Чтение онлайн

— Варька, ты играйся, дочка. А маме надо прибраться и продукты заказать. Че-ерт… Телефона же у меня нет.

Стоит подумать об этом, Алекс звонит мне на городской.

— Марусь, я уехал и оставил тебя без связи. Обед привезут, поешь, пожалуйста.

— Саша, закажи продукты. В холодильнике пусто, а я…

— Опять ты за свое. Отдыхай. Я взрослый мальчик, смогу себя прокормить.

— Мне скучно. Не могу я без дела сидеть.

— Хорошо, курьера можешь впустить.

Включаю детские песни на одном из каналов. Мастерю Варьке игрушки из пустых, пластиковых баночек и принимаюсь за уборку. Голова немного болит, но в целом я здорова. Не вижу смысла сидеть без дела. Сначала привозят готовую еду, а потом, спустя полчаса, продукты из супермаркета. Разбираю пакеты, сортирую, ставлю на плиту большую кастрюлю для бульона и вторую, чуть поменьше, для жаркого. У Алекса почти новая посуда… Сковороды и кастрюли выглядят как новенькие… Снова вспоминаю о Яне…

Она жила здесь. Ходила по комнатам, трогала эти дурацкие кастрюли, спала в его постели… Готовила ему незамысловатый завтрак…

Господи, как же я ревную… Я всегда считала Сашу только моим… Исключительно моим… Но жизнь окунула в реальность — оглушительную и ледяную… Нет больше нас — общего дома и быта, постели… И я здесь временно… Когда-то сюда придет другая женщина и так же будет трогать посуду, гадая, кто делал это до нее.

Кормлю Варюшку и укладываю в новой коляске, купленной Сашей. Быстро обедаю и возвращаюсь к готовке. Повсюду ведра, тряпки, средства для уборки… На плите булькает еда. Сажусь на диван, наслаждаясь тишиной и свободой… Я могу, наконец, выйти из дома в сад. Подышать ароматным, пахнущим переспевшими яблоками воздухом, собрать абрикосы или вишни для компота, сходить в магазин…

Я больше не пленница.

За окном шуршит листва, поскрипывает флюгер, лают соседские собаки. И в эти звуки вплетается другой — шорох тихонько открываемой двери…

Меня окутывает ледяной волной страха… Он парализует конечности, лишает способности трезво мыслить… До телефона я не успею добежать, он в кабинете. Хватаю из тумбочки первое попавшееся холодное оружие — молоток для отбивания мяса и выхожу в коридор, встречая названных гостей.

— Психопатка! — визжит Яна, по-хозяйски снимая пиджак и бросая сумочку на пуф.

— Убирайся отсюда! Саши нет дома.

— Ну и что? А кто ты такая? Это твой дом? Нет. И Саша не твой. А я ношу его ребенка.

— Я не пущу тебя, Яна. Оставайся на своем месте, не смей и шага сделать.

— А тот что? Проломишь мне череп этой штуковиной? Отвали, ненормальная. Бомжиха, чудачка, чокнутая! Ненавижу тебя! Откуда ты снова взялась на мою голову? Тогда избавились от тебя, но ты…

Что-что? Тогда? Она имеет в виду наше прошлое? Это Яна причастна к происшествию? Господи, надо срочно звонить Саше, пусть приезжает и разбирается с ней сам. Кладу молоток на пуф, наблюдая, как Яна бесцеремонно поднимается на второй этаж…

— Мару-уся, ты не остановишь меня? — язвительно протягивает она. — Может, я хочу украсть важные документы? А?

— Выметайся отсюда, дрянь! Как ты узнала, что я здесь? Я ведь…

— У меня есть в офисе свои люди.

Мы стоим на лестничном пролете. Яна держится за поручень и смотрит вниз, будто что-то задумывает…

— Яна, уходи, пожалуйста. Это ваши с Алексом отношения, спускайся… Поговорите в офисе или…

— Нет уж… Я пришла помириться с любимым женихом, а его психованная гостья столкнула меня с лестницы. Да так сильно, что я потеряла ребенка!

