Чтение онлайн

В итоге я надеваю единственное платье, которое привезла с собой, — темно-синее, облегающее мои изгибы, но в нем не невозможно дышать. Дополнив наряд туфлями на каблуках и слегка подкрасив губы губной помадой, я беру свой телефон и ключ от номера, затем спускаюсь на лифте вниз.

Мои каблуки стучат по мраморному полу вестибюля, когда я иду к бару. Он расположен в передней части отеля, откуда открывается вид на фонтаны, льющиеся на тротуар.

Я сажусь на один из множества пустых стульев, кладу клатч на мраморную стойку. Водопад зажат между двумя стеклянными панелями позади спиртных напитков, которые выстроились аккуратными рядами, постоянный поток отбрасывает меняющиеся тени на бутылки.

Я заказываю у бармена джин-мартини. Она красивая брюнетка, наверное, примерно моего возраста. Может быть, на несколько лет моложе. Ее подводка для глаз приподнимается в уголках в стиле, который мне никогда не удавался, и я испытываю искушение попросить у нее советы по макияжу, когда она подаёт мой напиток.

Мой телефон начинает звонить прежде, чем я успеваю сказать что-либо, кроме Спасибо.

Я отвечаю на звонок, размешивая свой напиток оливкой.

— Привет, пап.

— Привет, милая. Я просто хочу спросить, как дела. Все ли прошло нормально с Робертом Деймоном?

Я подавляю вздох, который хочет вырваться.

— Все прошло хорошо. Он был очень приветлив.

Мой отец посмеивается.

— Я так и думал. Еще раз спасибо, что изменила свои планы, милая.

Я выдыхаю, мое раздражение отступает.

— Всегда пожалуйста.

Вот почему я все еще работаю в спортивном агентстве, несмотря на мое двойственное отношение к этой работе.

Мне нравится слышать гордость в голосе моего отца. Его одобрение — вот почему я каждый вечер после ужина отрабатывала пенальти в ворота, которые он сам сделал. Мне двадцать семь. Я уже не семнадцатилетняя девочка, которая гоняется за титулом чемпиона штата. Но принцип гордости остается тем же. Хуже всего то, что я знаю, что мой отец посоветовал бы мне заняться другим делом, если бы он имел хоть малейшее представление о том, что я этого хочу. Точно так же, как он говорил мне бросить футбол всякий раз, когда я перестала получать от него удовольствие.

— Я заехал к тебе домой сегодня по дороге с работы. Двор перед домом выглядит неплохо.

— Да, я наняла новую компанию. Во вторник они мульчировали 6 все цветочные клумбы.

— На этой неделе ожидается много дождей. Убедись, что они планируют косить в ближайшее время.

Я провожу пальцем по краю рифленого бокала.

— Хорошо, я скажу им об этом.

— У тебя была посылка снаружи. Я отнес ее на кухню.

— Спасибо, папа. — Я делаю глоток мартини, морщась, когда неразбавленный алкоголь обжигает мое горло.

— Ты приедешь завтра, верно? На праздновании дня рождения Эйприл? Мама сказала тебе?

Я допиваю остатки своего напитка и жестом прошу у бармена еще.

— Она не только сказала мне, она напомнила мне раз двадцать. Мой рейс вылетает завтра утром. Я буду там.

Он усмехается.

— Ладно, хорошо. Тогда увидимся. Я люблю тебя, Ханна.

Передо мной ставят свежий напиток. Я беззвучно благодарю бармена.

— Я тоже тебя люблю, папа. Спокойной ночи.

Я вешаю трубку, бросаю телефон на стойку бара и массирую левый висок. Я перекатываю ножку бокала между пальцами и смотрю на прозрачную жидкость, смешанную с мутноватым оливковым соком, а веселый голос моего отца эхом отдается в моей голове.

Даже если я поступлю на программу, на которую подала заявку, я понятия не имею, как я скажу ему.

Мой отец продолжает поручать мне все более важных клиентов и все большую ответственность — как эта поездка, — и я знаю, что это всего лишь вопрос времени, когда он прямо признается, что хочет, чтобы я возглавила компанию, когда моя мама наконец уговорит его уйти на пенсию.

Второй мартини опрокидывается так же легко, как и первый. Он оставляет приятный теплый след, который оседает у меня в животе и разливается по венам.

— Виски. Чистый.

Властные, глубокие голоса распространены в спортивной индустрии. Самоуверенные спортсмены. Уверенные тренеры. Некоторые дикторы.

По моему опыту, они всегда связаны с мужчинами, которые думают, что им есть что сказать. Придают своему голосу напускную важность, которой никогда не заслуживают.

Но ни один из этих голосов никогда не вызывал у меня никакого интереса. Они никогда не заставляли меня поверить, что им действительно есть что сказать.

До этого случая.

Все, что он сделал, это заказал выпивку, и все мои чувства находятся в состоянии повышенной готовности, ожидая услышать, что еще он может сказать.

Когда не остается ничего, кроме тишины, я отвожу взгляд от своего пустого стакана и смотрю влево от себя, любопытствуя, принадлежит ли соблазнительный баритон столь же привлекательному мужчине.

Я не разочарована.

Ранее пустой стул через один от моего теперь занят мужчиной, наблюдающим, как бармен спешит налить ему напиток. Его светло-каштановые волосы взъерошены, как будто он недавно провел по ним рукой. Даже сидя, я могу сказать, что он высокий и мускулистый, одетый в костюм, который сидит на нем слишком идеально, чтобы не быть сшитым на заказ.

Он достает телефон из кармана и смотрит на экран.

Весь его профиль напрягается, когда он хмурится, затем он убирает телефон, когда бармен ставит перед ним стакан со светло-коричневой жидкостью секундой позже.

Он благодарит ее.

Это маленькая деталь. Обычная вежливость, которая на самом деле встречается редко.

Именно так узнаешь о ком-то больше всего — за те доли секунды, когда он не притворяется.

Бармен замирает на несколько секунд, словно надеясь, что он скажет что-то еще. Все, что он делает, это делает глоток и смотрит на водопад. В конце концов, она отступает, чтобы помочь другому клиенту.

— Немного рановато пить по стандартам Вегаса, тебе не кажется? — Я просто достаточно взвинчена, чтобы озвучить этот вопрос, и это кажется разумной мыслью.

В трезвом состоянии я не застенчива, но расчётлива. Я сразу чувствую человека, решаю сблизиться к нему, зная, как он отреагируют. С этим незнакомцем я жду его реакции.

Когда я оглядываюсь, он все еще смотрит вперед, игнорируя меня.

Я изучаю его идеальный профиль. Каждая его деталь пропорциональна, все углы и выступы безупречны. Щетина на его подбородке — это просто пыль, линия скул полностью видна. Она подходит к его прямому носу и квадратным плечам. Все в его внешности и позе кажется намеренным, как будто он проецирует определенный образ, у мира нет выбора, кроме как принять его.

Я уже отказываюсь от ответа к тому времени, как его голова поворачивается в мою сторону.

Движение намеренно медленные, как будто у него бесконечный запас времени, чтобы посмотреть. Зеленые глаза встречаются с моими за секунду до того, как он проводит большим пальцем по нижней губе, стирая каплю виски.

Огонь кипит внизу моего живота. Его лицо привлекательно, не только профиль. И вся сила его внимания обрушивается на меня, как разбивающаяся волна, ошеломляющая, волнующая и немного пугающая.