Чтение онлайн

Лешка подошел к матери и, взяв ее за руку, сказал:

– Мам, отец все решит, ты только не волнуйся.

Мать села на стул и стала рассматривать свои руки, при этом слезы капали из ее глаз. Она выглядела так беспомощно, что у Лешки сдавило сердце. Он налил стакан воды и подал матери, понимая, что успокоить ее сможет только отец.

– Мам, ты не переживай, у папки вон сколько чеченцев знакомых, есть кому заступиться.

– Как не переживать, сынок, ты же знаешь, что такое кровная месть. Они же ни перед чем не остановятся.

Лешка погладил мать по голове. В глубине души он понимал: положение серьезное. Если чеченцы объявили кровную месть, не поможет никакая милиция.

Через час под окном раздался звук подъехавшей отцовской машины.

Уже через минуту отец, обняв за плечи жену, спокойным голосом говорил:

– Вопрос решен. Я только приехал от Абдулы. Те листки, что лежат за картиной, – это расписки невест, которых я отвозил или, как они говорят, – воровал. Ты же понимаешь, что жених сам договаривается с невестой, и это воровство – чистая формальность. Единственная проблема, что они это делают без воли родителей. На этот случай я беру расписку у невесты, что она села в машину добровольно. Эту расписку я показал Абдуле. Теперь ко мне вопросов нет. А между собой пусть сами разбираются.

Через неделю Лешка услышал, что похитителей Фатимы нашли с перерезанными глотками в старом лесу, а саму Фатиму ее отец облил бензином и поджег.

На уроке труда наступил торжественный момент – заводили старенький, только что собранный ГАЗ-51. Магомед Исаевич по этому поводу пришел в парадном пиджаке и в галстуке. Газик, сияющий свежей краской, стоял в тесном школьном гараже. Мальчишки двух параллельных десятых классов окружили его со всех сторон. Наступил момент запуска двигателя и первого выезда автомобиля. Все ожидали, что сам Магомед Исаевич сядет за руль, но он подошел к Лешке и протянул ему ключ зажигания от машины.

– Понамарев, ты заслужил это, – сказал он Лешке.

Лешка, не ожидавший такой чести, покрылся красной краской с головы до ног.

– Магомед Исаевич, можно со мной в кабину Ахмед сядет?

– Хорошо, Понамарев, в добрый путь.

От волнения у Лешки задрожали колени. Ничего особенного, с его опытом вождения можно было не волноваться. Но под напряженными взглядами одноклассников он боялся оплошать. Выжав сцепление, он включил нейтральную передачу и нажал ногой на педаль стартера. Двигатель сделал несколько оборотов, но заводиться не хотел. Все напряженно смотрели на Лешку. Магомед Исаевич жестом показал Лешке – подсос. Вытянув подсос, Лешка повторил операцию. Двигатель заурчал на повышенных оборотах. Вытерев пот со лба, он подождал некоторое время, чтобы двигатель прогрелся. Затем, выжав сцепление, включил первую передачу. Автомобиль медленно тронулся, и все стоящие рядом захлопали.

Лешка медленно вывел автомобиль из гаража и сделал круг почета по школьному двору. Подъехав к гаражу, он выключил двигатель и вышел из кабины.

– Качать героя, – крикнул кто-то из толпы, и Лешку, подхватив на руки, подкинули несколько раз вверх.

Он чувствовал себя как минимум Юрием Гагариным. Это был момент славы. Освободившись от одноклассников, Лешка подошел к Магомеду Исаевичу и, протянув ему ключи, важно сказал:

– Сцепление ведет немного, а в остальном порядок.

На шум выбежал директор школы Иван Андреевич. Он подбежал к Магомеду Исаевичу, схватил его руку и стал яростно трясти:

– Ну, спасибо, теперь хоть у шефов клянчить транспорт не будем.

Обойдя вокруг машины, он вдруг скомандовал:

– Ну-ка, все в кузов.

И все ученики полезли в кузов автомобиля. За руль сел Магомед Исаевич, а Иван Андреевич встал на подножку. Автомобиль медленно поехал по школьному двору.

– Ура-а-а-а! – разнеслось по школьному двору. Из окон повысовывались школьники и учителя. Увидев школьный автомобиль, разъезжающий по двору, они замахали руками и тоже закричали «ура». Урок явно был сорван, но об этом никто не сожалел, ни школьники, ни учителя. Кто-то запел:

– Наш паровоз вперед летит…

И все подхватили:

– В коммуне остановка…

Это был незапланированный праздник для всех, момент торжества и гордости за свою школу, свой поселок, свою страну.

На следующем уроке учителям с трудом удалось успокоить учеников и вести урок в привычной деловой обстановке. Дождавшись окончания уроков, Лешка и Ахмед возбужденные выходили из школы.

– Теперь домой, бате расскажу, пусть порадуется, – сказал Лешка.

– Да, он точно будет рад, особенно если узнает, что ты первый почетный круг на машине проехал.

– Как только восемнадцать лет исполнится, сразу в автошколу пойду учиться.

– Тебе, наверное, надо на шофера идти учиться, – Ахмед открыл дверь, пропуская Лешку вперед.

– Нет, я только в авиацию, – сказал Лешка и вдруг, спотыкнувшись о подставленную подножку, полетел кубарем со школьных ступенек.

Поднявшись, он увидел стоящего наверху, зло улыбающегося Мурата. Ярость охватила Лешку, и он кинулся на обидчика. С ходу ударив его ногой в пах, Лешка хотел было нанести несколько ударов рукой, как кто-то схватил его за ворот куртки.

– Понамарев, нехорошо обижать новеньких, – сзади стоял Иван Андреевич, – скажешь матери, чтобы позвонила мне.

– Он первый, я не виноват.

– А ты, Темирханов, давай домой, – строго сказал Иван Андреевич Мурату.

Тот, сплюнув, пошел в сторону дома. Проходя мимо Лешки, сквозь зубы сказал:

– Ты покойник.

Праздничное настроение было испорчено. Лешка зашел в школьный туалет, вымыл руки и умылся. На улице его ждал Ахмед.

– Вот сука, я же ему ничего плохого не сделал, – возмутился Лешка.

– Может, он хотел пошутить.

– Шутки у него дебильные, лечиться ему надо.

Друзья вышли со школьного двора, как из-за дерева показался Мурат.

– Один на один, – в форме ультиматума он обратился к Лешке.

– Слушай, Мурат, погорячились, и хватит, – вступился Ахмед.

Мурат пошел на Ахмеда, что-то яростно говоря ему по-чеченски. Ахмед почему-то ничего не ответил, а только опустил глаза.

Лешка бросил портфель и крикнул:

– Слышь, ты, чучело, я здесь.

Мурат кинулся на Лешку, который, увернувшись, подставил подножку, и противник кубарем полетел в кусты.

Когда Мурат выбрался из кустов, он был взбешен. Он яростно бросился на противника, но Лешка увернулся, чувствуя за собой явное преимущество. Он не хотел бить Мурата, но неожиданно получил ногой в колено. Резкая боль разозлила его, и Лешка, изловчившись, схватил Мурата за длинный чуб одной рукой, наклонил голову вниз, а второй рукой начал изо всех сил наносить удары в лицо.

Он почувствовал, как рука стала липкой от крови, как вдруг кто-то схватил его руки и искрутил их сзади. Освободившийся Мурат налетел на Лешку и стал наносить один удар за другим.