ним связалась, совсем с ума сошла. Даже с родителями не общается. Да и после того, как она поступила с тобой, она противна мне.

Всё их выступление мы с Ланой танцевали и веселились, а Соня не сводила глаз. В какой-то момент, когда моя бдительность помахала мне ручкой, Лана присосалась ко мне, как пиявка. Оторвать её удалось не сразу. В какой-то момент до меня доходит, что она тоже делает это напоказ. Назло Соне.

— Поехали к тебе, — с пеленой в глазах томно шепчет девушка.

— Поехали, — глядя на Соню, говорю Милане.

Она чуть ли не выпрыгивая из кусочков ткани, тянет меня на выход. Быстро доезжаем до их родительской квартиры, после чего я, не выходя из машины, открываю ей дверь.

— Пока, Милана, — да, я проделал этот фокус второй раз. Первый был с Яной. И что вы мне сделаете?

— Что? Стас, я не понимаю…

— Я не собираюсь спать с тобой.

— Ты… ты меня использовал!

Затем мне прилетает пощёчина, после чего девушка с униженным видом, цокает каблучками до дома. Я урод. Я моральный урод, что сделал это назло Котовой-старшей. Но спать с её сестрой — это было бы признаком потери всего человечного. Со мной даже пацаны быт перестали общаться.

Еду домой, чтобы выспаться, ведь завтра открытие клуба пацанов. Может быть там повезёт, и я сниму адекватную незнакомую девчонку?

Жалела ли я о том, что наговорила Стасу? Безусловно. Почему я не смогла промолчать? Зачем я постоянно ведусь на эти провокации? Я ведь вижу, что он делает это специально? Для чего отвечать злом на зло?

Завожу машину, не глядя на Логинова. Его вид побитой собаки ни разу не трогал меня. Вместо того, чтобы поехать домой или хотя бы позвонить мне, он решил закинуться всякой дрянью.

— Сонь, — виновато начинает парень.

— Молчи, — строго говорю. — Даже слушать не хочу.

Всю дорогу до дома молчим. Оказавшись в квартире, ухожу в свою комнату, прыгая на кровать. Сил нет уже ни на что и ни для кого. Для всех я была плохой, хотя просто стала заложницей обстоятельств. Мне стало так жалко эту маленькую девочку, которой в восемнадцать лет сбили все прицелы и никого не оказалось рядом, кроме такого же раненого подростка.