Не жалея ни о чем
Шрифт:
Я улыбаюсь.
— Только не называй его Артуром-младшим. — Наш отец не заслуживает той чести, которую оказали нашей маме.
Крю удивленно поднимает брови.
— Я бы не стал, Оливер.
Меня удивляет уверенность в его тоне.
Я знаю, что он ненавидит то, что ухудшение моих отношений с нашим отцом пошло на пользу его собственным. Раньше наш отец колебался между фаворитом, постоянно заставляя нас бороться за его благосклонность, но сейчас Крю прочно закрепился на позиции номер один.
Но это моя собственная гребаная вина. Из-за одного момента, когда я сказал «да», просто потому, что знал, что любой, кого я когда-либо встречал, поспорил бы, что я скажу «нет». Сочувствие Крю — его солидарность — не кажется мне заслуженными.
Я иду к своему багажу. Теперь я ещё больше опаздываю.
— Мне нужно идти.
— Да, конечно. Хорошего полёта.
— Спасибо.
— И постарайся хоть немного повеселиться.
Я заставляю себя улыбнуться в ответ. Помимо встречи с Гарреттом, я уже боюсь всего, что связано с этой поездкой.
— Я постараюсь.
Алисия сидит за своим столом, когда я выхожу из своего кабинета. Ее седеющие волосы собраны в аккуратный пучок, но она все равно приглаживает пряди, когда я подхожу.
— Счастливого пути, мистер Кенсингтон, — говорит она мне. — Я уже зарегистрировала вас на рейс, и билет у вас на электронной почте. Патрик ждет внизу, и в аэропорту Лас-Вегаса для вас также приготовлена машина. Она доставит вас прямо в ваш отель.
— Спасибо, Алисия. Не засиживайся, хорошо?
— Конечно.
Мы обмениваемся удивленными взглядами. Она вероятно покинет офис в то же время, что и я обычно.
— Я серьезно, — говорю я, постукивая костяшками пальцев по деревянному выступу ее стола. — Или я тебя уволю.
— Да, мистер Кенсингтон.
Я направляюсь по коридору, таща за собой свой багаж. Мне следовало оставить его в машине этим утром, как предложил Патрик, но я подумал, что мне нужно будет уложить рабочие документы в чемодан после того, как я наполню свой портфель. И я был прав.
Как назло, мой отец выходит из своего кабинета как раз в тот момент, когда я прохожу мимо него.
— Оливер.
Это игра на публику, поэтому я вынужден ответить.
— Папа.
— Ты уходишь? — Он смотрит на часы, как бы подчеркивая время.
Мои коренные зубы скрипят. Большую часть времени я последним ухожу из офиса. Намного позже его, когда он идет развлекаться с женщинами вдвое моложе.
Он не любил Кэндис. Чернила на их документах о разводе еще не высохли, когда он начал присматривать девушек на разных мероприятих. Вместо того чтобы выводить меня из себя, он должен был благодарить меня за то, что я разрушил их несчастливый брак.
— Да. — Мой ответ краток. Если он хочет знать, куда я иду и зачем, он мог бы спросить.
Он, конечно, этого не делает, а просто продолжает идти. Все это время выражение моего лица остается пустым, прежде чем я продолжаю идти по коридору к лифту. Я нажимаю кнопку парковки.
Когда двери открываются, мой водитель Патрик уже ждет. Он загружает чемодан в багажник, пока я устраиваюсь на заднем сиденье, вытаскиваю телефон и вздыхаю от количества электронных писем, которые уже накопились.
Вместо того чтобы читать какое-либо из них, я бросаю телефон на кожаное сиденье, предпочитая смотреть в окно, пока Патрик едет через город в аэропорт.
Серый, унылый день. Струйки дождя стекают по тонированному стеклу снаружи, размывая достопримечательности и здания, мимо которых мы проезжаем.
Как только Патрик высаживает меня у терминала, я направляюсь в службу безопасности. Алисия занималась всей логистикой регистрации. Она также установила допуск перед проверкой. Мне требуется целых десять минут, чтобы пройти через металлоискатель, прежде чем я направляюсь к выходу. Повсюду суматоха. Кричащие дети, мечущиеся стюардессы, растерянные пассажиры, слоняющиеся без дела.
Я подхожу к своему выходу как раз в тот момент, когда начинается посадка в первой зоне. Поскольку я лечу первым классом, я присоединяюсь к очереди и через несколько минут оказываюсь в самолете. Я кладу свой чемодан в верхний отсек, а затем сажусь в третьем ряду, смиряясь с долгим ожиданием, пока другие пассажиры один за другим заходят в самолет.
Я занят тем, что просматриваю электронное письмо, отправленное Чейзом несколько недель назад с подробным описанием маршрута на выходные. Если мой рейс не опоздает — в чем я не уверен, учитывая скорость посадки пассажиров, — я прибуду в отель около шести. Согласно электронному письму, ужин в шесть тридцать в ресторане прямо по улице от отеля. У меня должно быть достаточно времени, чтобы зарегистрироваться, а затем успеть к ужину.
— Ну приехали.
Я отрываю взгляд от телефона и наблюдаю, как женщина с буйной копной каштановых кудрей садится рядом со мной. На ней пальто верблюжьего цвета и ярко-розовый пояс с надписью «Подружка невесты».
— Привет, — отвечаю я вежливо, но не слишком дружелюбно.
— Я Мари.
— Приятно познакомиться с тобой, Мари.
— А как тебя зовут?
— Оливер.
— Так приятно познакомиться с тобой, Оливер. — Мари лучезарно улыбается мне, не утруждая себя ни малейшей скрытностью в своём оценивании, пока ее глаза скользят вверх и вниз по костюму, который на мне надет.
Я бросаю взгляд в переднюю часть самолета. Он по-прежнему почти пуст, на борт больше не поднимаются пассажиры. Через проход теперь сидят еще две женщины с розовыми поясами.
— Ты летишь в Вегас по делам или развлечься? — Мари спрашивает меня.
У меня начинает складываться ощущение, что независимо от того, насколько короткими будут мои ответы, между нами состоится разговор. Если я не хочу быть полным мудаком, я застрял, разговаривая с ней.
— Э-э, развлечься, я полагаю.
Ее сияющее выражение лица говорит о том, что это именно тот ответ, на который она надеялась.
— О Боже! Я тоже! Моя лучшая подруга выходит замуж в следующем месяце. В эти выходные мы устраиваем ее девичник.
— Это объясняет пояс.
Мари опускает взгляд.
— О! Я совсем забыла, что надела его.
Я не знаю, как это возможно. Он неоновый. Его легче заметить, чем светоотражающие жилеты, в которых щеголяют рабочие на асфальте.
Она наклоняется ближе ко мне, и я понял, почему она забыла о поясе. Мари пахнет вином. Сладкий фруктовый аромат окружает меня, насыщая застоявшийся воздух. Она пьяна, и я вынужден сидеть рядом с ней следующие пять с половиной часов.