Чтение онлайн

Так обстоят дела за рубежом. Для них — уже прошлое. Мы говорим о БУДУЩЕМ нашей страны... Будет ли так у нас?

До каких же пор мы будем прикрываться данными, взя­тыми из иностранных источников, ссылаясь на профессоров США, Англии, других стран? Когда же будут обнародованы данные по нашей стране? Я просмотрел много популярных книжек о вреде курения, где все дружно ссылаются на дан­ные иностранных авторов. Лично меня волнуют наши де­ти, которым мы с вами оставляем в наследство целое госу­дарство. От кого же зависит, чтобы кампания против куре­ния коснулась каждого?

Например, кто из наших директоров совместно с бух­галтером и главным экономистом (по странному совпаде­нию все трое могут оказаться некурящими) подсчитал возможные убытки от курения в государственных деньгах!

Во Владивостоке в одном из учреждений ввели 5-про- центную надбавку к тринадцатой зарплате, предварительно проанализировав работоспособность курящих и некуря­щих. Прекрасная идея) Вы слышали, чтобы в каком-то вузе ректор своим приказом объявил: в группе, где нет курильщиков, повышен стипендиальный фонд? На каком предприятии можно прочитать приказ директора о том, что в цехе, где нет курильщиков, все получают допол­нительно пять дней отпуска? А вот правление колхоза «Рассвет» Могилевской области приняло решение доплачи­вать всем бросившим курить по 100 рублей ежегодно.

Надбавка 100 рублей (по согласованию с руководителя­ми и советами трудовых коллективов низовых подразделе­ний) выплачивается всем некурящим Львовского объеди­нения «Конвейер». Тем, кто не курит шесть месяцев, к зарплате добавляется 50 рублей.

Итак, в борьбе с курением наметилось два направления: запрет и поощрение. Какой предпочтительнее? Никому не запрещено ставить этот вопрос на повестку дня в своем трудовом коллективе и принимать решение.

Как бросить курить? Предложений много. И у нас предлагалось выпустить майки с надписью на нескольких языках «Мы — поколение некурящих!». Предлагается про­водить «День без курения» (в этот день нигде не прода­ются сигареты). Предлагается штрафовать — как за анти­общественное поведение.

Борьба с курением не столько дело одной личности, которую мы неустанно агитируем (и, скажем честно, пока безуспешно!), сколько забота общества. Только вопрос — с кем бороться? С теми, кто вот-вот станет инвалидом? С теми, кто только начал курить? Или с теми, у кого на гу­бах молоко не обсохло, но вот-вот сменят соску на сига­рету?

Так сколько же их — курящих и нас — некурящих? Жаль, что Госкомстат СССР, проводя в 1989 году Все­союзную перепись населения, не включил в анкету со­ответствующий пункт.

Медицинская статистика, проводя грань между Жизнью и Смертью, должна учитывать не только количество нетру­доспособных дней, стоимость занятых больничных коек, но и количество безвременных смертей по причине куре­ния.

А пока министр здравоохранения Е. И. Чазов заявляет со страниц газеты «Правда» (1987 г., 13 мая): «Еще до конца пятилетки в нашей стране свыше 1000000 умрет от рака легких, это означает — от курения».

Прежде чем закурить, подумайте — не окажетесь ли вы в следующем миллионе?..

«У ВАС В СТРАНЕ НЕТ ЭТИХ ПРОБЛЕМ». В од­ном из интервью, опубликованном в 1987 году, директор научно-исследовательского института психиатрии, главный детский психиатр Министерства здравоохранения СССР профессор В. Ковалев вспоминал, как двадцать лет назад на международной конференции один шведский профессор сказал: «Вам нечем с нами поделиться, поскольку у вас в стране нет этих проблем. Но, думаю, кое-что из нашего печального опыта пригодится и вам». Ковалев поясняет: речь шла о наркомании и токсикомании...

Действительно, многие из нас о том не подозревали, хотя 20 лет назад журнал «Здоровье» опубликовал статью «Страшнее страшного». Московский уголовный розыск до 1969 года этой проблемой не занимался...

