Чтение онлайн

Я кивнул.

“Отлично. Тогда я достану тебе велосипед в нашем садоводческом объединении. Может, даже дамский. На дамском ноги удобнее на педали ставить”.

” Да все равно, какой велосипед - дамский или мужской. И ведь я еще вырасту!”

“Ты и в самом деле на редкость сообразительный паренек!”.

На следующий вечер Хотце явился с довольно ржавым дамским велосипедом. На плече у него висел школьный ранец. Мартхен тотчас вскочила на велосипед и сделала на нем пару пробных кругов.

“Тебе надо почистить и смазать приводную цепь. Пусть все видят - владелец следит за своим велосипедом”.

Хотце взял у нее велосипед и без возражений принялся за работу. Мартхен вошла в дом, подошла ко мне и положила руку на мое плечо. “Сейчас я приготовлю нам с тобой по стаканчику лимонада. И парочку бутербродов с маслом. Масло у меня есть. Угадай, от кого?” “От Кэте?”

“Правильно”. Мартхен поставила на стол стаканы с лимонадом, нарезала хлеб и принялась намазывать его маслом. “Где же ты ее встретила?”

“Я ездила в Вальдесру, чтобы повидаться с Кэте”.

“Как она поживает? У нее все в порядке?”

Мартхен грустно покачала головой.

“Она узнала что-нибудь про Эрну?”

“Эрна умерла, мой мальчик”.

Я смотрел на Мартхен и не мог произнести ни слова.

“Кэте получила официальное извещение - ее сестра умерла от воспаления легких. В лагере, конечно, не было необходимой медицинской помощи и ухода”. Мартхен села рядом со мной. Я уставился в окно и наблюдал, как Хотце чистит велосипед. “Разве ты знал Эрну?”

“Они убили ее. Они жестоко избили ее еще при аресте”, - тихо сказал я.

Мартхен придвинула ко мне тарелку с бутербродами. “Ты так хорошо знал ее?”

“Она была моим лучшим другом”.

Через некоторое время на кухню пришел Хотце и принялся за бутерброды. А на следующее утро начался мой первый рабочий день. На птицеферме нужно было быть очень рано, и Хотце поехал со мной. Доехав до птицефермы, мы сошли с велосипедов. Его друг Радни, высокий светлорусый мужчина, уже поджидал нас у ворот. У входа в служебное здание Хотце попрощался с нами. Радни привел меня в свой скромно обставленный кабинет и сразу спросил, сколько мне лет. Получив ответ, он потер подбородок и сказал, что знает, кто я, но просит меня называться всем моим вымышленным именем.

“Ты будешь работать с цыплятами. Тут у нас есть два барака, в которых содержатся только совсем маленькие цыплята. Ты должен следить за тем, чтобы они не разбегались. Потом ты станешь продавать цыплят. Многие наши клиенты покупают кур и цыплят, которых мы выращиваем только для них. Твоей задачей будет отличить молодого петушка от молодой курочки”.

“Я это уже умею”, - перебил я.

“И совсем маленьких отличишь?”

“Нет”.

“Ладно, я тебя научу”.

“Еще ты должен заботиться о том, чтобы малыши получали специальные добавки в корм и чтобы у них было достаточно воды. Когда опилки в загонах загрязнятся, ты должен смести их в кучу и вывезти из загона на тачке. Я покажу тебе место, куда их нужно сваливать. Мешки со свежими опилками ты найдешь позади бараков”. “А что мне нужно делать с цыплятами?”

“Хороший вопрос! В загоне есть большая деревянная задвижка, которую можно выдвигать, затем ты загоняешь цыплят в заднюю часть барака и закрываешь их задвижкой. Сделав это, ты убираешь переднюю часть, посыпаешь ее свежими опилками, наполняешь кормушки зерном и водой, задвигаешь обратно задвижку, впускаешь цыплят, а потом убираешь заднюю часть. В бараке две двери - спереди и сзади. Через эти двери ты можешь провозить тачку. Понятно?”

