Чтение онлайн

– Проблемы на складах? 

– Ну, может, мыши поели, или мешки промокли. Чеснок же. Молотый. Ведро воды – и вот тебе каша.

Арлина облегчённо выдохнула. Конечно, мешки с чесноком промокли. Такие дожди после феникса шли. Но как отец мог допустить? Хотя бывают и у отца промахи. 

– Овощей-то дадите? – по-простецки спросила девушка. 

– Да вон их сколько. – Мадам Потаж кивком указала на стоящие под столом корзины. – Бери всё, что видишь, коль кролика не перевариваешь. 

Тушёный кролик… Как же пахло из кастрюли с рагу! В тот момент Арлина была готова сбежать из кухни, если бы не полуголый вид и не замоченные в тазу вещи. Можно было ещё зажать пальцами нос, чтобы не дразнить себя ароматами мяса и пряных трав, но как тогда стирать штаны и тунику? Проклятые условия старикашки! Чего ему стоило махнуть рукой, прошамкать пару заклинаний – и одежда сухая и чистая?! Со своей, наверно, так и поступил. А вымотанную девушку заставил пальцы в кровь истирать и руки в студёной воде портить, благо кухарка вовремя заметила и плеснула из чана в таз два черпака кипятка. 

– Мокрую одежду хорошо бы над плитой повесить, – заметила мадам Потаж, глядя, как Арлина силится и выжимает воду из скрученных штанов. – Я до поздней ночи кашеварить тут буду – к утру всё точно высохнет. 

Арлина кивнула, положила выполосканные вещи на стул и потянулась за корзинкой с овощами. Помидор попался такой спелый, что, надави, брызнет прямо в глаз соком и семечками. Быстро накрошив его дольками и добавив к нему огурец, горох, перец и семена подсолнуха, Арлина всё тщательно перемешала и полила жирными сливками, свежими, густыми и неимоверно вкусными. Поставила рядом с тарелкой кружку воды и уселась, вооружившись ложкой. 

– Этим не наешься, – бросила кухарка, проходя мимо, и добавила к скудному пиршеству девушки кусок ржаного хлеба. 

– Но кролика всё равно не буду, – упрямилась Арлина. 

– Ветчины хоть принести?

Девушка только упорно мотала головой в ответ, жадно поедая овощи, хлеб и запивая холодной водой. 

– Я выскажу всё милорду, – выдала кухарка и помешала поварёшкой рагу. – Где это видано, чтобы гостей так вот на задворках замка держали и голодом морили? Сколько лет служу в этом доме, а первый раз нашего господина таким тираном вижу!

– А он прогневается и превратит вас в жабу, – не удержалась Арлина. 

Мадам Потаж недоуменно посмотрела на девушку. 

– Я кормлю всех Тайернаков со своих пятнадцати лет! А мне уже за шестьдесят. Сколько пиршеств накрыла, сколько гостей повидала, сколько изысканных кушаний на стол подала! И ни один гость ни разу не ушёл недовольным. А тут… Моя стряпня даже леди Лавиндер к душе пришлась, а уж она известная на весь свет привереда. И что только милорд в ней нашёл? Ну да, красива, может, и умна, хотя я на заметила, но вечно ей то покрывало в спальне не того цвета, то вода слишком мутная. Вот только еда по нраву пришлась, а во всём остальном – сплошные фырканья. 

– Что за леди Лавиндер? – сквозь полный рот промычала Арлина. – Никогда не слышала этого имени. 

– Она из Солнечной бухты. Тамошняя местная красавица. Мы все ждём, когда милорд приведёт её в дом не как гостю, а как хозяйку. Давно пора этим стенам почувствовать женские руки. Но вот теперь я уверена, что ждать осталось недолго. 

– Мне ваш хозяин тоже заливал про скорую женитьбу. Вы говорите, она красавица? 

– Волосы – золото и шёлк, длинные, ниже пояса. Глаза зелёные, словно трава весенняя. Шея, как у лебедя. И вся не идёт, а плывёт. Перед отъездом милорда она гостила у нас целую лунную неделю. Каждый день удивляла нарядами. Даже у Пакстона от красоты изгибов её тела пенсне треснуло. Как только милорд держался и не женился на ней в тот самый день, когда…

– Когда что? – Арлина откусила сочную морковку да так и застыла с ней во рту, заслушавшись историй мадам Потаж. 

