Чтение онлайн

Он понял, что тот его всего лишь воспитывает, приучает, так сказать, стойко переносить «все тяготы и лишения военно-морской службы». И вот, в ответ на это страшное признание, командир эскадры глубоко вздыхает, встает из-за своего стола, подходит к узбеку, отечески хлопает его по плечу и говорит: «Понимаешь, сынок, у нас на флоте так принято… Тебя твой начальник *бет, я *бу твоего начальника, меня *бут в штабе флота, а их из Москвы приезжают и тоже периодически по*бывают. Так на флоте положено! Так что, сынок, иди и служи себе спокойно…». У бедного матроса чуть инфаркт не случился после этих слов! Осознав, что попал в практически безвыходную ситуацию, возвращается он на свой корабль и в панике пишет слезное письмо маме и папе в родной аул, в котором подробно обо всем происходящем рассказывает. Вся корреспонденция с флота проходила в те времена через органы КГБ (а если вдруг в переписке государственные секреты растрепали и еще чего крамольного напишут?). Раскрывают там железные Феликсы письмо этого узбека и читают… Много после этого было выпито валидола и всяких там напитков командованием флота и различными должностными лицами, когда чекисты с пристрастием на допросах выясняли детали сложной иерархической системы гомосексуальных отношений, принятой на Тихоокеанском флоте!

Служил в краях далёких, на подводной лодке командир, который очень любил пострелять. Даже в дальние походы с собой винтовку Мосина брал. Ну, мало ли, у берега всплывут, так какую дичь заметит с рубки ПЛ, так всё пристрелить и норовил. Видать, папа у него был сибирский охотник, белке в глаз бил без промаха. Надо сказать, что капитан этот стрелял тоже неплохо. Так вот, всплыли они как-то у скалистого родного берега, не знаю уж по какой причине, только заметил вдруг капитан со своего мостика, что на утёсе олень стоит, да так красиво, гордый такой, одинокий, на фоне хмурого северного неба. Принесли командиру винтовку, он тщательно прицелился, все свободные от вахты сбежались посмотреть на это представление, ставки делать стали, попадёт или нет… Раздаётся выстрел, олень как подкошенный падает с обрыва в воду, за ним следом летят нарты с чукчей… Короткая немая сцена и быстрая команда «Срочное погружение!».

Матрос Буйвол с несколькими сослуживцами был назначен в наряд в ДОФ – перед концертом заезжих халтурщиков все вычистить, помыть и т. д. Подметает он с напарником, со старшим матросом Пупкиным, палубу в кинозале. Ребята со скуки заспорили – сможет ли Буйвол спрятаться так, что за 20 минут друг его не найдет. А надо заметить, что матрос Буйвол кабан был здоровенный. Оговорили, в какие помещения можно прятаться, в какие нет – и Буйвол испарился. В успехе Пупкин был уверен – прятаться особо было некуда. Ищет он напарника 5 минут, 10 – нет матроса Буйвола! Начал волноваться – все как на ладони, а нет! Расспросил ребят – никто не видел. Раздался звонок, и объявили построение. Начальник ДОФа, какой-то недоделанный замполит-майор, вдобавок злой как бес, построил он всю группу в фойе и начал орать: «Почему грязь?! Почему мусор?! Старший!!!». «Я!». «Почему до сих пор не вымыто?!!». «Так мыло кончилось, товарищ майор!». «Какого.?..!! Вчера! Я! Лично!» – и с этими словами дверь тумбочки ногою – хрясь! Здесь все обмерли. В совершенно немыслимой позе с абсолютно круглыми от ужаса глазами на майора таращился Буйвол. В этот момент любой человек из присутствующих мог претендовать на главную роль в балете «Щелкунчик» без грима. Челюсти отвалились у всех. Появилось две мысли: основная – Буйвол не выдержал тягот воинской службы и вспомогательная – что сейчас будет? В могильной тишине майор произнес шепотом: «Товарищ матрос… Что… Вы… Там… Делаете?». Матрос Буйвол сиплым голосом ответил: «Товарищ майор… Я… ищу… мыло!».

Была у нас маленькая забава – ловить треску на выходе в Мотовский залив на катере. Кто это испытал, не забудет. И вот отправилась очередная гоп – компания рыбки половить да водочки откушать. Выделили нам катер через Командующего флотилией, и вышли в море даже удочки дома не забыли. Красота. Солнце светит, море спокойное, да и треска так идет, что закачаешься. И вот один рыболов, Вова, в экстазе от клева широко раскрыл рот, и вставная челюсть отправилась посмотреть много ли рыбки внизу. Пиzдец, настроение испорчено, солнце не радует, море дурацкое и рыба дура. Но, на катере оказался еще один товарищ со вставной челюстью. Решил он пошутить. Привязал свои зубы на крючок и опустил в воду. Затем с криком «Поймал!» тянет и достает челюсть. Все забились в немом экстазе. Владимир с радостным визгом хватает челюсть, засовывает в рот, шамкает и с матом – «Бля, не моя, сука!» швыряет её за борт. В итоге два дурака без зубов. Драки не было, а зубов нет. Хорошо хоть для водки зубы не нужны.

