Чтение онлайн

Расцеловав Виктора в обе щеки, Элизабет удалилась. Витёк вытер щёки с нескрываемым отвращением и закрылся в кабинете.

Наконец-то путь к её рабочему столу был свободен. Только сейчас она заметила, что на том месте за монитором, где вчера был спрятан несъеденный шарик, лежит целая коробка конфет Mozart.

– Ты не знаешь, откуда это? – обратилась она к Секретарше.

– Сергей принёс, сказал тебе, – ответила та.

«Значит, он всё видел, и про конфеты, и про чашку… забавно,» подумалось ей.

Тут телефон, стоящий на её столе, подал сигнал: на дисплее светилось «Виктор».

– Да? – осторожно ответила она.

– Зайди, – рявкнул он.

Она встала из-за стола, взяла полученную с утра трудовую и двинулась к кабинету.

Чашка всё не выходила у неё из головы. Она с трудом впервые открыла тяжёлые двери и сразу оказалась на прекрасном мягком ковре, это её успокоило.

Виктор пригласил подойти к столу и сесть на один из стульев, сам сел напротив. До этого такую сцену она видела только на сайте Кремля и по телевизору в новостях про президента. Когда он сидит и хмурит брови на собеседника, а тот что-то жалобно мямлит в ответ, не надеясь ни на что хорошее. Стулья были чертовски тяжелыми, и длинный ворс ковра не делал задачу отодвинуть их от стола и сесть, легче. Но благодаря тому, что она была очень худой, ей удалось буквально стечь на сидение стула между подлокотником и столом. Витёк выглядел недовольным…, увидев трудовую, нахмурился сильнее.

– У тебя есть Шенген? – спросил он.

– Да.

– Во вторник полетишь со мной: утром туда, вечером обратно, дела там есть, попереводишь меня, и мне попереводишь, – в некотором раздумье добавил он.

Она кивнула.

Он смотрел на неё изучающее, потом добавил:

– Всё, что будет там – останется там, это понятно? Здесь никому ни слова. Поняла?

– Да.

Он протянул ей визитку.

– Назначишь мне приём, на утро, потом ещё многое успеть надо будет.

Она взяла визитку: Prof. Dr. Gaiger, Privatklinik Dobling 11

– Ну всё, иди, если что нужно к поездке…, Сергей подскажет… и это – он кивнул на трудовую, – ему отдай.

– Хорошо.

Он встал со своего стула и подошел к ней: было понятно, что он готов освободить её из плена стола и тяжелого стула. Это было по-мужски. Она не без удовольствия приняла его помощь, и раз всё так хорошо прошло, решив, что второго шанса может не быть, сказала:

– Я разбила чашку из серванта.

Виктор смотрел на неё оценивающе, он был неприлично близко.

– Разрешаю разбить ещё одну, – произнёс он, не меняя строгого выражения лица.

Она улыбнулась и пошла к выходу, сочтя его великодушным. Тогда она ещё не догадывалась, что больше всего Витёк верил в знаки, а разбить чашку – это к удаче, и удача была ему очень нужна: Prof. Dr. Gaiger был известный онколог.

До вторника оставалась два рабочих и два выходных дня.

За рабочие дни она узнала, что в общем-то работа в приёмной не пыльная. Люди, которые приходили в эти дни, были спокойные, вежливые и даже счастливые. Одни приходили сюда с деньгами, другие – за деньгами. Витёк был спокоен и собран, общались они немного: в основном с утра, на дежурные темы, и к вечеру, когда он собирался домой.

Ей также удалось пообщаться с Секретаршей: та оказалась девушкой простой, но очень смышлёной и интересующейся, изучающей немецкий язык.

Она часами расспрашивала её о Вене, каждый раз обращаясь к Википедии, чтобы подтвердить свои знания или добавить новых. Им было легко и интересно друг с другом.

Иногда в приёмную по делам заходил Сергей и на обратном пути из кабинета задерживался с ними поболтать и выпить хозяйский кофе. Всегда в своём неизменно сером костюме, в лацкане которого был значок какой-то академии. Ей нравились его добрые голубые глаза и светлые волосы, его голос и его конфеты Mozart, и если бы он был смелее, всё могло бы сложиться совсем по-другому…

В понедельник вечером – когда Виктор по всем расчётам уже должен был уехать домой, ибо на 5:30 был согласован вылет самолёта в Вену, но почему-то сидел как мышь в своём кабинете, – рядом с изумрудной лампой задребезжал телефон, звонок был с мобильного.

– Да, – с удивлением ответила она.

– Добрый вечер, – произнёс приятный голос, – это Наталия, жена Виктора. Он уже выехал?

– Нет, он у себя.

– Один?

– Да.

– Хорошо, передайте ему, я жду его дома.

– Конечно.

– Всего доброго.

– Всего добр… – она не успела договорить, как дверь в приёмную отварилась и в облаке дорогих духов, одетая во все в чёрное, в неё вошла красивая женщина. В руках она держала новый Vertu Farrari в ярко-алом чехле.

– Так он на месте? – утвердительно спросила она и, не дождавшись ответа, сразу дернув одну дверь за другой, скрылась в кабинете.

Она очень смутилась, это было похоже на мистику: сначала ты говоришь с человеком, который якобы дома, а через секунду он пред тобой, но при этом это не он, точнее не она.

Открыв на рабочем столе папку «Документы», которую ей переслала Секретарша, найдя закладку «Паспорта загран.» – Victor, Natalia, Daughter 12 , кликнула на Natalia, и ещё раз изучила фото и паспортные данные, которые от нечего делать смотрела с утра. На фото была грузная женщина с мешками под глазами и усталым выражением лица, которая только при очень пристальном рассмотрении отдаленно напоминала даму, ругающуюся сейчас с Виктором в кабинете. Крики доносились даже через две двери. Наталье было 43.

Кто-то скажет, что это не возраст для женщины, тем более для женщины с большими деньгами. Она думала также. Но фотография в паспорте опровергала это напрочь. От греха подальше она закрыла скан паспорта на экране, и вышла из папки «Документы».

Вскоре крики затихли, и Виктор, пропустив жену вперёд, вышел в приёмную. Дверь отворилась, охранники ждали у входа. Не попрощавшись, чета удалилась.

Спустившись в 3:40 на крыльцо подъезда с небольшой дорожной сумкой, она стала ждать обещанный Сергеем трансфер в аэропорт, кутаясь в кашемировую шаль и светло-голубое пальто, отчаянно пытаясь проснуться на морозе. Через пару мгновений двор озарили яркие фары мерседеса небесного цвета.

Подойдя к машине, Она отметила, что они должно быть удивительно хорошо смотрятся вместе в этом искрящемся лунном свете. Водитель не вышел открыть ей дверь, пришлось самой. Переложив сумку в левую руку, правой она потянула за дверцу и в тот же миг с удивлением и немного со страхом, что могла открыть чужое авто, сделала шаг назад. В машине, развалившись, сидел огромного роста, толстый и совершенно неприятный мужчина.

– Да ты садись, чё стоишь, опоздаем в аэропорт, – приказным тоном сказал он.