Чтение онлайн

Но Милка вдруг встрепенулась.

— Они у меня дождутся! — приглушенно зашипела она. — Вот ветер переменится, тогда мы свой костер зажжем, чтобы дым к ним шел!

Я благодушно пожала плечами, Вика издала удивленное мычание:

— Да ну-у-у их!

— Да-да, — продолжала Милка, не слушая мою подругу. — Сначала они мыльную воду после своей стирки к нам в канаву выливают, потом дымят! Теперь я здесь хозяйка, я им устрою!

Она поднялась и ушла в дом, а я огляделась вокруг.

Рядом со скамейкой стоял вполне солидный, добротный деревянный дом, в отдалении — бревенчатая баня, а еще дальше — хозблок с двумя дверями по бокам и окном в середине. Что там, интересно, хранится? Вот бы незаметно посмотреть — ведь убить можно и лопатой…

Совершенно того не желая, я всё время мысленно сбивалась на убийство. Вика считала, что убить должны Милку, и мы на всякий случай решили не спускать с нее глаз, то есть повсюду сопровождали ее, не особенно маскируясь. Люська с удовольствием присоединилась к нашей компании: Сергея не было, а остальные ее не волновали.

— Что, дачка нравится? — поинтересовалась Люська, заметив, как я оглядываю участок.

— А урожай они собирают? — обратилась к ней Вика. Она тоже поглядывала по сторонам и всё сравнивала со своей дачей.

— Ну что ты, какой урожай! За растениями ухаживать надо, а им это неинтересно. Им интересно друг с другом биться. Сколько себя помню, они всегда воевали, а бабка их подзуживала. Кайф ловила от чужой драки. И как это она умудрилась дачку Милке оставить?! Я-то думала, что Женька с Тамаркой всю свою жизнь ее делить будут.

Ветер разогнал тучи, появилось солнышко, но стало прохладнее.

— Природа тут красивая, это да! — продолжила Люська, зябко поежившись. — И лес, и озеро совсем рядом, в нем летом купаться можно. Ираида Афанасьевна на даче по полгода жила, другие приезжали — кто чаще, кто реже. Милка всегда любила здесь бывать, и меня с собой брала. Пойду я оденусь потеплее, заодно посмотрю, что они там делают.

Как только она поднялась на крыльцо, Милка открыла дверь изнутри, словно специально поджидала. Люська уступила ей дорогу и нырнула внутрь.

Милка направилась к хозблоку, возле которого Сеня с Юрой пилили на козлах сухое дерево. Рядом отдыхал Паша, прислонившись спиной к двери и положив топор на землю.

Мы с Викой медленно побрели туда же.

Из дома выскочила Алина, почти бегом направилась к нам, обежала козлы и остановилась возле Сени.

— Ты чего? — взвилась Милка.

— Про шашлыки узнать, — с жеманной надменностью протянула Алина, гладя Милке под ноги. — И про дрова. Я, например, есть хочу. А ты — нет?

— Шашлыки жарить будет Паша! — отрезала Милка. Помолчав немного, она добавила: — Когда Лёня мясо привезет, тогда и будут шашлыки!

— Что бы вы без моего папы делали?! — риторически воскликнула Алина и улыбнулась Сене. Тот замер, забыв про пилу.

Милка сверкнула глазами, но промолчала.

К забору подъехали «Жигули» облезло-голубого цвета, из них вышел Лёня с двумя огромными сумками, затем выбрались сестра и мать Сени с десятком полиэтиленовых пакетов в руках. Все направились к дому.

— Вот и мясо, — всё тем же жеманно-язвительным тоном заявила Алина. — А где же ваши дрова?

Милка сплюнула на землю, резко повернулась и зашагала к дому. Мы с Викой — за ней. Перед крыльцом она остановилась и обернулась. Мы тоже остановились и несколько секунд разглядывали друг друга: мы Милку, а она — нас. Наконец ей это надоело.

— Что вы за мной ходите? — набросилась она на нас.

— Мы тебя охраняем, — честно ответила я.

— И долго вы собираетесь меня охранять? — она дернула уголком рта и поморщилась.

— Пока не убьют.

— А потом что?

— Потом уже не нужно будет охранять. Тебя ведь похищать не собирались, только убить угрожали!

— Охранять меня не нужно! За мной и так Тамарка с Алинкой по пятам ходят! — резковато заявила Милка, обращаясь к Вике. По ее лицу было видно, что она из последних сил сдерживается, чтобы нам не нагрубить, как это было принято у них в доме, когда дело касалось родственников. — Меня здесь никто не убьет, понятно? Отдыхайте, раз уж приехали. Воздухом дышите.

— Пойдем, — предложила мне Вика. — Пока они тут с шашлыками разберутся, мы погуляем. Обсудим что-нибудь…

Мы уже отошли от калитки метров на десять, когда из дома выскочила Люська и бросилась к нам.

— Вы куда? На станцию?

— К озеру, — объяснила Вика.

— К озеру в другую сторону, — с облегчением вздохнула Люська. — Я уже подумала, что вы домой уезжаете. Милка нервная явилась, словно поругалась с кем-то. Я решила — с вами, вот вы и уезжаете. Тамарка в доме завещание ищет, а Женька ее контролирует. Сенькины родственницы продукты привезли. Будут ужин готовить.

— А Алина? — спросила я.

— Ее Тамарка послала за Милкой следить. А где она?

— Рядом с Сенькой. Куда дальше идти?

— Теперь направо и по кленовой аллее до самого озера.

Мы пошли по аллее, приминая ногами шуршащий, чуть пружинящий коврик из опавших кленовых листьев. Они лежали на земле, словно тени от остроконечных старинных замков.

— Вот и озеро, — восхищенно воскликнула Вика. — Юль, смотри, какая красота!

Я подняла глаза. И правда, впереди, среди поседевшей травы и чахлых, низкорослых кустиков блестело что-то сине-голубое, то ли небо, то ли море.

— Здесь у берега на дне песок, в воду входят отсюда, — рассказывала Люська. — А с того края болото. Видишь безголовые березки? Они сухие, одни стволы остались. Летом там гнездятся чайки, а в болоте клюква растет — красные капельки на тонкой ниточке. Ее осенью собирают, я как-то пыталась: ползаешь по мокрым кочкам, а она так и норовит в воде утопиться! Одно расстройство!

— Тут глубоко? — скромно поинтересовалась Вика. Ее глаза блеснули — наверное, она подумала, что Милку могут утопить.

— Не очень, — ответила Люська. — Идем обратно, здесь дует.

«Что я тут делаю, — подумала я, — в этом чужом доме, как в чужом мире? И зачем мы сюда приехали?! Соблазнились загадкой, выдумали версии на пустом месте… А теперь и отступать неловко. Не было, что ли, у нас других игр?..»

Я натянула на уши капюшон, засунула руки в карманы и брела не спеша, прицельно наступая на разноцветные кленовые листочки, иногда цепляла их носком ботинка и подкидывала вверх. Листья с нежным шелестом опускались обратно, на дорожку…