Чтение онлайн

– Точно, - она сделала шаг вперед, намереваясь психически задавить меня и заставить отступить, но я проявила неожиданное мужество, вынудив вампиршу остановиться.

– Его нет дома.

– А я вовсе не к Сладенькому, - ухмыльнулась нахалка, и меня затошнило от клички, которой она наградила Шеридана. Ах вот как к нему обращаются женщины? Значит ли это то, о чем думать я совершенно не хотела? Представлять Шеда в объятиях этой парочки было отвратительно. – Я к тебе. Давно пора познакомиться.

Хотелось бы мне сказать, что она не с той ноты начала знакомство, и я не намерена терпеть от нее унижение, но на ее стороне все же была сила, и провоцировать убийцу я вовсе не собиралась.

Хищно улыбаясь, Каролина попросила пустить ее в душ. Из ее спутанных волос торчали листья и веточки деревьев, а одежда была явно снята с чьего-то плеча, местами порвана и испачкана. Даже опасаясь за свою жизнь, я не могла отказать девчонке в помощи, тем более что и выхода-то у меня особо не было – уверена, она вошла бы в любом случае.

– Мони-ик! – пропела она тогда высоким кошачьим сопрано, и в ту же секунду в моей квартире оказались все трое вампиров, а не один. Филипп по-прежнему выглядел опасным и вульгарным, подмигнув мне как старой знакомой. Даже отвесил небрежный реверанс, совсем как французский вельможа прошлого века. А вот девушка по имени Моник, с оливковой кожей и прямыми черными волосами, выглядела вполне мило и даже опрятно. Она вела себя спокойнее и серьезнее, чем ее единомышленники, не играя со мной в кошки-мышки и не издеваясь просто потому, что ей это нравилось.

Я старалась быть гостеприимной, хоть и дрожала от страха, словно осиновый лист.

Каролина и Моник уединились в ванной, и судя по бешеным звукам меняющегося напора и развеселому хохоту, устроили там настоящее сражение водой. А Филипп тем временем вальяжно развалился в кресле, положив ногу на ногу, и принялся развлекать меня рассказами из своего очень, очень далекого прошлого. И, так как он больше не вел себя как агрессивный социопат и не пытался намеренно запугать меня, постепенно я расслабилась и даже почувствовала себя в его обществе почти комфортно, несмотря на страшные глаза с ярким алым ободком.

– Значит, Шед не собирается обращать тебя? – невзначай поинтересовался вампир, наблюдая, как я, выбросив рваную одежду Каролины в мусорное ведро, подбираю для нее вещи из своего гардероба. Наверняка она взяла бы их без спроса, а так я опередила ее, избежав унижения, и, возможно, выторговала себе капельку уважения. Ну, и дополнительные очки жизни.

Лучше соврать, решила я.

– Собирается, но я хотела бы еще немного побыть человеком.

– Дело твое, - улыбнулся вампир почти приветливо.

Когда он не прикидывался зверем, его умиротворенный вид и вежливые манеры внушали доверие, располагали к себе, и я даже начала испытывать к нему симпатию. Особенно после того как узнала, что он был дворянином и родился во времена правления Людовика шестнадцатого. Приличное воспитание невозможно стереть даже веками существования дикарем, и я очень надеялась, что первое впечатление было обманчивым. Шеридан вряд ли сказал бы о Филиппе «он не такой уж плохой», если бы это в самом деле не было так, вряд ли пожелал общения, будь Филипп и дамочки просто примитивными убийцами. Этот мужчина чем-то напомнил мне Лестата из «Интервью с вампиром» - тираничного и коварного, но все же цивилизованного и разумного.

Выдвинув компьютерный стул и присев напротив Филиппа, я решилась поговорить.

– Вообще-то, – поделилась я шепотом, чтобы Моник с Каролиной не услышали, - у меня другой план.

– Какой план? – тут же оживился он, преисполнившись игривым настроением.

С ним легко оказалось общаться. Даже в ресторане он ни разу не посмотрел на меня так, как это делали другие двое – с чувством превосходства. Он лишь переусердствовал немного с типично мужским вниманием, но зато одобрительно воспринял факт, что я давала Шеду пить свою кровь, и отнесся при этом ко мне как к женщине, а не как к еде. Почти как к равной, и это удивительно.

Глава 43

– Хорошо, что я с тобой поговорила, - сцепив зубы, кивнула я.

Уже перебирала в уме все возможные варианты отмщения Шеду. Так злилась, что даже забыла о вампиршах в ванной.

– А ты крепко его зацепила, - задумчиво пофилософствовал Филипп, улыбаясь с долей восхищения. – Заставить вампира отказаться от своей сущности – это сила, девочка.

– Я не заставляла, он сам. Он просто другой, не такой, как вы, - возразила я уверенно, но воспоминания из прошлого, когда он впервые собрался поохотиться на людей в городе, а я приказала ему тогда убираться, вспыхнули в голове. Он вернулся и… что он сказал? Что дружба со мной ему важнее человеческой крови, вот что.

Я неудержимо покраснела. Было это правдой или случайным совпадением, я не знала. Но отчего бы девушке не помечтать?

– Ты сама знаешь: я прав, - подтвердил Филипп с улыбкой. – Он бы давно стал нормальным, не будь тебя.

– Я заставила его? – недоверчиво выдохнула я, пытаясь осознать, что же это значит для меня. Он относится ко мне серьезнее, чем я подозреваю? Уважает мои убеждения, потому что… любит?

– Невозможно заставить взрослого независимого мужчину поступиться своими желаниями, и раз твое одобрение важно для него, значит, ты ему дорога.

– Может, он просто иначе воспитан, - предположила я смущенно.
– Вы же знаете его историю? Может, он вообще делает это не ради меня, а просто не хочет оставаться в одиночестве, я же приютила его и поставила такое условие…

Расслабленно откинувшись на спинку кресла, восседающий на нем, словно король, Филипп удивленно покачал головой.

– Что ты вообще знаешь о вампирах, девочка? По-моему, ничего! – он усмехнулся. – Ты относишься к нему слишком по-человечески. Не нужно примерять свои привычки к нам, это не сработает.

– Что ты имеешь в виду? – я снова присела напротив, слушая предельно внимательно. Что Шеридан о себе еще не рассказал?

– Пошевели извилинами. Он жил, попивая консервированную кровь из каких-то там бутылочек. Фу, даже представлять тошно. Холодная, несвежая, мерзкая кровь животных… Я как-то пробовал ради интереса – это хуже, чем вместо дорогущего вина выпить прокисший компот. И вот представь, что ты пьешь этот компот, сколько себя помнишь, веками! А затем вдруг попадаешь на винодельню, где любое вино тебе доступно, только руку протяни, не надо платить, ничего за это не будет! Бери, сколько влезет! И что ты делаешь? Жадно глядя на соблазнительные этикетки, продолжаешь пить протухший компот, намеренно отказываясь от своего счастья. Как думаешь, почему такое происходит?