Чтение онлайн

Но теперь он задавался вопросом... Могло ли быть, что содержимое этой записной книги было просто своего рода исследованием?

Если это было правдой, то, в конце концов, она не играла с этими мужчинами - или с ним - в конце концов. Возможно, никакой паутины и не было.

Разжав руки, он шагнул ближе к карете.

– Я снова был довольно груб, не так ли?

– Совершенно верно.

Складка между ее тонкими бровями нахмурилась от продолжающегося раздражения. Ее бранящий тон, вероятно, предназначался для того, чтобы поставить его на место. Однако, без ее ведома, это возымело обратный эффект.

Сразу же темное облако в его мозгу рассеялось. По медному блеску ее глаз он почувствовал, как первые лучи янтарного солнца согревают его, как глоток коньяка дождливым вечером.

Дебютантка, которая намеревалась заманить его в ловушку, не упустила бы такой возможности кокетливо надуть губки или захлопать глазами, чтобы намекнуть, что милое проявление характера - это худшее, чего он мог ожидать. Но мисс Пэрриш не сделала ничего подобного. Она откровенно выражала каждую свою мысль и эмоцию. Ничего не скрывая.

Он нашел это необычайно привлекательным.

– Я полагаю, что мое поведение этим утром принесло бы, - он бросил взгляд на записную книгу, - ноль вздохов и ноль обмороков.

– Действительно, - сказала она, но уголок ее рта слегка дернулся, говоря ему, что он на пути к прощению.

Он, вероятно, не заслуживал этого после того, как выразил к ней такую враждебность. Он был взбешен ее обманом так, что это соперничало с любыми чувствами, которые он испытывал к другим женщинам в прошлом. И он даже не был уверен, почему именно с ней все было по-другому.

Он лишь знал, что находиться в Лондоне и терпеть скуку сезона на прошлой неделе, зацикливаясь на ее записной книге, было крайне утомительно. Однако в этот момент его наполнил заряд бодрости. Он заструился по его венам новой жизнью.

– Кажется, мне нужно еще раз загладить свою вину. Назовите вашу цену. Моя ложа в театре? Поездка в Париж?
– спросил он, лишь наполовину поддразнивая.

– Вы мне ничего не должны, милорд. Я полагаю, каждый имеет право на несколько минут капризности, хотя некоторые больше, чем другие.

Пока она говорила, озорной блеск в ее золотистых глазах заставил его подойти еще ближе. Достаточно близко, чтобы уловить аромат сладкого клевера, который окружал ее. Он глубоко вдохнул, когда его рука коснулась оконной рамы.

Посмотрев вниз, он заметил, что кончики его пальцев в перчатках покоятся с ее стороны двери, а красная лента ее шляпки болтается всего в паре дюймов от них. Его охватило необъяснимое желание потянуть за нее. Развязать ее. Притянуть ее к себе и прижаться губами к ее губам.

– Тогда проведите этот день со мной, - сказал он низким и интимным голосом, когда его указательный палец потянулся, чтобы коснуться изогнутого края ленты.

Ее взгляд ошеломленно блуждал по его лицу, ресницы опустились, голос стал хриплым.

– С... с вами?

– Мы устроим пикник. Ничего утомительного, конечно. Я знаю идеальную поляну недалеко от города. И пока мы там, я даже помогу вам с вашей книгой.

Она моргнула в дремотном замешательстве, как просыпающийся сновидец.

– Моей книгой?

– Вы же хотите узнать больше о жизни мужчин, а я, - сказал он с усмешкой, - тоже мужчина.

Два розовых пятна выступили на ее щеках, соблазняя сладкоежку в нем.

– Я не уверена, что это разумно ... быть наедине... вместе.

Он не хотел, чтобы приглашение прозвучало так, будто он планировал скандальную интерлюдию. Или все-таки хотел?

Несмотря на это, в его сознании вспыхнул образ . Она лежит на спине, черные кудри разметались по одеялу на траве, ее розовые губы припухли от его поцелуя, а взгляд полон желания, которое она просто не могла скрыть. Довольный возглас одобрения вырвался у него из горла.

Неосознанно он взялся за ее ленту. Но когда их пальцы на мгновение переплелись, когда она выхватила красный шелк из его рук и скрылась в карете, он понял, что был слишком настойчив.

Странно. Это было совсем на него не похоже.

На самом деле, чем больше он думал об этом, тем больше понимал, что был сам не свой с тех пор, как они встретились. Временами он вел себя не по-джентльменски, угрюмо, а теперь чувствовал себя странно... примитивно.

Покачав головой, он вспомнил о воспитанных в нем всю жизнь манерах и вежливости.

– Простите меня за то, что я не упомянул свою сестру в этих планах. Я уверен, что Мэг хотела бы провести больше времени с вами и вашими тетями. Вы трое - это все, о чем она может говорить.

– Да ладно вам, мисс Пэрриш, - сказал он, цокнув языком, - вам нужно быть более убедительной. Уже слишком поздно начинать играть со мной в скромницу. Кроме того, я твердо намерен игнорировать любое проявление жеманности.

Она сразу же стала серьезной и усмехнулась.

– Ну да, изображаю скромницу. Я не из компании ваших гусынь, лорд Тщеславие. Дело в том, что мы с тетушками уже приняли приглашение совершить экскурсию по садам Зоологического общества.

– Очевидно, человек, пригласивший вас, не знает, что вы недавно поранились. Я уверен, кем бы ни был этот человек, он с готовностью отложит эту прогулку на другой день, - бросил он вызов, приподняв бровь, уже чувствуя себя победителем.

Она выдержала его взгляд и сказала как ни в чем не бывало:

– О, он знает.

– Он?

– Ммммм, - промурлыкала она с явно самодовольным кивком.

– Я уже заверила его, что достаточно здорова. С моей стороны было бы непростительно грубо принять другое приглашение.

Брэндон пристально изучал ее, вспоминая похожее выражение лица в тот вечер, когда он пригласил ее на танец, и она с радостью отказала ему. И он видел такое же выражение в парке на прошлой неделе.

– А речь случайно не о Джордже?

Тот самый таинственный человек-невидимка, который так и не пригласил ее на вальс и не потрудился появиться в своем фаэтоне? У которого, по-видимому, не было ни фамилии, ни титула?