— Но я же… Не собираюсь я тебя толкать. Просто уходи.

— А вот и докажи это своему ненаглядному Алексу.

Она изгибается и кубарем катится вниз, к подножию лестницы… А потом вынимает из кармана телефон…

МАРУСЯ

В другой ситуации я бы сошла с ума от страха, но сейчас… Я сгибаюсь пополам от приступа смеха. В Яне умерла талантливая актриса. Сейчас бы Станиславский аплодировал ей стоя. Какие эмоции, вы только посмотрите!

И слезы настоящие, и мученическая гримаса на лице… Яна громко и надрывно стонет, держась за живот. Катается по полу, изображая боль. А я давлю в себе смех, поглядывая на светящуюся, красную точку в углу.

— Чего ты ржешь, дура? У меня выкидыш начался! Боль адская… Я сейчас же звоню Алексу, все…

— Звони. Я сама могу ему позвонить. А ты, кстати, взяла искусственную кровь? Для пущей достоверности?

— Что? Да… У меня же кровотечение может начаться! Идиотка колхозная, вызывай скорую! Немедленно! Мне больно-о-о… Господи… Я сама позвоню им. И полицию вызову. Я посажу тебя, дрянь. Так и знай!

— Я сама позвоню следователю. Не волнуйся, Яночка. Ты беременна, тебе нельзя беспокоиться. Давай я провожу тебя в гостиную и уложу. Пока скорая и полиция приедет, пройдет какое-то время… Идем. Идем же…

Мне во что бы то ни стало надо задержать Яну. Она совершенно точно причастна к нашему с Сашей конфликту в прошлом. Она делает вид, что звонит в скорую. Прикладывает к уху телефон и натурально жалуется на боли в низу живота, отвечает на воображаемые вопросы врача и диктует свои данные. Ей в театре работать надо, а не в фирме Алекса.

Отвлекаюсь на Варюху, чтобы не заржать в голос. Успокаиваю Яну, предлагаю ей водички или чаю…

— Я на минутку отойду, поменяю дочке подгузник. Не хочу травмировать тебя запахом детских какашек. А ты дыши, Яночка… Глубже дыши и приляг, может, все образуется?

Веду себя, как наивная дура. Хлопаю глазами, демонстрирую испуг и неподдельную веру.

— Ох… Хоть бы скорая быстрее приехала, — томно вздыхает Яна, откидываясь на спинку кресла. — После осмотра скорой я поеду в полицию. Так и знай!

— Конечно, поезжай. Я не против.

Выскальзываю из кухни и на цыпочках иду в кабинет. Плотно закрываю дверь и кладу удивленную Варку на небольшой диван возле письменного стола.

— Саша, приезжай срочно! Здесь Яна. Она хочет обвинить меня в нападении.

— Маруся, выезжаю. Кошмар какой-то… Как она узнала, не понимаю?

— Сказала, что у нее везде свои люди. И в офисе тоже. Саш, нужен Вениамин. У меня мало времени. Я пытаюсь ее удержать, делаю вид, что поверила в угрозу прерывания.

— Марусь, у меня есть программа «Антивор». Это опция системы умного дома. Я сейчас заблокирую замки, никто не сможет из дома выйти. Не пугайся. Если Яна и попытается сбежать, ничего не выйдет. Давно пора с этим покончить. А Вениамин нам зачем?

— Есть подозрения, что она причастна к… Нашему прошлому. Она проговорилась. Алекс, я сама хочу во всем разобраться. Пожалуйста, поверь мне.

— Верю, Маш… Скоро будем.

Мне страшно оставаться наедине с психопаткой, но другого выхода нет… Выхожу из кабинета, наклеив на лицо милую улыбку, и возвращаюсь на кухню.