Чтение онлайн

Десять дней. Десять чёртовых дней я вытаскивала этого мужика с того света. И всё это время внутри сидело одно:

— Это ты его туда отправила.

Кризис миновал. Мужчину с трудом, но выходила. Завтра об этом узнают родственники — моя совесть чиста. Остальные тоже убедятся, когда во главе обоза встанет знающий человек.

Оставалось только одно — стрясти своё. Потому что ставки были. Только один мужчина поставил золотой на меня, остальные — против. Значит, его выигрыш должен быть хорошим.

Иногда я смотрю на себя и не узнаю. Та, что пришла в этот мир, давно исчезла. Я сильно изменилась после попадания на Элтаэ.

Сначала — почти скатилась до воровства и вандализма, когда уходила с насиженного места. По факту, сборы трав, зелий и настоек были не мои, а покойной старушки.

Теперь же вынуждена идти на вымогательство, требуя свою долю как предмет спора. Ужас, до чего докатилась. Везде ищу выгоду. И всё это под соусом: «Хочешь жить — умей вертеться». Красиво звучит… пока не начинаешь применять.

Жизнь заиграла для меня новыми красками. Мда…

Поездка в крытой повозке — не самый комфортный вариант. Два месяца дороги. В крытой повозке. Тряска. Укачивание. Боль в спине. Но всё равно лучше, чем пешком. Намного лучше.

Честно, где-то через несколько дней после выздоровления моего пациента я начала задумываться: а есть ли тут порталы? Но спросить было не у кого. Задай такой вопрос — сразу выдам себя с головой.

Кляла себя на чём свет стоит. Не могла, что ли, этим поинтересоваться у… царство небесное, За-Алет? Так нет же. Мы язык учили, ага…

Вика, будь честна сама с собой. Ты просто отсиживалась в дыре. Пряталась от реальности. Умница… допряталась. Теперь слепая, как котёнок. А теперь — иди и разгребай.

Но, как ни странно… это дало результат.

В обозе мои «умения» оценили. Это дало возможность заработать. В долгой дороге чего только не случается. Но я была при деле. Даже не успела привести свой план в действие и поживиться, потребовав процент со спора.

Так что по прибытии в Дурбан прибавила неплохую сумму к наторгованному на ярмарке. У меня уже появился какой-никакой капитал. Наконец-то я не чувствовала себя нищебродом.

Поэтому решила снять комнату на постоялом дворе и наконец-то почувствовать себя нормальным человеком. Без этого маскарада.

С наслаждением сняла силиконовый нос и поспешила избавиться от грязной амуниции. И не важно, что бадья деревянная, а вода еле тёплая — в любом случае это рай на земле.

Два месяца без нормального мытья… даже вспоминать не хочется. От меня такое амбре шло, что самой становилось тошно.

— Вот она, твоя сказка, Вика.

Грязь. Страх. Постоянная игра. Никакой романтики. Осталось последнее — попасть в Академию. И закрыть этот чёртов круг.

Я потянулась за одеждой, взяла мыло. Наклонилась к бадье…

И в этот момент услышала:

— Так-так-так…

Сердце сбилось сразу. Как будто кто-то сжал его в кулаке. И я поняла. Совесть — это одно.

А вот расплата… она только началась.

ГЛАВА 11. ХУЖЕ ВСЕГДА МОЖЕТ БЫТЬ

— Так-так-так…

Сердце ухнуло куда-то вниз. Я замерла. Абсолютно. С мылом в руке. Голая. В чужой комнате. С запертой дверью.

Которая, судя по всему… больше не была запертой.

Я ведь дверь на засов закрывала. Ещё и проверила для надёжности, прежде чем полностью раздеться. А он умудрился зайти так, что я даже скрипа плохо смазанных петель не услышала.

Хотя, когда заселялись, он отчётливо был слышен.

Эти мысли крутились в голове, пока я сверлила взглядом мокрую одежду.

Медленно. Очень медленно. Я повернула голову.

В дверном проёме, облокотившись плечом о косяк, стоял мужчина. Детина внушительной комплекции.

Высокий. Слишком спокойный. И… слишком внимательный.

Красивый. Просто загляденье — хоть сейчас на обложку журнала.

Взгляд скользнул по комнате. Задержался на разбросанных тряпках, на бадье, на полу… и остановился на мне.

Без стеснения. Без суеты. И даже без капли удивления. Как будто он ожидал увидеть именно это.

Он оттолкнулся от косяка и сделал шаг внутрь.

— Не мешаю? — лениво протянул он, уголком губ усмехнувшись.

Меня пробило холодом. Не тем, что от воды. А от понимания.

Это не случайность.

Он здесь не потому, что перепутал дверь. Он зачем-то за мной следил.

И в нём сразу было видно нелюдя. Волосы — красные-красные. Из тех, от которых любители аниме визжат, а нормальные люди — бегут.

Я резко схватила первое, что попалось под руку — тряпку, платье, да хоть мешок — и прижала к себе, прикрываясь.

— Ты… — голос предательски сел. — Как ты сюда попал?

Он чуть склонил голову. Будто вопрос его развлёк.

— Дверь? — небрежно уточнил он. — Символическая преграда.

Портило этот экземпляр только одно — оценивающий взгляд на моё мокрое тело, обмотанное простынёй, что выдали мне вместо полотенца.

И он на этом завис. Надолго.

Я отступила. Инстинктивно. Не нравится мне всё это.

— Стоять, — выдохнула я, сама не веря, что это вообще прозвучало.

Он остановился. Но не потому, что испугался, а потому что… захотел.

И это было ещё хуже.

— Интересно, — протянул он, прищурившись. — Два месяца в маскараде… и вот так просто снимаешь лицо?

Меня будто ударили. Внутри всё сжалось.

Меня нашли.

— Не понимаю, о чём ты, — попыталась сыграть. Но даже сама услышала, как фальшиво это звучит.

Он усмехнулся. Медленно. Хищно.

— Конечно.

Его взгляд скользнул к столу. Где лежал мой «нос». Парик. Тряпки. Всё. Всё, что я так старательно скрывала.

Он оглядел это оценивающе, но с места не сдвинулся. Честь ему и хвала.

— Впечатляет, — спокойно сказал он. — Для человека.

Вот это слово. Как игла. Для человека.