Чтение онлайн

Он был понятен без слов: «Здесь всегда найдётся место на полках и для ваших якорей».

Они вырвались из той тьмы не бегом, а медленным, осторожным шагом. Спиной вперёд, будто отходили от спящего хищника. Дверь в «Мурашки» закрылась за ними сама, с тихим, но оглушительно чётким щелчком. Уличный свет, тусклый и серый, ударил по глазам, показавшись неестественно ярким и раздражающим.

Полина первой опёрлась о влажную стену соседнего дома, делая короткие, хриплые вдохи.

— Никогда… — начала она и закашлялась, будто воздух снаружи был для её лёгких слишком грубым и резким. — Никогда не чувствовала такой… пустоты. Она не просто плетёт забвение. Эта тварь им питается. Каждый предмет на тех полках — это дыра в ткани нашей реальности.

Арсений молча кивнул. Его собственная голова была тяжёлой, будто налитой свинцовой пылью. Шрам на ладони теперь не жёг холодом, а ныл тупой, глубокой болью. Как в старости ноет в ранней юности сломанная кость перед сменой погоды. Он посмотрел на свою руку, сжимая и разжимая кулак.

— Она нас увидела и сразу же оценила. Этот жест — «место найдётся». Это было предложение или предупреждение?

— И то, и другое, — прошептала его спутница, с трудом отталкиваясь от стены. Её лицо всё ещё не имело цвета. — Система уже в курсе, что мы здесь. Она нас классифицировала. Теперь мы для неё не просто случайные прохожие. Потенциальные клиенты или мусор, который нужно срочно утилизировать.

Она посмотрела на него, и в глазах, помимо усталости и страха, вспыхнул знакомый Арсению огонь — яростный, почти безумный.

— Мы не можем прямо сейчас вернуться в особняк.

— Почему? — спросил он, хотя уже догадывался.

— Потому что принесли этот «запах» на себе. Призрачный смрад той кладовой. Он на нашей одежде, на коже. Если сейчас войдём в дом, то приведём его с собой. Мы отметим особняк для системы. Сделаем его мишенью.

Логика была безупречной и леденящей. Они стояли на промозглом ветру, посреди враждебного города, без безопасного убежища. Два островка посреди океана, который только что показал им свои истинные, немыслимые глубины.

— Куда тогда? — спросил Арсений, смотря на схему Столярова, которую всё ещё сжимал в онемевших пальцах. Его взгляд упал на следующую помеченную точку. — «Кузнецкий филиал Азиатско-Тихоокеанского банка». Шлюз. В двух кварталах отсюда.

Полина последовала за его взглядом и медленно кивнула.

— Шлюз… Если «Мурашки» — это кладовая, то банк — это место обмена. Перелива одной реальности в другую. Туда стоит заглянуть, пока мы ещё пахнем чужим страхом. Это может оказаться нашим пропуском.

Они двинулись, не разговаривая. Каждый шаг по мостовой давался с трудом, будто гравитация здесь оказалась в разы сильнее. Прохожие обтекали их, не глядя, но Арсению казалось, что люди подсознательно чувствуют нездешнюю ауру и отстраняются. Они шли сквозь толпу, оставаясь в идеальном, пустом пузыре одиночества.

Банк, отмеченный Столяровым, оказался не помпезным старинным зданием с колоннами, а скучным девятиэтажным строением из стекла и бетона советской эпохи. «Кузнецкий филиал Азиатско-Тихоокеанского Банка» — гласила потускневшая табличка. Двери были стеклянные, автоматические. Внутри они увидели стандартный холл с охраной, стойкой информации и лифтами.

Только стоило им подойти ближе, как Полина снова схватила Арсения за рукав.

— Стой. Не заходи под козырёк.

Арсений резко остановился и только сейчас увидел. Прямо над входом, в самой тени козырька, пространство струилось. Оно было похоже на дрожащий на жаре воздух, только тёмный и маслянистый. Сквозь эту струящуюся плёнку интерьер банка казался искажённым, точно находился под водой.

— Активный шлюз, — поражённо прошептала Полина. — Он фильтрует. Пропускает только то, что имеет… нужный вес долга и залога.

В этот момент автоматические двери распахнулись. Из банка вышел мужчина в дорогом, но слегка помятом костюме. Его лицо было гладким, пустой маской благополучия. Только в глазах не было ничего. Ни мысли, ни усталости, ни тревоги. Чистая, отполированная пустота. Он прошёл мимо них, не видя, и его плечо на миг задело ту самую дрожащую хмарь под козырьком. Плёнка на мгновение вспучилась, приняв цвет его серого пиджака, а затем успокоилась.

— Он только что сделал выплату, — прошептала Полина, и её голос дрогнул. — Часть его души и памяти уже ушла в шлюз. Он стал легче и более пустым.

Арсений тоже почувствовал, как холод в его ладони начинает пульсировать в такт медленным вибрациям «шлюза». Система была здесь. Она работала, размеренно, безостановочно, как гигантское, бесчувственное сердце.

— Мы не можем войти так, как есть, — констатировал он. — Нас отфильтрует, или выплюнет, или…

Он не договорил. Только девушка поняла правильно, что или активирует защитные механизмы, о которых они сейчас совсем ничего не знают.

Полина закусила губу, глядя на дрожащую тень шлюза. Потом её взгляд упал на сумку, в которую она, автоматически, ещё в особняке, сунула один из мелких артефактов из коллекции Столярова. Потёртый серебряный портсигар.

— А если… — медленно начала она. — Если мы попробуем не обмануть систему, а… подкупить шлюз? Дать ему на пробу то, что он ожидает почувствовать? Ложный залог.

Это было опасным безумием. Оно могло сработать или убить их обоих на месте.

Мужчина посмотрел на портсигар в её дрожащих пальцах, потом на свою холодную ладонь, и кивнул.

— Давай попробуем, но только чтобы взглянуть и сразу назад.

Они глубоко вздохнули. Потом он галантно взял её под руку, затем пара степенно шагнула вперёд, под тёмный, струящийся поток шлюза.

Ощущение было не таким, как в кладовой. Там тьма была пассивной, тяжёлой, как вода. Здесь же пространство вокруг них мгновенно ожило. Струящаяся плёнка шлюза обволокла их, не как покров, а как миллионы невидимых щупалец. Деловито и прилежно за долю секунды ощупали каждый сантиметр их тел, швы на одежде, волоски на голове. Арсению почудился привкус меди на языке и резкий запах озона, будто после близкого разряда молнии.

Полина вжалась в его плечо, её пальцы вцепились в его рукав. Она зажмурилась, но не от страха. Брюнетка концентрировалась, пытаясь своим внутренним зрением отследить работу механизма. Арсений же смотрел вперёд, сквозь искажённый, «подводный мир» банковского холла. Всё двигалось там с неестественной, замедленной плавностью. Охранник у двери поворачивал голову целую вечность. Девушка за стойкой поднимала телефонную трубку, и её рука тянулась за ней, как в густой патоке.