Действительно, мы читали о зарубежных наркоманах, узнавали подробности, иногда такие, что они служили рекламой. Но раньше, чем мы увидели наркоманку в теле­сериале «Спрут», своих, отечественных наркоманов все- таки увидели органы охраны внутреннего порядка. И врачи.

По мнению профессора М. Гулямова, в лексиконе врачей-наркологов есть два термина: «наркоман» и «потреби­тель». Первый означает окончательный диагноз тяжелого заболевания, второй — начальный этап тяжелого недуга. Не углубляясь в медицину, будем употреблять слово «нар­коман».

На пустом месте ничего не возникает. Во-первых, в те­чение многих лет именно алкоголь расчищал дорогу и го­товил почву для наркомании. Во-вторых, без особых сом­нений врачи-наркологи утверждают: наркомания часто на­чинается с курения в детском возрасте; курение у детей — всегда тайна, скрываемая от взрослых. Сначала обыкно­венные сигареты, после — сигареты с дурманящей на­чинкой.

Сначала прошли слухи о детях, коллективно вдыха­ющих пары бензина. Первая реакция: что за вздор? Сума­сшедшие? Детские шалости? Нет, это разновидность нар­комании: токсикомания. И то, и другое понятия для нас далекие: да, что-то слышали, да, кто-то говорил... Вопро­сов оказалось много, некоторые остались без ответов. Ти­пично ли это явление для нашей страны? Чем это вы­звано? Является ли наркомания социальным пороком? Или это результат морально-нравственных упущений в воспитании? Или это слепое неведение об ужасных по­следствиях? Или нежелание ведать о том, но стремление жить в постоянном удовольствии?

Кто такой наркоман? Сколько их? Почему они созна­тельно отравляют себя? В разъяснении этих понятий воз­можна и ненависть к преступнику, и сострадание к боль­ному.

Усилиями средств массовой информации наркоманам Давно отведено место среди отбросов общества, и вряд ли что-то можно изменить, взывая к состраданию. Сострада­ние — удел медицины, положено врачевать больного, ко кроме болезни спутниками наркомании слишком часто являются правонарушения и преступления... И люди, обес­печивающие охрану порядка, не имеют права сострадать наркоману, видя в нем не столько больного, сколько лич­ность, социально опасную для общества. Где же найти «золотую середину», необходимую для прояснения истины? Какие нужно представить факты и доказательства, чтобы вызвать у несведущего читателя нужные ассоциации? Как нарисовать портрет человека в состоянии наркотического опьянения? Но стоит напрячь память, и перед глазами встают картины подобий человеческого существа. Они зафиксированы в документальных съемках кинофильма «Мертвый сезон». Помните газ «Эйр Эйдж», воздействую­щий на психику и лишающий человека возможности мыс­лить? Для врачей-наркологов, видевших те документальные кадры, сомнений нет: применение наркотиков в течение года-двух оказывает приблизительно такой же эффект.

ЖЕЛАЮ БЫТЬ ДУРАЧКОМ! Токсикоманы — это люди, нюхающие высокотоксичные вещества или употреб­ляющие лекарства, изменяющие психическое состояние (снотворные, возбуждающие, успокаивающие)... Токсико­мания — более низкая, но не менее опасная степень нар­комании, поскольку многие сначала нюхают, а потом ко­лются. На этот счет есть определенное мнение: неважно, что пьет человек, если он алкоголик. Также и наркоман. Какая разница: нюхает он химические препараты или де­лает инъекции? Результат-то одинаков — потеря для об­щества!

«Нюхальщик»! Итак, некоторые из наших молодых лю­дей, имеющие все необходимое для гармоничного разви­тия, сочли, что этого недостаточно. К стыду нашему, от­нюдь не малочисленная категория молодежи, желающей испытать токсическое вещество, возникла неожиданно и, как поветрие, распространилась весьма быстро. Сначала «балдели» от доступности препаратов, а потом, когда мозги, не предназначенные для восприятия химической жидкости, пропитывались отравляющими средствами, — тупели; не­которые — на время «балдения», а более любопыт­ные — навсегда. Не исключено, что некоторые из «нюхаль­щиков» вырастут и останутся неполноценными людьми, деградированными личностями.