“Понятно”.

“Сейчас придет моя жена и принесет тебе завтрак”.

“Я уже позавтракал”.

“Прекрасно, позавтракаешь еще раз. Первое время клиентов буду обслуживать я. Ты можешь посмотреть, как я это делаю. А потом ты сам будешь обслуживать клиентов. Бояться их не нужно - они очень приятные люди. А под военной формой у них такая же задница, как у всех остальных. Если они спросят о твоем прошлом, можешь им наврать с три короба. Да смотри, не проболтайся случайно! Ну, как тебя зовут?”

“Макс Гемберг”.

“Отлично”.

“Я жил в Целендорфе. Наш дом разбомбило”. “В каком месте Целендорфа ты жил?”

“Мексикоплац. Вероникаштайг, 11”, - ни секунды не задумываясь, ответил я.

“Ну что ж, ты прекрасно подготовлен”.

Во время нашего разговора я исподтишка разглядывал Радни. “У него слишком коротко острижены волосы. Даже кожу на голове видно!” - размышлял я. А вслух сказал: “Вдруг они меня про “гитлерюгенд” спросят! Я скажу, что я член отряда “гитлерюгенда” в Кепенике”.

“А вот это говорить не нужно. У меня очень много клиентов из Кепеника, и может случиться неприятность, если кто-нибудь из них знает тамошний “гитлерюгенд”. Ты лучше скажи, что помогаешь здесь только временно, а отряд твой находится в Целендорфе и ты не хочешь из него выходить. Это звучит вполне правдоподобно и даже патриотично, в национал-социалистическом духе. Именно то, что нравится “золотым фазанам”. Ладно, Макс, поешь и принимайся за работу. И никогда не забывай говорить нашим клиентам “хайль Гитлер!”

В кабинет вошла фрау Радни и протянула мне сверток с бутербродами. “Меня зовут Зигрид, моего мужа - Гюнтер. Мы оба знаем тебя с пеленок. Поэтому говори нам “ты”.

Она налила из термоса чашку горячего куриного бульона. Я медлил в нерешительности. “Давай ешь, набирайся сил!” - подбодрила меня Зигрид. У нее были очень светлые волосы, заплетенные в две толстые косы. Таких густых волос я еще никогда не видел.

Потом она ушла. Я неспеша выпил горячий бульон, и Гюнтер Радни приступил к моему обучению.

“Ты немного похож на итальянца”.

“Да уж, за викинга меня никто не примет”.

Радни поднялся. “Именно такое выражение лица - уверенное и немного дерзкое - должно быть у тебя при работе с клиентами”. Он поставил на стол мою пустую чашку, взял меня под руку, и мы отправились в бараки, где содержался молодняк. Пол бараков покрывало множество желтых комочков - крошечных цыплят.

“Как же я вообще смогу ходить здесь?”

“Не бойся - они уступят тебе дорогу”.

Он уже на практике показал мне приемы, о которых рассказывал в своем кабинете, и оставил меня одного, не забыв напомнить о том, что сегодня нужно убрать помещение.

“С этим мне никогда не справиться”, - подумал я и осторожно открыл маленькую деревянную дверь загона. Цыплята устремились назад. Я быстро закрыл дверь загона и проверил, не убежал ли какой-нибудь цыпленок. Потом я осторожно стал пробираться сквозь кучу копошащихся и пищащих желтых комочков. Несколько цыплят даже умудрились взобраться на мои ботинки.

Я до половины вытянул из загона задвижку и загнал цыплят в заднюю половину. Двух совсем маленьких мне загнать не удалось. Я поймал этих цыплят - они были очень теплые на ощупь, их сердечки учащенно бились, - и бережно опустил в общую кучу. Потом я задвинул обратно задвижку и принялся чистить загон. Это была адская работа! Боль в мышцах еще долго давала о себе знать.