Чтение онлайн

— Да, я его уже открывала. Пахнет совсем как те мамины жёлтые розы, — вздыхаю и успокаиваюсь. Мамуля всегда меня заземляет. — Спасибо!

Мы с Алиной идём собираться в баню, и в комнате я не сдерживаюсь и залезаю в телефон. Мой с вытащенной симкой лежит у Алины в квартире, я боюсь, что Платон вместе со своими дружками найдут и просто силком вернут.

Но вот свой телеграм я установила на мамин телефон, чтобы совсем не отсекать себе пути. Платона даже блокировать не стала, заглушила уведомления и постоянно борюсь с собой из-за этого. Но так и не прочла ни одного его сообщения. И не хочу. И не буду!

У Даны и Ани висят сторис свежие, и я захожу посмотреть. Они все на даче, как и планировали. С интересом смотрю Данин репортаж и замечаю Платона на заднем плане. Сидит и разговаривает с Эльдаром. Они попали в кадр буквально на долю секунды, но меня это задевает. Если он не изменил своих планов, значит, не так уж и раскаивается. Тем более там эта Влада по близости ошивается. В глубине души я надеялась, что ему также тяжело, как и мне, и он искренне переживает, страдает, а он развлекается с друзьями. Да, я тоже с Алиной, но у нас не тусовка, а поддержка.

Пересматриваю раз за разом этот кадр и понимаю, что всё сделала правильно.

Сторис исчезает, и высвечивает звонок внутри телеграма. Я уже через экран боюсь. Не могу даже предположить, зачем мне Екатерина Дмитриевна звонит, но проигнорировать мне неудобно.

— Алло! — Выходит слишком детским голосом. — Здравствуйте!

— Поленька, привет! С наступающим тебя! Пусть следующий год станет для тебя светлым!

— Спасибо, Екатерина Дмитриевна! Взаимно! — Растерянно лепечу.

— Поленька, а с кем ты празднуешь? — спрашивает Екатерина Дмитриевна, и я радуюсь, что Платон всё-таки переживает и через маму пробивает, где я. — Ты не одна? Если одна, приезжай к нам. Платона нет, он уехал к Ананьевским. А Новый год надо встречать в кругу приятной компании. Мы же приятная компания? От мамы тебе привет!

Екатерина Дмитриевна смеётся, а я не понимаю, как это. Она на полном серьёзе мне предлагает встретить с ними Новый год?

— Я праздную с близкой подругой и её родными, я не одна. Но спасибо большое, Екатерина Дмитриевна! И Татьяне Владимировне огромный привет от меня! Вы меня растрогали! — Смеюсь.

— Ну, мы же всё понимаем! Поленька, ещё момент, — Екатерина Дмитриевна замолкает, будто сомневается, — что бы у вас с Тошей не произошло, какое вы бы решение не приняли, вся наша помощь тебе в силе. В школу тебя устроят, Саша документы сделает, мои репетиторы и преподаватели также на мне. Ничего не изменится!

— Екатерина Дмитриевна… Я не знаю, как Вас благодарить! Мне так неудобно!

— Чего тебе? — Переспрашивает.

— Неудобно!

— Не знаю такого слова. Сленг ваш молодёжный? — Хитро говорит.

— Екатерина Дмитриевна, — смеюсь и смахиваю слёзы. — Спасибо!

— Это наш с тобой модус вивенди.

— Вот я правда не знаю, что это за слово! — Продолжаю смеяться сквозь слёзы.

— Узнаешь! Всё, Поленька, я побежала! Ещё стольких обзвонить надо!

— С наступающим! Спасибо!

Я кладу трубку и пытаюсь понять, что она со мной сделала. Ничего не спросила про Платона, не пыталась своего сына выгородить или, наоборот, отругать. Не ждала от меня благодарности за помощь, это меня больше всего растрогало, и позвала отпраздновать вместе.

Вот насколько её по-разному в сети характеризуют, так и я. Никак не могу мнение полное сложить, но восхищаюсь однозначно.

— Ну ты чего там зависла? Идешь? — Заглядывает ко мне Алина в халате. — Мать, ну ты чего не оделась даже?

— Мне мама Платона звонила, — рассказываю и начинаю собираться.

В баню беру с собой телефон. За неделю я привыкла жить без него, но теперь я чего-то жду. Заходим с Алиной в парилку с намерением выгнать Платона из головы. Алина берёт аромачашу и капает туда эфирные масла.

— Ой, хорошо, — прислоняется к стене и закидывает на скамью ноги.

— Мне Платоном пахнет, — вздыхаю. — Ты не могла хвойного чего-то накапать? Розмарин! Так и кажется, что сейчас он выйдет со своим стейком. И парфюм у него с розмарином!

— Ой! Как всё сложно-то! — Алина встаёт, долго копается в бутылёчках и заливает что-то новое.

— А это что? — Комнату заполняет сладкий аромат, и как-то воздействует он на меня странно, особенно в сочетании с розмарином.

— Иланг-иланг! Мощный афродизиак, его в эротическом массаже используют. Чувствуешь, как свадхистана раскрывается?

— Чего?

— Вторая чакра!

— Не знаю, что у меня там раскрывается, а находиться тут невозможно!

Злая вылетаю из парилки и выхожу на улицу. Жадно хватаю свежий холодный воздух и подбегаю к сосне. Вдыхаю её аромат, чтобы перебить этот навязчивый запах из бани.

Вот в данный момент я хочу к Платону больше всего на свете и уверена на сто процентов. Дурацкий розмарин! Я скучаю…

Захожу снова в телеграм, чтобы отвлечься, и зелёный кружочек Даны меня манит, как маяк. Словно я могу из первого ряда за ним подсмотреть, а он за мной не может! Пролистываю сторис, видимо, это её спальня, там Платона точно нет. Много, очень много Дани. Они что-то готовят. Это ресторан? Смотрю на кухню из нержавейки, ряды продуктов и профессиональную технику и понимаю, что, видимо, они уехали по своей программе, как замечаю на фоне холодильника Платона.

Мне больно на него смотреть. Выпячиваю губу и всхлипываю. Мой Тоша бродит бесцельно вдоль стеллажей с поникшими плечами и трауром на лице. Похудевший и уставший.

— Ты чего ревёшь? — Выбегает Алина ко мне.

— Тоше плохо! — Глотаю всхлип и показываю ей сторис.

— Ну логично! Как и тебе! Сама же ему плохо и сделала!

— Я не делала!

— Чего вы тут? — Хрустит по свежевыпавшему снежку Дарина. — Всё по мальчикам слёзы льёте?

— Да… Полина страдает, её Платон страдает и на примирение не идут. Всё это неважно! Это было до тебя, и он хочет быть с тобой! — Топает ногой Алина. Она, конечно, мне в этом плане так себе подруга и полностью за него. Спасибо хоть не выдала меня, когда он к ней приезжал. Но думаю, она просто знает, что мне нужно время, чтобы отойти.

— Дело даже не в этом. Он ведёт себя как баран!

— Девочки, так и должно быть, — Дарина уже явно навеселе и громко смеётся. — Если мужчина с вами не ведёт себя как баран и не смотрит на вас, как баран на капусту, то он вас не любит. Влюблённые мужчины всегда голову теряют и ведут себя по-дурацки. Ну отключаются у них мозги. Знала бы ты, что твой папа исполнял, Алиш!

— Что исполнял? — Загорается Алина.

— Маленькая ещё! Вы либо в дом идите, либо в баню обратно. Мне потом вас ангинщиц выхаживать еще!