На заре моей лейтенантской юности приехала к нам инспекция МО принимать зачеты по плаванию. Собрал меня и еще четверых таких же зеленых лейтенантов флагманский мускул и говорит, что Родина возлагает на нас суперответственную задачу – представлять 19 ДиПЛ на соревнованиях по плаванию. «Ты, – говорит, – плывешь 200 метров, ты – 100 метров, ты – тоже 100 метров…». «Товарищ майор, – говорит один из нас, – а я не умею плавать». «Хорошо, – отвечает флагманский мускул, – тогда поплывешь 50 метров!».

Однажды дали нам послепоходовый отпуск проводить в Подмосковье в бывшем элитном санатории ЦК КПСС. Каждое утро начинали с купания в небольшом открытом бассейне, приняв грамм 200 для согрева. Октябрь все-таки. Однажды пробежался я, размялся, и бултыхнулся в воду температурой ниже комнатной. А тут мимо идёт интересная дама лет сорока, одетая в длинное пальто. Видит меня безмятежно плещущегося и с изумлением спрашивает: «И как это только вам не холодно?».

Я, пришедший от ледяной водички в игривое настроение, отвечаю: «Да ну что вы! Здесь же бассейн с подогревом. А вы разве не знали? Водичка – просто сказка!». Дама с улыбкой машет рукой, уходит, и возвращается уже в халате, с купальной шапочкой на голове. Грациозно скидывает халат, демонстрируя стройную, весьма привлекательную фигуру и эротично изогнувшись, ныряет в бассейн…

Ужасный визг вынырнувшей дамы слышали, наверное, все в округе. С трудом выудили погибавшую из бассейна, после чего её тут же увезли в реанимацию…

Военно-морская база. 20 часов. В Центральном посту подводной лодки сидят недопившие командир БЧ–5, заместитель командира по политчасти и старший помощник командира. ЗКПЧ: «Добавить надо!». Старпом: «Нету…». Зам: «У меня ключ от каюты командира…». Старпом: «Пошли..». Заходят. Канистра принайтована к сейфу… Не наклонить… «Шила» в ней – ниже краника. Приехали… Заходит командир БЧ–5 «Салаги!». Берет «Каштан» (трубку внутренней громкой связи): «Вахтенный!». Матрос «Есть вахтенный!». Механик: «Принять 3 тонны в носовую группу!». Матрос: «Есть!..». Подводная лодка принимает дифферент на нос. Командир БЧ – 5: «Наливайте, салаги!».

Однажды два молодых лейтенанта получили у старпома «шило» для ухода за матчастью. Старпом, решив научить лейтенантов бережно относиться к этому веществу, заверил их, что спирт технический и слепнут от него в момент. Стоят эти бедолаги, мнутся вокруг трехлитровой банки – слюна течет, как у собаки Павлова, а выпить боятся. Собрались действительно на матчасть расходовать. На их радость проходил я мимо. Звоню старпому: «Слышь, Серега, тут ты лейтенантам «шило» выдал, говоришь технический. Так его пить можно или нет?». Старпом в ответ: «Совсем офонарел, что ли! Он технический – вмиг ослепнешь!». Я не растерялся: «Бля!!! Так тут один из лейтенантов нажрался – лежит, еле дышит. Мне его как, сразу в госпиталь везти?». Перепуганный СПК с облегчением: «Да нет. К утру оклемается. Это простой спирт, это я для того, чтобы его не изводили, сказал, что он технический». Все три литра оприходовали вечером по прямому назначению.

На кафедре морской практики СВВМИУ старшим преподавателем служил капитан 1 ранга Иванов. Человек он был удивительный. Свой предмет он знал и любил, а самое главное умел его подать так, что запоминалось все и надолго. Одну из своих лекций он начинал так: «Есть такая грузинская фамилия – Джярджявели… Так вот, чтобы корабли не «джярджявели»…» И дальше шла лекция о правилах покраски кораблей. Причем, объяснял, почему в предварительной окраске применяется железный сурик, а у китайцев – свинцовый: «Китайцев итак слишком много, а свинец, как известно, плохо влияет на потенцию…» «…В морской воде, при температуре плюс пятнадцать градусов, человек может находиться не более двадцати минут. При температуре плюс десять – не более пятнадцати. При температуре плюс пять – не более пяти минут». «Товарищ капитан второго ранга, а почему так мало?». «Яйца от такого холода к горлу подкатываются, и человек задыхается…». «Товарищ капитан 1 ранга, а как лучше всего от акул спасаться?». «Способ – простой, за борт не падать!».

Утро на автобусной остановке в Гаджиево. Подъезжает один-единственный автобус, офицеры и мичманы начинают дружно ломиться в него. Замыкал «абордажную команду» старший мичман Покарукиносят с рюкзаком модели «колобок» за плечами.

То ли разбег был маловат, то ли места в автобусе больше не нашлось, в общем нашего мичмана вытолкнули и он конечностями кверху выпал на дорогу. Лежит ноги кверху, рюкзак книзу. Проходя мимо, не преминул подколоть: «Что, мичман, парашют не раскрылся?».