Чтение онлайн

— Отпустило, Яночка?

— Ох… Нет. Оператор скорой позвонил, сказали, ехать будут долго. Даже очень долго… Пожалуй, я вызову полицию. Или нет…

Бедная, запуталась. Не знает уже, чего еще эдакого придумать?

— Советую подождать скорую. А имея на руках заключение, вызовешь полицию.

— Я смотрю, ты очень спокойная, да? Уверена в себе?

— Вовсе нет. Просто я не привыкла бежать от ответственности.

И тут взгляд Яны цепляет крохотную камеру в углу. Ее реакция парализует… Я никогда такого не видела. Не может человек быть таким сволочным… Хотя кому, как не мне знать, что может.

На лице Яны расцветает гримаса ужаса и беспомощности… Теперь она все поняла, все… Ее игра не удалась. Мало того — в скором времени ее подвергнут разоблачению. Позорному, унизительному разоблачению…

— Дря-я-нь! Когда он успел нашпиговать свой дом камерами? Ах, ты ж!

Яна берет первый попавшийся под руку тяжелый предмет — разделочную доску, и швыряет в меня. Уклоняюсь от удара и бегу в кабинет. Запираюсь, слыша тяжелые, хаотичные шаги Яны. Она дергает двери, бьет по ним ногами, чертыхается…

— Почему я не могу выйти? Сука, открой мне дверь!

— Варька, не бойся, скоро все закончится, — произношу решительно.

Кладу дочку на диван и двигаю тяжелый стол к проему. Боюсь, что Яну не остановит хрупкая преграда в виде дверного полотна.

— Я убью тебя! Ты всю жизнь мне сломала! Почему ты вернулась? Я всегда любила Сашу… Любила моего Алекса… Всегда… Я готова было от всех избавиться, от каждого…

Варька начинает реветь. Вздрагивает от громких криков и тяжелых шагов. А потом в дверное полотно врезается лезвие кухонного топорика. Он у Алекса довольно большой.

Хватаю дочку на руки и прижимаю к груди. Если ей удастся прорубить в двери дыру, нам конец…

— Саша, миленький, вызывай полицию! Яна ломает дверь… У нее топор!

— Держись, Маруся! Я въехал в поселок, еще пять минут, и я дома. И Вениамин с бригадой едет. У него есть кое-что на отца Яны… Держись, пожалуйста!

Я пытаюсь перекричать Яну. Успокаиваю ее, как могу. В какой-то момент она затихает, а потом что есть силы бьет ногой в поврежденную топором дверь. Еще немного и она будет в кабинете… И стол не поможет… Кошмар просто, почему черная полоса в моей жизни не кончается? За что столько испытаний?

Оседаю на пол, прижимая ребенка, трясусь, как провода на ветру. Скорее бы Саша приехал, господи…

— Яна! Немедленно прекрати! — слышу голос Алекса, доносящийся из коридора. — Вениамин! Сюда, скорее!

— Образцова Яна Андреевна, вы задержаны!

Топот, голоса, визги Яны — все сливается в неразличимый гул… Плачу, видя сквозь пелену слез приближающегося Алекса.

— Все, Машенька. Теперь все…

МАРУСЯ

Мама возится с Варькой, пока я моюсь в ванной. Сдираю с себя липкий ужас и события дня… Надоело мне быть слабой, хватит уже… Может, на курсы по самообороне записаться?

Ловлю себя на мысли, что стала другой за этот месяц… Совершенно другой… Во мне что-то окончательно сломалось — вера в людей, желание им помогать, понять… Перегорело все… даже страшно становится от заполняющей меня пустоты…

— Марусь, ты скоро? — стучится в двери Саша.

Неловко мне рядом с ним, некомфортно… Наши чувства остались в прошлом, а будущее… Я боюсь о нем думать. Не хочу еще и этим забивать себе голову. Главное — мы с Варей свободны. А преступникам грозит длительный срок…

— Что случилось, Саш? — выхожу, на ходу промакивая волосы полотенцем.

На мгновение мне кажется, что во взгляде Алекса что-то меняется… Он наполняется блеском и неподдельным мужским интересом. А потом все испаряется… Возвращается он — деловой и сдержанный Алекс Озеров.

— Вениамин вернулся. Эту истеричку закрыли в СИЗО до суда… Заявление твое оформили. Ей не выкрутиться, Марусь… Ты еще боишься? — добавляет тише.

Его боюсь… Близости, знакомого запаха, щекочущего ноздри, блестящего взгляда, тепла тела…

— Нет. Знаешь, Алекс… Я так изменилась за это время. И новая я меня пугает до чертиков… Я стала тверже и циничнее. Хочу работать, хочу уметь за себя постоять, много чего хочу. Только не быть больше слабой и неуверенной в тебе. Не подумай, что это из-за тебя… Я никогда не стремилась сидеть на шее у мужика и зависеть от него, но видишь, как вышло… Растворилась в Романе, думала, что все это временно — беременность, декретный отпуск. Я очень хочу работать… У меня появились мечты.

В его глазах неприкрытое разочарование. Понимаю, что во всем происходящем он винит себя. Другая бы прыгнула в его объятия, благодаря, холя и лелея, а я… Свободу мне подавай и новую работу.

— Марусь, давай вернемся к разговору позже? Я правда… Я рад, что ты не сломалась и не закрылась от мира. Это очень хорошо. С работой я помогу, если позволишь… С осуществлением мечтаний тоже, — добавляет, вскидывая на меня пристальный взгляд.

— Хорошо, — выдыхаю облегченно. — Я сейчас спущусь.

Быстро сушу волосы и собираю их в высокий хвост. Спускаюсь на первый этаж, встречая настороженный взгляд Вениамина.

— Как вы, Маруся? Выглядите… хорошо. Странно так говорить, но у вас выработался иммунитет к нападающим. Второй раз уже не так страшно.

— Ох… Что вы такое говорите? — сетует мама, хозяйничая возле плиты. — Вы точно не отпустите эту ненормальную? И Романа? Когда мы сможем ходить, не оглядываясь?

— Уже можете. Мария, я кое-что выяснил. Это касается вашего прошлого… Скажите, вы помните Яну? Встречались с ней когда-то?

— Нет. Совершенно точно нет.

— У меня есть все основания считать ее отца причастным к проигрышу на тендере. Непонятна причина его ненависти к Озерову. Зачем ему все это понадобилось?

— Марусь, я познакомился с Андреем Озеровым недавно. Когда Яна появилась в моей жизни… И никогда не видел его раньше. Не понимаю, чем заслужил его ненависть? — мнется Алекс.

— Яна проболталась. Я точно помню, как она говорила, что ей удалось избавиться от меня в прошлом… А теперь я вернулась. Мне показалось, что все дело в ревности. Они хотели избавиться от меня. Она хотела, Алекс…

Алекс меняется в лице… Как будто роется в жестком диске собственной памяти, пытаясь вспомнить. Когда он мог видеть Яну? И когда она успела выбрать его в качестве своего мужчины?

— Ни черта не получается. Я не был с ней знаком.

— Может быть она присутствовала на форумах в качестве гостьи? Александр, тогда вы были влюблены в Марию, так? — деликатно произносит Вениамин.