(не) Признанная фениксом
Шрифт:
– Не я, - тут же отозвалась Ара.
– И не… - вторила ей, было я, но как только произнесла это, чутьё целителя жаркой волной потянуло свои ниточки к комнате, где спал Рон: там явно была нужна моя помощь, и немедленно. Не произнеся больше ни звука, рванула к закрытой двери, ведомая даром.
И только я потянулась к дверной ручке, как ноги оторвались от земли, а рёбра сдавило: что-то сильное и горячее следом огнём обдало спину.
– Куда?
– прорычало у самого уха.
Не сообразив сразу, что произошло, попыталась вырваться, но только сделала хуже: теперь меня держали с обеих сторон надёжной хваткой.
– Там… Там…Я чувствую, что нужна моя помощь. Похоже, Рон ранен, - только и смогла выдавить из себя. Горло сдавило спазмом, трудно было дышать, стоило понять, что сейчас я не просто вишу в воздухе, а нахожусь в объятьях мужа. Полуобнажённого мужа, пепел на его голову! У него, что там, раскалённая лава вместо мышц? Почему такой горячий?
– Ара, в комнату!
– не попросил, а приказал подруге второй феникс.
— Вот ещё! Там Рону помощь нужна, а я в комнату?
– выдала свой протест ведьма на такое ущемление ведьмовской участливости.
– Я сказал — в комнату!
– Крон угрожающе шагнул к непокорной проклятийнице, - Мы теряем время из–за Вашего упрямства, что, возможно, укорачивает жизнь Вашему другу, - как змея прошипел мирэ, прожигая подругу горящим взглядом.
Здесь она спорить не стала: как-то подозрительно тихо попятилась назад и скрылась в тёмном проёме «своей» комнаты.
Убедившись, что Ара ушла, Крон, отодвинув Светлейшего и меня, так и висящую в его руках, сам подошёл к двери, ведущую в главную спальню, и осторожно приоткрыл её.
Соседняя комната встретила тишиной, словно там ничего не случилось, но я отчётливо чувствовала: случилось, и кому-то невыносимо больно.
Как только Крон скрылся за дверью, я в нетерпении задёргалась. Находиться настолько близко к мужу было для меня непозволительно, да ещё в таком виде: нас разделяла лишь тонкая ткань моей ночной рубашки. Да что он вообще себе позволяет? У него вообще–то есть невеста, как бы это абсурдно ни звучало! Вот пусть её и прижимает к своему торсу, а я — девушка самостоятельная, могу сама за себя постоять в случае чего.
– Пустите, - не теряла надежды вырваться из этих ручищ, но тут бедро проехалось по характерному уплотнению. Я замерла, не желая верить в происходящее.
– Вы издеваетесь?
– прошипела сквозь зубы. Не знаю даже больше, отчего: от злости или от неожиданности.
– Да нет, это ты издеваешься!
– с усмешкой прилетело в ответ, - Я, знаешь ли, не железный: любой сдастся на такое сопротивление.
Нет, вы посмотрите на него! Он ещё и смеётся. А эта фраза меня преследует?
– Да Вы… - слов не хватало, то есть, конечно, имелся кое–какой запас, но он был крайне непривычен для этого мира и выдал бы меня с потрохами.
– Мы давно перешли на «Ты», госпожа Ри, и как ты однажды выразилась: «Все мы здесь взрослые люди».
– Там человеку плохо, а у тебя мысли, кхм… Драться, как будешь, если все мозги утекли?
– огонь исцеляющий, что я несу, так зачем я продолжаю? Тут о погоде надо говорить, мужика успокаивать, а то действительно, как драться–то будет в случае чего.
— Иногда я на самом деле готов поверить, что вы с Арой - сёстры, - прошептал мирэ у самого моего уха, обдавая горячим дыханием.
– Сделаю вид, что не слышал этого.
– Орм, заходите!
– раздалось из глубины соседней комнаты. Но то был Крон, что же тогда с Роном?
Меня, наконец, отпустили, но вперёд выйти не позволили — отодвинули за спину, как за ширму. Широкую такую, рельефную и до безумия притягательную. На какой–то момент я даже перестала чувствовать свой дар. Похоже, и мои мозги начали утекать.
Хорошо идти было недалеко, всего–то несколько шагов, но и они показались для меня тяжёлыми. Как только мы зашли в комнату, мирэ одним щелчком пальцев зажёг свечи.
Крон и мой, на первый взгляд, целый и невредимый наставник стояли у кровати и о чём-то шептались.
– Рон, ты в порядке?
– обогнала мужа и начала осматривать мужчину. Визуально всё с ним было хорошо, но меня всё ещё тянуло помочь, вот только кому?
– Да, Ри, всё хорошо, - спокойно ответил наставник.
– Тогда почему я чувствую, что кому–то больно?
— Это ей, - Рон небрежно кивнул на скомканное одеяло, брошенное у кровати.
– Представляешь, открываю глаза, а она зависла надо мной, вот с этим, - наставник покрутил в руке тонкий кинжал, устрашающе блеснувший лезвием.
– Ну я её и скрутил, да отшвырнул от себя. Видимо, падая, приложилась хорошо.
– Тебя хотели убить?
– не сразу поверила в услышанное: слишком невероятно это звучало. Всё–таки мы находились на территории дворца, да ещё к тому же почти в покоях самого принца. Это что же получается: здесь вообще нет безопасных мест? И зачем кому–то избавляться от Рона?
– Да нет, милая, убить хотели тебя, просто не ожидали, что спать ты здесь не захочешь, - совершенно спокойным тоном исправил мои мысли наставник, повергая меня в ещё больший шок.
Значит, кто–то знает, кем я являюсь, и пытается убить меня? Я раскрыта, но как?
Неприятный холодок пробежался по всему телу, поднимая каждый волосок. Что делать теперь, я совершенно не знала: прятаться от мужа — это одно, скрываться от всего мира - совсем другое.
Сделала осторожный шаг назад, в мыслях же уже неслась в неизвестном направлении. Но тут же была остановлена, опустившимися на мои плечи мужскими ладонями. Медленно подняла голову и упёрлась в пылающие рубиновым пламенем глаза. Казалось, что ещё чуть–чуть, и этот огонь вырвется, сжигая всё на своём пути.
Феникс злился. Причина лежала на полу, но почему так явно? Ответ на этот вопрос пришёл сам собой: тот, кто подослал девушку сюда, думал, что здесь будет Кэролайн.
Значит, покушались не на меня, а на невесту мирэ. Отсюда и этот пылающий взгляд, и ходящие ходуном желваки на скулы. Вот только легче от этого не стало: останься здесь я, меня ждала бы печальная участь.
– Кто она?
– замораживающим тоном обратился Орм к мужчинам, не отрывая взгляда от меня.
– Сурия, - отчитался Крон. Боковым зрением увидела, как он подошёл к свёртку и откинул один из углов.