Не пожелай ни дождика, ни снега
Шрифт:
Ровно в двенадцать пацаны стояли у знакомого прохода.
– Так, смотри, сторож делает обход каждый час, поэтому у нас уйма времени, – сказал шепотом Лешка Ахмеду.
– Дождемся, когда пройдет сторож, и вперед.
Ждать пришлось минут двадцать. Знакомый сторож дядя Степан, с берданкой на перевес, обходил территорию автопарка. Как только его силуэт исчез в темноте, мальчишки пробрались сквозь прутья и подкрались к первой стоящей машине. Это был хлебный фургон дяди Вани Кротова, и Лешка понимал, что поступает подло: дядя Ваня был хорошим знакомым отца, но другого выхода не было.
Привычным движением, открыв капот машины, Лешка велел Ахмеду светить фонариком. Гайки поддавались легко, и работа спорилась. Неожиданно где-то рядом, за соседней машиной, раздался негромкий и частый звук: тук-тук-тук. Как будто кто-то ладошкой бьет по двери автомобиля.
Ахмед выключил фонарь, и мальчишки затаились. Звук был так близко, что они не решались заговорить друг с другом. Просидев в тишине минут пять, Лешка шепотом спросил:
– Что это было?
– Кто-то нас выпас. Надо дергать, – прошептал Ахмед.
Подождав еще минут десять, Лешка велел зажечь фонарик. Стараясь работать как можно тише, он продолжал снимать генератор. Когда уже было все откручено и осталось только вынуть болт, на котором держался генератор, стук повторился: тук-тук-тук. Ахмед погасил фонарик, и мальчишки вновь затаились.
– Издевается кто-то, – прошептал Лешка.
Просидев без движения еще некоторое время, он велел Ахмеду следовать за ним.
– Мы сейчас выпасем эту суку, – сквозь зубы прошептал Лешка.
Подкравшись к автомобилю, из-за которого раздавался стук, мальчишки принялись искать источник звука. Крадучись, они обошли автомобиль, залезли под него, заглянули в кабину – никого.
Посмотрели в кузов – никого. Присев на подножку, мальчишки перевели дух.
– Да, загадка, ладно, пойдем снимать генератор, – Лешка хотел было подняться, как тут над самой головой раздался звук: тук-тук-тук. Пацаны чуть-чуть не наделали в штаны. Присев от страха на корточки, они подняли головы вверх и обнаружили источник звука.
Дверью была прижата каким-то образом попавшая туда плотная бумага. И при дуновении ветра она начинала колотиться по кабине, издавая громкий звук. Облегченно выдохнув, пацаны захихикали. Но в это время послышались шаги дяди Степана. Сторож шел, уставившись под ноги, как будто спал на ходу. На спине болталась старая берданка. Рядом с ним семенили сука Гайка и пес Кардан. Учуяв посторонних, собаки подбежали к пацанам. Ахмед сидел ни живой, ни мертвый от страха. Но Лешка знал собак еще щенками, сколько хлеба было скормлено им. Увидев знакомого, собаки завиляли хвостами. Постояв немного и поняв, что сегодня угощения не видать, они побежали дальше охранять сторожа.
Дождавшись, когда сторож зайдет в сторожку, мальчишки сняли генератор и бегом, на цыпочках припустили из автопарка.
– Слышишь ты, аферист, я чуть не умер от страха, – Ахмед не на шутку налетел на Лешку.
– Скажи спасибо, что он поднятый капот не увидел, а то бы сейчас объяснительные у ментов писали, – парировал Лешка, – ладно, не скули, айда ко мне ночевать.
И он по-дружески обнял Ахмеда.
На следующий день Магомед Исаевич горячо благодарил Лешку, как будто ему лично была оказана очень большая услуга, он даже пообещал написать заметку в районную газету о бескорыстной помощи Лешкиного отца.
Вечером Лешка снова встретил в библиотеке Таньку. Опять подготовка к экзаменам пошла побоку. Они сидели и шептались, как старые друзья.
– Все, Тань, медкомиссию прошел, теперь прямая дорога в училище. Мне уже направление дали. После экзаменов сразу поеду.
– Леш, я, честно говоря, не верю, что ты поступишь. Ведь туда нужны связи, а ты крестьянский сын.
– Ну, во-первых, не крестьянский, а из рабочей семьи, а во-вторых, другой дороги у меня нет, – уверенно сказал Лешка.
– Ты как прошлый раз добрался?
– Нормально, я ведь бегаю хорошо.
– За тобой тогда погнался Хаджимурад с братьями, если бы догнали…
– Тань, ну я ведь сегодня тебя провожу?
– Только до остановки, – твердо сказала Таня, – если не убежишь в следующий раз, с летным училищем можешь попрощаться.
Лешка понимал это и спорить не стал.
В это время в библиотеку вошел старик Абдула. Он был представителем одного сильного чеченского тейпа. Он подошел к Лешкиной матери и тихо сказал:
– Надежда, пойдем, поговорить надо.
Зайдя за стеллажи с книгами, он негромко сказал:
– Надежда, твой Николай попал в неприятную историю. Мы узнали, что он участвовал в похищении моей внучки Фатимы, и на совете тейпа мы решили всех убить.
Мать дрогнувшим голосом прошептала:
– Ведь он таксист, куда ему велят ехать заказчики, туда он едет.
– Он взрослый человек и должен понимать, что делает. Я предупредил тебя потому, что уважаю вашу семью. Но теперь Николай наш кровник. Ему надо бежать.
– Спасибо тебе, Абдула, что предупредил.
Мать вышла из-за стеллажа и стала быстро собираться. Сидевший рядом Лешка все слышал и, как только мать вышла из библиотеки, коротко бросил Таньке:
– Увидимся, – выскочил следом.
Он не стал догонять мать, а только шел за ней следом. Войдя в дом, он услышал, как мать плача выговаривала отцу:
– Как ты мог, ведь у тебя дети, разве можно с ними играть в такие игры? Придумал воровать невест. Теперь они всех, кто причастен к похищению Фатимы, убьют.
Отец приехал утром с рейса и только что проснулся. Не обращая на слезы жены, он подошел к пиджаку, достал сигарету «Прима» и закурил. Сделав две глубокие затяжки, он спокойным голосом сказал:
– Надь, ты что пургу подняла? В этом городе мне бояться некого.
– Да как ты можешь, ко мне уже старик Абдула приходил, они на совете тейпа всех, кто похищал Фатиму, приговорили к смерти.
– Меня их дела не касаются, – сказал отец и, поставив стул, влез на него. Затем, достав из-за картины пачку каких-то листочков, взял один из них, оделся и вышел из комнаты, на ходу бросив жене: – Я скоро.