Чтение онлайн

Дарить ему свет,

Днем на картинах она рисовала

То, чего нет…

Все девять песен… обернулся страстью

Страх… войной в небесах

Вам не известно, сколько длится счастье

Знак… окольцованный прах…

Вас больше нет, вас больше нет…

Он не сумел, боялся быть смелым.

Вас больше нет, вас больше нет…

Она не смогла, она не успела.

Только девять песен, долгих песен,

Гаснет свет — вас больше нет,

Вас больше нет, вас больше нет,

Больше нет…

Он не умел, рисуя картины,

Себя видеть на них,

Гордость ее, суета без причины

Всегда брали верх.

Так девять песен отыграли

Гаснет свет… вас больше нет…

Музыка затихла, заиграл медленный проигрыш, сменившийся басами и куда более надрывным припевом:

Вас больше нет, вас больше нет,

Он не сумел, боялся быть смелым,

Вас больше нет, вас больше нет,

Она не смогла, она не успела.

Только девять песен, долгих песен

Гаснет свет — вас больше нет,

Вас больше нет, вас больше нет,

Больше нет…[1]

Свет погасили, несколько долгих секунд стояла звенящая тишина. Затем зал взорвался аплодисментами и одобряющими выкриками. Пришло в себя и жюри.

— Не знаю, как вы, — Агеллар щелкнул авторучкой и подтянул к себе пустой бланк поощрительной грамоты, — а лично я определился с номинацией на приз зрительских симпатий.

— Да, очень…эмоциональная песня, — неуклюже и явно в угоду тренеру согласилась Покровен, ставя свою подпись.

Лагерра ничего не сказал, но посмотрел на тренера с благодарностью. Остальным ничего другого не оставалось, как согласиться с большинством.

Так опозориться могла только наша группа. Даже Алиса, ревниво репетирующая свой танец каждый день, допустила промах. Я стояла за кулисами и хваталась за голову. Мои сокурсники занимались тем же. К моменту, когда мне нужно было выходить на сцену, я потеряла всякую надежду на реабилитацию.

Я не возлагала особенных надежд на выступление, мой номер был лишь способом занять время, отведенное под выступление всей группы, не более. Песня не несла конкретного посыла слушателям, но я ее выбрала именно за текст, хотя никого конкретно как героев данной баллады не подразумевала. Мне хотелось просто ее спеть, а уж каждый пускай думает о своем. Не исключаю, что великие вещи создаются под таким же благовидным предлогом.

И вот я на сцене, уже играет проигрыш, а коленки под платьем дрожат. Определенно, мы сегодня выступили хуже всех, и мне остается только завершить этот позор. Взгляд мой упал на столик, за которым сидело жюри, и я заранее мысленно попросила прощенья, встретив полный внимания взгляд тренера. Сжатый на моих глазах кулак неожиданно придал мне сил и уверенности — будь, что будет — и я запела. Несчастный влюбленный — это диагноз, а лечиться, как известно, интереснее за компанию. Вот и мои слушатели — молодые девушки и парни — думали также, внимая крику моей души. И когда песня кончилась, а в зале повисла тишина, я даже успела испугаться — неужели не проняло? Что, если очерствели юные души, и уже не подвластны столь глубоким чувствам?

Но зал встал, оглушая меня овациями, и я облегченно выдохнула. Не все еще потеряно с нашим поколением, мы все еще живы.

Церемония награждения не принесла никакой интриги — все было ясно, как белый день. Первые места, как всегда, у программистов, про нас скромно промолчали, но, мне кажется, и слава богу. Не стоит лишний раз нам доказывать, что мы бестолочи, мы и сами об этом знаем.

Наградив победителей, проректор не ушел со сцены, держа в руках еще одну грамотку и конверт. Я задержалась только лишь потому, что мне стало любопытно, кого же еще хотят отметить? И услышав, растерялась.

— Особенным призом за чудесное исполнение и прекрасный сюрприз для нас для всех награждается студентка третьего курса специальности экономика Лианетта Ранхил! Приз зрительских симпатий!

Я на негнущихся ногах поднялась на сцену, получила полагающиеся мне почести и поздравления и вернулась в зал, ища глазами того, без кого, по моему мнению, этой маленькой победы не могло быть. Его место пустовало. В толпе, ринувшейся в спортзал на вечеринку, я его тоже не увидела, поэтому разочарованно влилась в поток студентов, потому что иначе мне предстояло быть растоптанной.

Безалкогольной вечеринка была только пока не разошлись преподаватели. Дежурным оставили Лагерру, а уж его основная масса студентов за авторитет не сочла, в итоге уже через полчаса веселье забило ключом, и местный ди-джей подладил под это дело музыку. Я немного потанцевала со всеми, но, не заметив среди своих Гидру и Варлана, я напряглась. С чего бы этим двоим отсутствовать, да еще и в такое время? Не иначе решили выяснить отношения.

Как я себя не убеждала, что меня это не касается, я все равно отправилась на их поиски. Очень сложно среди нескольких сотен человек отыскать двух нужных, но мне это все-таки удалось.

Они стояли в коридоре, опираясь на стенку, и яростно целовались. Резко затормозив, я не стала мешать процессу, а потихоньку вернулась назад, откуда и пришла. Что же это получается? Сомневаюсь, что они таким образом ругаются, если только мои друзья совсем ненормальные. Отсюда следует, что кто-то из них не выдержал и плюнул на свою гордость, результатом чего стали мир, дружба, жвачка и совсем не невинный поцелуй. И как бы мне ни хотелось сейчас узнать подробности, я ни в коем случае не стану их тревожить. Все равно я обо всем когда-нибудь узнаю.

Я вернулась в спортзал, но танцевать мне уже не хотелось. Бесцельно пройдясь несколько раз туда и обратно, поискала место, чтобы присесть, но все лавочки были намертво завалены то куртками, то сумками, то не совсем вменяемыми телами. Кто-то сунул мне в руки стаканчик с вином, с ним я и отошла к стене, просто наблюдая за процессом.

Ди-джей взял в руки микрофон и проверил звук, покрутил какие-то штуки, нажал пару кнопок и обратился ко всем:

— Всем привет, это эм-си Грех, сегодня зажигает Политех!