Чтение онлайн

Полина летала. Успевала в перерывах между клиентами бегать смотреть варианты квартир, потом в строительные магазины, присматриваться к обоям, краскам и отделке. В мебельные салоны, салоны света и даже садоводческие магазинчики — примеряться к цветочкам для клумб возле входа. Да, пока деньги со счёта не были получены, это всё было мечтами и наивными планами, но и они неожиданно вылились в небольшой, милый ремонт в Марусиной комнате и вдохновляющие идеи для кухни и зала. Происходило обновление. Словно упущенная когда-то юность вернулась и теперь жизнь снова расцветала, а с нею расцветала и сама Полина.

Прошла всего пара недель, а постоянные клиентки стали говорить, что она изменилась. Намекали на то, что у неё наверняка наконец-то появился мужчина. Светка ехидно фыркала, а Полина смотрела украдкой на грязную, окончательно осевшую на обода машину Руслана, и с отчаянием понимала, что, кажется, смиряется. Настолько увлеклась своими планами, что постепенно забывает, чем оплачена и эта свобода, и сама её дальнейшая жизнь. Кто и какой ценой встряхнул тянущую её на дно трясину так мощно и бесповоротно, что Полине не осталось выбора, кроме как выплыть, повзрослеть и жить дальше.

И тогда она бросала всё и набирала Максима, а он отвечал, что пока тишина: кто-то там куда-то уехал, кого-то там, откуда-то нужно дождаться, с кем-то там, через кого-то нужно поговорить… Короче, надо ждать. А спешить всё равно уже некуда.

Лед неожиданно тронулся с середины августа. Макс сказал, что нашли, наконец, нужного человека. Полина и обрадовалась и разволновалась. Всю ночь придумывала себе, что теперь да как, но вот до чего так и не додумалась, так это до того, что человек этот окажется не юристом, а шоуменом. И не просто шоуменом, а тем самым пиарщиком Артуром Соловьёвым, которого она до этого видела только в скандальных ток-шоу по телевизору.

— Да, да! — вдохновлённо глядя в пространство перед собой, думал Артур вслух, — начать с местного масштаба, конечно. Муниципальное телевидение, может, какой-то небольшой заказной репортажик. Надо бы нарыть что-то такое, с чего можно стартануть. Лучше даже, фейк. Просто всколыхнуть ваше болото, чтобы, когда я сунулся к Гордееву, мне было что предложить ему по существу.

— Это какой Гордеев? — уточнил Макс. — Тот самый? «Человек или закон»?

— Конечно, а кто ещё?! — женственно всплеснул руками Артур. — Гордеев и репортаж в его передаче, вот золотая цель на первый этап! Нам же нужен резонанс! Нам нужно не просто рассказывать историю о человеке, ведь человек, это что — пыль! — потёр подушечки пальцев, демонстрируя, что такое человек, — сколько их таких сидели, сидят и будут сидеть, кому это интересно вообще? Боже, мальчики, я вас умоляю! Нет, нет, нет! — изящно взмахнул рукой: — Нам нужно бросить вызов самой системе!

Алексей с Максимом переглянулись: Макс с трудом сдерживался, чтобы не заржать, даже побагровел, а Алексей — чтобы не вспылить. Казалось, ещё чуть-чуть и в его пальцах сломается карандаш. Кроме женоподобного пиарщика в кабинете был ещё незнакомый Полине мужчина лет под шестьдесят, неприметной наружности. Он копался в телефоне и совершенно не обращал внимания на то, что происходит вокруг.

— Впрочем, спешить не надо, — осадил самого себя Артур. — Надо всё хорошенько обдумать! Ой, ой, ой, мальчики… — прижал ладонь с растопыренными пальцами к груди, — я прям возбуждён! Я прям чувствую эту волну, она накатывает на меня, и это очень хороший знак! Уж поверьте! Я… — У него зазвонил телефон. — Я дико извиняюсь, но мне нужно отлучиться, — глянув на экран, мурлыкнул Артур и выскочил из кабинета.

И Максим наконец заржал, растёкся по столу, смахивая с багровой рожи слёзы:

— Ма-а-альчики!

— Сань, это что вообще? — указал на дверь Алексей.

Мужчина невнятной наружности спокойно отложил телефон.

— А это, Лёх, Москва! Шоубизнес. Но Артурчик скорее всего, пассивный, ты его не бойся. Просто, на всякий случай, спиной к нему не поворачивайся.

Макс захрюкал с новой силой.

— Чё ты ржёшь? — ругнулся Алексей. — Я еле держусь, чтобы не вкатить ему, а ты ржёшь!

— Да ладно, Лёх, — дёрнул плечами Саня, — тебе ж с ним не спать, расслабься.

— Ненавижу дырявых.

— Ты какой-то нетолерантный, братан. А мне его ещё обратно в Москву везти, прикинь!

— Да, я не толерантный и никогда им не буду, потому что вот это…

Дверь открылась, и в кабинет скользнул Артурчик:

— Итак, мальчики, я ещё раз дико извиняюсь, но это работа. Эээ… На чём мы остановились?

— Ты возбуждён и тебя окатывает волнами, — невозмутимо подсказал Саня.

Макс закашлялся и ломанулся к выходу.

— Там, в начале коридора я видел кулер! — подсказал ему в спину Артур и глубоко вздохнул. — Итак, я чувствую в этом всём потенциал. Но мне нужен скандал, детка, — повернулся он к Полине. — Грязь, понимаешь? Шок! Чернуха!

Краем глаза Полина заметила, как нахмурился Алексей, скованно улыбнулась:

— Что вы имеете в виду?

— Резонанс! Я имею в виду резонанс! Чтобы вскоре об этой истории орали из каждого утюга! А про таких скромных девочек, как ты, говорят, только если это очень грязные скромные девочки, понимаешь?

— А без этого никак? — ещё сильнее нахмурился Алексей.

— Можно и без этого, — с готовностью согласился Артурчик, но дольше и дороже.

— Мы не спешим.

— Ну, тогда небольшая корректировочка, — Артур подцепил листочек для записей и, поставив на нём витиеватый росчерк, двинул к Алексею, — вот.

Тот глянул, дёрнул бровью, но промолчал. А когда вернулся Максим, подвинул записку к нему. Макс был всё ещё пунцовый от смеха, но уже сосредоточенный. Повертел бумажку в пальцах.

— Это за всё?

— Ну нет, транспортные расходы, гостиницы, гонорары для участников возможных шоу и откаты нужным людям, это ваша забота. Здесь только я.

— Гарантии?

Артурчик развёл руками:

— Какие гарантии, мальчики? Это же шоубизнес! Это телевидение и её величество Удача! Какие гарантии, ну?

— И дорого он запросил? — наконец решилась спросить Полина, когда Максим вёз её домой.

— Не дороже денег.

— А если серьёзно?

— Серьёзно.

Полина помолчала.

— Ладно, не хочешь, не говори, но тогда я отдам тебе деньги, которые накопились на моём счёте.

— Хех! Ты что же, вот так просто от шести лямов откажешься?

Она пожала плечами:

— У меня их никогда не было и не будет, только и всего. Я как бы ничего и не теряю. У меня бабушка всегда так говорила: не жили хорошо, нечего и начинать.

— Бабушка… — усмехнулся Макс. — Херовая философия, завязывай с ней, Полин! Всегда и везде нужно стремиться жить лучше, потому что иначе жизнь теряет смысл. Так и передай своей бабушке. И денег я твоих не возьму, даже не вздумай.