Не сказка (CИ)
Шрифт:
— Вы считаете, мои опасения беспочвенны? — заломила бровь, намекая, что я в курсе их планов. Скрывать, что подслушала разговор, не стала.
В конце концов, лично ему я ничего плохого не сделала. Значит — карты на стол.
— На твоём месте я бы помалкивал. Радуйся, что своими руками тебя ссразу не придушшил! — зашипел он, нервно ударяя кончиком хвоста по полу.
Да он меня запугивает!
Только даже приговорённым к смерти приговор озвучивают. Погибать безмолвной овцой я не хотела. Пусть хоть скажет, за что прибивать станет. На злодея, хоть и страшный, он не слишком походил. Возможно, удастся договориться.
— Я вам ничего плохого не сделала. Ваш брат умер на моих руках, верно. Только не я стала причиной его смерти! — может, он мстить мне решил, так не по адресу. — Наоборот, я искала вас, чтобы исполнить волю умирающего!
— Отдать артефакт? — его скептически настроенный тон ясно давал понять, что поверил он мне не очень.
Понятное дело почему. Я ведь по воле случая ему в руки упала, а не просилась на аудиенцию к важной шишке. Ну… хоть конечности свои в дело не пустил и не душит кольцами хвоста. Значит, всё-таки настроен на диалог.
— Не только. Он ещё говорил что-то про предательство…
— Хорошшшо, допустим, я поверил. — упоминание о смерти брата далось ему нелегко.
Он медленно подполз ко мне ближе и встал боком, уделяя повышенное внимание облакам за стеклом.
— Имена какие-то упоминал?
— Не успел. Ему было очень больно… Ещё сказал, что что-то не смог… — на этом моменте рассказа мой собеседник сжал кулаки.
Гонец из меня, конечно, никудышный, но надежда остаться в живых не исчезала. Её подогревало его продолжительное молчание. С другой стороны, эта тишина немного напрягала. Поэтому я поспешила надавить на его совесть — старушка всё время пела нелюдям дифирамбы. Авось не зря.
Начала осторожно подбирать слова:
— Я свой долг перед умирающим выполнила. С вашей стороны бесчестно меня запугивать.
— Честь? — вроде бы уже не так сильно злится. Кажется, его посетило благоразумие: говорит спокойно, задумчиво. Хотя сарказма в голосе хоть отбавляй. — Упоминание о чести от особы, обманом женившей меня на себе?
— Как женившей? — опешила я от подобного поклёпа.
Где? Когда успела? Настала моя очередь переживать что-то кроме страха.
— Я свободная женщина!
— Впредь нет. — он ткнул мне под нос свой окольцованный хвост.
Злополучное кольцо в этот момент отбило солнечный зайчик. У меня сложилось стойкое ощущение, будто оно мне лукаво подмигнуло. А наг тем временем с любопытством наблюдал за моей реакцией. Весь его облик выражал один вопрос: какие аргументы приведёте в своё оправдание?
Я же едва не задохнулась от его наглого обвинения и потому не сразу сообразила, что сказать.
И вообще — пусть сначала докажет. Я тоже всем повторяла, что знахарка… и что с того?
Возможно, он просто жадный. Его брат ведь говорил, что меня озолотят, если я верну потерянное колечко. В тот момент мне было не до этого, я даже позабыла про обещанное вознаграждение. Но когда ты в дороге без единой копейки, а припасы на исходе, хочешь не хочешь — вспомнишь. Голод не тётка, а кушать хочется всегда.
Во что угодно сейчас поверю, только не в собственную свадьбу, которую каким-то образом пропустила.
— Докажите!
После моего восклицания настала его очередь глотать воздух от возмущения.
Он так сильно втянул воздух и задержал дыхание, что я даже стала раздумывать, не задохнётся ли часом. Была бы не против, если так: тогда, возможно, некому было бы меня убивать.
— А ты попробуй сснять, — наконец прошипел он с таким отвращением, словно ядом плюнул.
ГЛАВА 15. НЕ СПРАШИВАЙ. ТЕБЯ УЖЕ РЕШИЛИ
Я с содроганием обхватила его змеиный хвост. Никогда не любила этих пресмыкающихся.
В тщетной попытке доказать его неправоту потянула за кольцо — оно не сдвинулось ни на миллиметр. Крутила золотце и так, и этак. Поразительное дело. Может, змей его чем приклеил?
Наг только шипел на моё самоуправство, когда я слишком входила в азарт, и с любопытством наблюдал за моими потугами, даже не шевелясь. Хотя я была уверена: дёрни он своей конечностью — меня бы просто размазало по стене. Сила в хвосте чувствовалась чудовищная.
Его терпение, моё своеволие… и это снисходительное отношение всё больше наводили на мысли, что он не врёт. И это мне совсем не нравилось.
Если он не шутит — браку быть.
А вот приступать к выполнению супружеского долга я не горела желанием. Не в моём вкусе лысые мужчины со змеиными хвостами. Да и он, судя по всему, не в восторге.
Без него его женили. На его месте я бы прибила того, кто посмел так подло поступить.
…Стоп. Я ведь не на его месте. Я — по другую сторону. И оправдывать будущего палача не собираюсь.
Пусть мне и стали понятны причины его гнева, это не отменяет того факта, что мне моя жизнь дорога. Так что вперёд — спасать свою шкурку.
Я потянула злополучный хвост вместе с хозяином в сторону уборной.
— Ты что творишшшь? — прошипел змей, когда я дёрнула сильнее, пытаясь втащить такую тушу в дверной проём.
Тяжёлый, зараза.
— Избавиться от кольца хотите? Вот и помогайте. Нечего столбом стоять!
Смешно? Возможно. Если бы не было так безнадёжно.
Я открыла кран. Благо — не полное средневековье. И пусть не привычной формы, коммуникации тоже есть. Вода есть. Кончик хвоста — под струю. Мыла — побольше. Побольше, говорю!
Я старательно не смотрела на владельца хвоста, сосредоточившись на процессе. Дома это всегда работало — кольца с пальцев снимались легко. А тут хвост… он же вообще без костей. Должно же сработать!
Когда я, вспотевшая, с прилипшими ко лбу волосами, едва не начала выдирать чешуйки, хвост у меня просто забрали.
— Ты сстранная… — задумчиво протянул мой сосед по несчастью.
Я всё ещё смотрела на поток воды. Говорят, успокаивает.
— Угу… — истерический задор спал. Я, как утопающий, готова была вцепиться в любую соломинку.
А тут такой крепкий экземпляр бревна под боком. Здоровый, крепкий, умный мужчина. Он обязан что-то придумать. Я лихорадочно повернула голову в его сторону: