Чтение онлайн

Схожу, осмотрюсь, продемонстрирую товар. Если продам — бабуле радость будет. Да мне и самой интересно посмотреть, что там за люди покупать дома станут — все-таки, соседями будем.

***

Роман Звягинцев

Пока машина несется по трассе перебираю в памяти намеченные на сегодня дела. Само собой, проверить работу на объектах, навести шороху среди заместителей, чтобы не расслаблялись в отсутствие начальства. Обязательно сделать выборочный срез по качеству. Но главное, конечно, встреча с потенциальными покупателями.

Довольно улыбаюсь, вспомнив длинный список изъявивших желание приехать на презентацию нового коттеджного поселка “Зеленый берег”. Уверен, первую очередь домов распродадим уже сегодня.

— «Гаврилкино» — подсказывает указатель перед развилкой, но я и сам помню, что поворот тут, возле этих трех берез. За прошедшие годы они выросли, конечно, но место все равно приметное. Еще километр от трассы и будет деревня, где я провел столько приятных дней. Пожалуй, лучших в моем безрадостном детстве.

Надо же, кто бы мог подумать, что через без малого полтора десятка лет я вернусь сюда уже в другом статусе — процветающего бизнесмена Романа Георгиевича Звягинцева.

Слегка подворачиваю руль, и кайен послушно съезжает с трассы на узкую асфальтированную дорогу. Еще немного, и въезжаю в деревню. Неспешно рулю вдоль центральной улицы, рассматривая знакомые места.

Первый раз я попал сюда еще подростком. Озлобленный, вечно голодный пацан из нищей неблагополучной семьи. С алкашом папашей, спускающим все до копейки на свое пойло. С затурканной жизнью матерью, у которой не было сил ни на ласку, ни на любовь к своему сыну.

Попав сюда, я вдруг увидел совершенно иную жизнь. Такую, какой, мне думалось, нет и не может быть. Оказалось, может.

Сашка Прозоров, которого я однажды отбил у отморозков с соседнего квартала и показал мне это. После той стычки, мы с ним, как ни странно, сошлись.

Усмехаюсь — пожалуй, мы были самой нелепой парой друзей из всех возможных. Очкастый, сутулый ботаник Прозор, и я, отморозок с волчьим взглядом и вечно сбитыми в драках костяшками пальцев.

Но мы подружились, да. Сашка… Мой лучший друг. Единственный настоящий друг.

Воспоминания болью царапают по сердцу. Он был заучкой, ботаном, что с него возьмешь — даже сдачи дать не мог, пацифист фигов. Но вот странность, он один видел во мне что-то доброе, единственный кто разглядел во мне зачатки ума.

Однажды он решил, что я должен нормально учиться, а не так, с двойки на двойку, и взялся за дело. Когда он верил в то, что делает, Сашка становился подобием стенобитного тарана, снося на своем пути все препятствия. А в меня он верил... Так что все мои попытки послать его с учебой в дальние дали закончились моим полным фиаско.

Да, Сашка… Если бы не он, валялся бы я сейчас где-нибудь в грязной канаве с такими же алконавтами, каким был мой отец. В лучшем случае, закончил бы какое-нибудь училище, чтобы потом зарабатывать копейки и пропивать их от безнадеги — это была единственная доступная мне модель будущего.

Мне, но не Сашке. У моего друга был другой взгляд на жизнь.

Это благодаря ему я нормально окончил школу и поступил в университет. Не на самый престижный факультет, конечно. Но, это был тот фундамент, от которого я смог оттолкнуться и рвануть вверх и вперед, подальше от своего убогого детства и предназначенного судьбой будущего.

Это с Сашкой после экзаменов девятого класса я приехал в эту деревню, к его деду и бабушке. Именно тут я впервые узнал, что такое жить в любви и добре, когда тебе рады просто потому, что ты есть.

То лето стало поворотным в моей жизни, именно тогда я принял решение, что никогда моя жизнь не будет похожа на жизнь моих родителей.

И именно в то лето я впервые влюбился…

Она была беленькой, голубоглазой и тоненькой как былинка. Младше нас с Сашкой, но такой уверенной в себе что было даже смешно. В то лето она гостила у своей бабушки, и мы как-то быстро сдружились, все трое — я, Сашка и она…

Притормаживаю, глядя на забор дома ее бабушки, сейчас чуть покосившийся, посеревший от времени, а тогда новенький, сияющий глянцевой голубой краской. Сколько раз я висел на нем, дожидаясь, пока выйдет моя зазноба!

Столько лет прошло, но словно вчера были наши прогулки по лугам, когда мы собирали первую полевую клубнику. Встречи рассвета и проводы заката. И лесная малина, душистая, сладкая до невозможности, которую мы рвали горстями и лопали, обмазавшись алым соком с головы до ног.

И наш первый поцелуй со вкусом этой малины. Еще парного молока, которым пахли ее губы…

То волшебное лето счастья и моей первой любви…

***

— Вот эти преимущества нашего коттеджного поселка и формируют цену домов, — добавив в голос мягкости, заканчиваю свою рекламную речь.

С удовольствием отмечаю, что поплыла, поплыла покупательница. Солидная дамочка — бизнесменша прилично за пятьдесят, с повадками голодной акулы и холодным взглядом птеродактиля в поисках добычи.

Такая свои действия на сто шагов вперед просчитывает, не доверяет никому, даже себе самой, и точно знает, чего хочет. Работать с подобным типом клиентов сложно, но и отдача от них самая высокая. Главное, четко уловить их настроение и замыслы, тогда они у тебя в кармане.

Мне это обычно удается без труда, а раскрутить их на покупку — уже дело техники. Влад Журов, мой неизменный зам и давний приятель за это мое качество называет меня «Лелуш Ламперуж», по имени какого-то персонажа из обожаемых им анимэ.

Я за это ржу над Владькой — здоровый брутал, весь в татухах, от которых девки писаются кипятком и падают штабелями к его мокасинам сорок пятого размера, а тащится от детских мультиков...

Ну а клиентка да, в начале общения готова была порвать меня за, как ей казалось, «необоснованно задранную стоимость квадратного метра». А сейчас вон, улыбается почти по матерински, и смотрит на меня, как на любимого сыночка, принесшего из школы очередную пятерку.

— Ох, Роман Георгиевич, умеете вы уболтать, — хмыкает довольно. — Люблю такую молодежь, зубастую и знающую, чего хочет. Уверена, если вы сами и будете следить за порядком в поселке, как обещаете, то будет здесь рай на отдельно взятых гектарах.