– Они поехали верхом прогуляться. Лошадь миледи понесла и скинула её. Обратно вернулись на его лошади. Леди Лавиндер слегла и лежала в постели три дня, не вставая, и все три дня милорд не отходил от неё, растирал ушибы и видел её, в чём мать родила, – последние слова служанка договаривала уже шёпотом. – В наших краях после такого обычно сразу женятся! 

– В наших краях после такого сочиняют позорные частушки, – выдавила Арлина, вспоминая, как на глазах у всех на площади разорвала платье и гуляла в одних панталонах. 

– Теперь осталось всего ничего. Я сама вчера слышала, как милорд обмолвился этому своему клыкастому уродцу, что миледи сводит его с ума. Так и сказал, дескать, «ненавижу её всем сердцем, но лишь потому, что знаю, жить без неё не смогу и никогда не смогу её отпустить». Вот как! А он у нас не любитель откровенничать. А тут вот взял и расчувствовался. Видимо, накипело. Я аж прослезилась, когда услышала. 

– А она его любит?

– А как его не любить? У него, конечно, характер не подарок, но лучшего хозяина я и желать себе не смею.

– Я безмерно ценю вашу преданность, мадам Потаж. – Обе – Арлина и кухарка – вздрогнули, услышав за спиной сварливый голос лорда Тайернака. – Но мне стало крайне любопытно, когда же преданные слуги соизволят подать ужин?

Кухарка заохала и бросилась извиняться, а Арлина, заливаясь краской от стыда, усиленно куталась в полупрозрачный палантин, стараясь скрыть свою наготу от пристального взгляда старика. 

– С кроликом так уж и быть можете не торопиться, – остановил Тайернак хлопочущую служанку. – Вино ещё не выветрилось, и сил у меня полно. Я лишь зашёл проверить, как выполняются мои условия, и я доволен тем, что увидел. 

Колдун бросил ещё один взгляд на Арлину, развернулся и зашаркал к выходу, сильно сутулясь. 

– Ох, как я оплошала, – запричитала мадам Потаж, разгоняя полотенцем пар от приподнятой с кастрюли крышки. – Столько лет служу в этом доме, и именно сегодня хозяин первый раз соизволил сюда заглянуть. И надо же! Именно в этот день у меня потолок в жиру, кролик ещё не готов, и ты полуголая тут в самом центре кухни красуешься. Вот что он подумает? 

Арлина равнодушно пожала плечами, промычала в ответ нечто нечленораздельное и откусила ещё морковку. 

––––––––––––––

*Потаж – (с фр. potage) суп, в котором овощи (и иногда мясо) варят в воде до тех пор, пока не получится густой суп, своего рода суп-пюре.

**Час суслика – примерно 5 часов утра. 

***Здесь и далее по тексту главы Грибо демонстрирует широкий кругозор знаний, успешно цитируя (иногда не дословно) А. Дюма (отца) и Эпиктета.

Утро следующего дня выдалось сырое и туманное. Всю ночь Арлина не спала. Перед глазами то и дело всплывали образы старика, Грибо, мадам Потаж, а к полуночи к ним добавился Пакстон. Когда же удалось всех прогнать, начала ныть голова. В том самом месте, где ещё не до конца зажила рана и кровь время от времени сочилась, стоило легонько потянуть за волосы или невзначай коснуться глубоких царапин. Можно было, конечно, встать с кровати и попросить Тайернака о помощи, но стоило Арлине на мгновенье представить, как тот дотрагивается до неё кривыми костлявыми пальцами, как девушку сразу коробило, и она решила, что стерпит что угодно, только бы не оказаться один на один с колдуном. 

Когда боль утихла, начались сомнения. Что если рассказы старика – сплошные враки про эликсир? Что если и сон – тоже враки? Не снится же он уже столько ночей. Хоть бы раз заявил о себе со дня свадьбы, хоть бы раз напомнил о грозящих ужасах. Что если это всё – фантазия? Предсвадебное волнение, которое исчезло, как исчезла и свадьба, а вместе с ней прошёл и ночной кошмар. Но гадалка на площади воображаемой не была. Светящиеся во тьме глаза Грибо просто так не придумаешь. Как не придумаешь и большое жестяное ведро, которое Арлина обнаружила поутру в коридоре у дверей своей спальни.