Чтение онлайн

Она хотела, чтобы он был внутри нее. Он был нужен, чтобы заполнить пустоту внутри нее. Чтобы кошмар полностью исчез.

Ей было все равно, больно ли это, или она была слишком взвинчена по сравнению с прошлым. Время ускользало от них. Время было врагом каждого человека, потому что оно сводило все - даже яркие новые начинания - к окончательному концу. Оно витало над ними, как темный призрак. Она чувствовала это, как приближение сильного дождя.

– Люби меня снова, - прошептала она, прижимаясь к нему.

Низкий звук удовольствия вырвался из его горла, когда он рефлекторно подался вперед.

– Позже, когда у тебя будет возможность...

– Пожалуйста, Брэндон, - взмолилась она, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы.
– Ты нужен мне. Я не хочу, чтобы этот рассвет заканчивался.

Сначала он не ответил. Но она чувствовала, как меняются его мысли, как бешено колотится его сердце у нее за спиной. Затем он поцеловал изгиб ее шеи и открытую часть плеча, там, где рубашка была распахнута.

Слезы отчаяния горячим потоком хлынули из-под ее век. Она подумала, что это и был его ответ.

Но затем его теплая рука скользнула под мягкую ткань, нежно массируя и поглаживая ее спину и ягодицы. Его пристальное внимание переместилось на переднюю часть ее тела, к животу, к груди и между ног. Он задержался там, покрывая горячими поцелуями ее затылок, в то время как его палец описывал круги вокруг пульсирующего бутона. Затем он проник внутрь скользких ножен, и его дыхание коснулось ее влажной кожи. Этот звук возбудил ее. Ее бедра нетерпеливо задвигались навстречу его медленному, ищущему ритму, ее внутренние мышцы крепко сжались, приближая ее к новой кульминации.

За мгновение до того, как она настигла ее, она почувствовала, как он пошевелился, его нога скользнула между ее ног, широкая головка его члена оказалась у ее входа, осторожный толчок внутрь, нежное обжигающее покалывание. А потом он наполнил ее медленными, плавными толчками, все глубже и глубже, пока они оба не потерялись и не начали бесконечно падать с обрыва в расплавленные озера восторга, которые прогнали ночные кошмары.

По крайней мере, на время.

“Быть охваченным страстью не так ужасно, как уверяют светские дамы”.

Примечание к Брачным привычкам местного аристократа

Брэндон отвел Элли обратно в дом, пробираясь по коридорам, чтобы незаметно отвести ее в спальню. Она была вялой и сонной, и ему пришлось всю дорогу прижимать ее к себе, но он не возражал. На самом деле, он почувствовал самодовольную улыбку на губах, когда подумал о причине.

К счастью, он знал все проходы и расписание слуг, так что ему это удалось. И все же... Если раньше было невозможно не прикоснуться к ней, то теперь не ощущать ее кожу на своей причиняло физическую боль.

Как только они, наконец, добрались до ее комнаты, он запер дверь и снова поцеловал ее, прижимая к себе так близко, как только мог, не входя в нее.

– Черт возьми, но я не хочу оставлять тебя.

Она улыбнулась, ее губы приоткрылись, как будто она собиралась что-то сказать. Но затем она зевнула. Прижавшись к нему, она положила голову ему на плечо, ее руки обвились вокруг его талии под сюртуком.

– Мы можем остановить мир и забраться вместе в постель?

– Мы могли бы, - сказал он, и искушение шептало ему на ухо сделать именно это, пока его руки блуждали по пуговицам на ее спине.
– Но за то, чтобы остановить этот мир, приходится платить.

Если их застукают вместе, у нее не будет другого выбора, кроме как выйти за него замуж. А он хотел, чтобы она выбрала его безоговорочно, а не под давлением обстоятельств.

Она задумчиво посмотрела на него, и в ее янтарных глазах отразился свет понимания. Через мгновение она положила руку ему на сердце и сказала:

– Тогда, может быть, не сегодня.

Он кивнул, желая оттянуть их неизбежный разговор. Брэндон не собирался делать предложение, пока видел в ее глазах настороженность.

Кроме того, он уже все спланировал несколько дней назад. Сначала он уговорит ее вернуться в лодку, но на этот раз по реке. Конечно, это займет некоторое время. Однако, как только ему это удастся, он проплывет под аркой моста бракосочетания. Они остановятся на берегу, чтобы устроить пикник. Затем, когда она будет лежать рядом с ним на одеяле, он нежно поцелует ее, признаеется в том, что у него на душе, и попросит стать его женой. После этого они проплывут вверх по течению через вторую арку, как того требовала традиция Стредвика, и объявят свою радостную новость всем без исключения. И он постарается не слишком злорадствовать перед Незерсоулом.

Утреннее солнце светило в ее открытые окна, когда он снова раздел ее, восхищаясь ее красотой и переполняющей его радостью. Румянец все еще покрывал ее щеки и задержался розовыми пятнами на верхней части груди. Ему нравилось наблюдать за всеми изменениями оттенка ее кожи, когда она была застенчивой или возбужденной.

Не в силах сдержаться, он поцеловал ее в щеки и нежно прижался носом к ее пухлым губам. Но прежде чем забыться, он откинул покрывало и опустил ее на кровать, осторожно вынимая шпильки из ее волос. Все это время она смотрела на него снизу вверх, ее темные ресницы сонно опустились.

– Я распоряжусь, чтобы ванну доставили в твою комнату, как только я уйду, - сказал он и поцеловал ее в лоб, укрывая одеялом.

Она покачала головой.

– Пожалуйста, не надо. Слуги...

Он понял. Слуги, какими бы благородными и чистыми ни были их намерения, скорее всего, будут болтать. Они слишком хотели, чтобы Кроссмурское аббатство снова стало домом, наполненным детьми и жизнью. Он тоже.

Она потянулась и взяла его за руку.

– Спасибо, что даешь мне шанс все уладить. Я рада, что ты понимаешь, что сейчас было бы неправильно строить планы. По крайней мере, пока я не поговорю с Джорджем. В конце концов, мы планировали совершенно другое будущее большую часть нашей жизни.

Слова “мы” и “наш” сказали ему, что она все еще с трудом представляет свою оставшуюся жизнь без Джорджа. Она не произнесла этого вслух. Впрочем, в этом не было необходимости.

Мрачная тень омрачила его радостное настроение, но Брэндон отмахнулся от нее, не позволяя призраку своего прошлого снова подняться.

Наклонившись, он укрыл Элли одеялом.

– Отдохни пока. Мы поговорим об этом позже.

Он так долго ждал. Что значил еще один или два дня в грандиозном плане их жизни?