Чтение онлайн

— Выпусти!

— Нет!

— Я вызову полицию и скажу, что мы меня удерживаешь силой!

— Вызывай, — Платон улыбается мне, будто это шутка какая-то, и не собирается отступать.

— Ага! Конечно, ты тут можешь выпендриваться, зная, что тебе ничего не будет! — Злюсь из-за своей беспомощности и пинаю чемодан.

— Лапуль, — мягко смотрит на меня, — что тебя больше всего разозлило?

— Всё! Если она откажется беременной от тебя, то что? Женишься на ней?

— Во-первых, не окажется. Доля вероятности минимальная. Во-вторых, с чего мне на ней жениться?

— Это тебя характеризует!

— С чего меня это характеризует? Что за бред! Я люблю тебя, я не собираюсь из-за глупого перепихона от тебя отказываться!

В глазах яркой вспышкой всплывает эпизод, как я оказалась в этом холле впервые и он предложил мне остаться.

— И я для тебя была глупым перепихоном?

— Поль, хватит к словам придираться. Даже отвечать не собираюсь, очевидно, что это не так!

— Очевидно, что ты подверг моё здоровье опасности! Ты хоть анализы сдавал?

— Сдавал! — Закатывает глаза. — Я проходил медкомиссию в сентябре.

— И на том спасибо! И в завершение решил кончить в меня! Поверить не могу! Я то думала, что это страсть необузданная, а это твой расчёт грязный!

— Пупс, прости меня за это! — У Платона глаза просто молят о прощении. — Я так тебя боялся потерять, что готов был на любую, самую тупую, детскую уловку. Для меня это значило «она теперь моя навсегда». Это отчаянно, глупо и несправедливо по отношению к тебе. Но ты всё, что нужно мне.

— Выпусти, пожалуйста, Тош! — Жалобно мычу. — Я не могу остаться! Это перебор. Я не смогу жить, зная, что ты ребёночка без отца оставил. Может, и меня мой также оставил!

— Поль, да не от меня этот ребёнок! Услышь же меня! Анализы просто для галочки. Просто для стопроцентной уверенности! Я предохранялся, я не виделся с ней в те даты! Ничего не сходится! — Талдычит Платон.

— Если бы не сходилось, ты бы сразу рассказал. А ты сомневался и сомневаешься до сих пор! Сомневаешься настолько, что пошёл на крайние меры! Выпусти!

— Иди, — отходит от двери и говорит так тихо и медленно, что мне приходится вслушиваться, ведь у меня в ушах громко бьётся собственное сердце. — Я не знаю, что тебе ещё сказать. Ты всё воспринимаешь не так. Я надеюсь, ты остынешь за эти семь дней и убедишься, что я тебе не врал!

— Прощай, Платон! И ты так и не ответил на то, что собирался просто оставить своего ребёнка без отца!

— Я бы не оставил СВОЕГО ребёнка. Но и тобой бы я не пожертвовал ни за что и не ради кого на свете!

Это просто слова, уговариваю себя и вызываю лифт. Ощущение, что у меня не осталось почвы под ногами.

— Поль, ну ты полегче с картошкой! Мы же салат готовим, а не толченку! — Делает мне замечание Дарина, а как я ещё должна реагировать, когда по телевизору идёт «С лёгким паром» и пьяный в дребадан Лукашин со своими дружками жутко меня триггерит!

Так и вижу Платона, внезапно просыпающимся на сеновале без памяти. Вот только это не Советский Союз без секса! Это наша реальность! И Платон свой корнеплод суёт куда ни попадя!

— Мамуль, у Поли свои счёты с корнеплодами, новую отварим, дай ей пар выпустить!

На Алининых словах я разрубаю огромным ножом морковь, будто играю в фруктового ниндзя, и удовлетворенно выдыхаю. Так тебе!

А через минуту я понимаю, что никогда бы так с Платоном не поступила, что люблю его и больше всего хочу быть вместе. И такие качели у меня перманентно. То убить готова, то сама умереть без него. Я устала, просто устала. А всё из-за его слов про девяносто девять процентов. Как можно быть в чём-то уверенной на сто, если он так поступил. Я за эти дни даже к пятидесяти одному не приблизилась. Сумасшедшие сомнения!

И самое страшное, что я не понимаю, в ком сомневаюсь больше, в себе или в нём. Не знаю, мне казалось, что Платон практически девственник. Все эти истории, что у него не было девушек и вот он наконец встретил меня. Его друзья, семья, все так радовались, и я наивно полагала, что нет девушек — это буквально их НЕТ. А оказывается, он Дон Жуан подпольный и меняет их, как перчатки. И не только меняет, но еще и жонглирует. Имеет варианты! А если и в Нью-Йорке такая Влада у него в запасе?

Голова кипит. Плюс его глупое поведение. Плюс сокрытие. Это меня меньше всего, конечно, напрягает, потому что сама такая же, и тут я его прекрасно понимаю, но боль от предательства, когда я увидела его с другой, это не стирает. Нисколечко!

— Извините! Я сейчас уберу!

— Детка, — с добротой смотрит на меня Дарина, — иди займись собой. Мы с Алей справимся. Мальчишек подключим. Арсений хотел нам очень помочь. Хочешь погуляй, погода какая хорошая, хочешь поспи, фильм добрый посмотри. Нельзя готовить с такой энергетикой.

— А можно я на квадроцикле покатаюсь? — Приходит на ум идея. Мне надо погонять, снять напряжение.

— Один уже покатался. Вы слышали, как олигарх погиб? А! Это же муж ректора Алининой академии, да? Кошмар. Просто кошмар.

— Да, я дружу с его падчерицей, — на автомате отвечаю и прикусываю язык.

— Поля как-то приехала ко мне в академию, мы собирались погулять, и её сбил парень, мам, — встревает Алина. — Ну, тот самый Платон, ты поняла. Он и познакомил Полину с друзьями, и одна из них дочь нашей Лидии Александровны.

— Луизы, — шепчу Алине, но её мама не реагирует на оговорку. И так всю неделю, Алина врёт, выворачивается, но сразу понятно, что она ни дня не проучилась. Она думает, что высшее образование — это то же самое, что школа, просто людей в здании побольше и ученики постарше. Даже преподавателей вечно называет в своих рассказах учителями, а пары уроками. Слова «семинар» в её обиходе вообще нет. Хорошо, у её родителей впечатлений от Ирана так много, что они подвоха не ищут.

— Какая трагедия! — Продолжает Дарина вздыхать. — Ой, нет, Поль, давай без квадроциклов. Я и Коле скажу, чтобы мальчикам не давал. Надо продать их от греха подальше!

— Мам, а может ты сама приготовишь всё? Позови Гульнар помочь тебе, а мы с Полей в баню сходим? Я из неё веником Пастернака как выбью, и в Новый год с чистым сердцем войдёт!

Ну они издеваются? Баня меня и выбесила!

— О! Отличная идея! И я, наверное, еще успею сходить, — говорит Дарина, — папа как раз натопил. Аль, и возьмите с собой эти мочалки иранские со скрабом с розой. Аромат… Нашей Нате бы понравился.