Чтение онлайн

Любопытство в молодом возрасте — благое дело! Одни, любопытствуя, увлекаются бальными танцами, другие со­здают цветомузыкальную установку, третьи идут в поход, четвертые занимаются спортом, а пятые... накрываются с головой и вдыхают отравляющие пары... Тоже вроде бы любопытствуют, как будто не зная, что людям, имеющим доступ к токсическим веществам на производстве, сокра­щают рабочий день, выдают молоко — «за вредность».

Кто же они, добровольно обрекающие себя на беду? Самый неблагополучный возраст от 15 до 25 лет. Легко сказать: это молодые люди, которым после работы делать нечего, — и тогда все встанет на свои места. Но ведь нюхают и те, для которых это престижно, нюхают из любопытства, из подражания... Возможно, не все они зна­ют, во что это выльется? За один сеанс нюхания сильных веществ (не говоря о месячном и годовом) отравляющие вещества могут настолько поразить нервные клетки, что человек становится слабоумным. На языке медицины это называется «олигофрен». Хотите пример? Пожалуйста.

В наркологическую больницу поступил больной П. С. 20 лет. Интеллигентный, воспитанный, приятный в обще­нии, его любили и больные и персонал. Через два месяца после выписки он повздорил с девушкой, нашел бутылку растворителя и вынюхал, сколько душа желала. Вторично в больницу он поступил уже слабоумным. Даже медперсо­нал, где люди терпеливые до удивления (профессия обя­зывает сострадательно относиться к больным), иначе как «Сережа-дурачок» к нему не обращался. А он уже и не реагировал на эти слова. Или такой случай: восемь под­ростков нашли веселящий газ, обладающий наркотическим действием, накрылись платком, надышались — и погибли!

Да, есть в нашей жизни трагедии, когда ребенок, зача­тый алкоголиками, является на свет слабоумным и всю жизнь несет крест расплаты за вину родителей. Но траге­дия и в том, когда молодые, полные сил и энергии, здоро­вые от рождения, лишают себя разума. Во имя чего?

КОММЕНТАРИЙ СПЕЦИАЛИСТА.

Владимир Владимирович Назаров — заведующий отде­лением 17-й московской наркологической больницы: «Применение токсических веществ (прежде всего это пят­новыводители, применяемые для выведения жировых пя­тен) приводит к тому, что от паров летучих растворителей происходит помрачение сознания. Легкие — огромное поле для всасывания паров, — минуя кровяное русло, молние­носно насыщаются наркотическим веществом. Мозг и серд­це — жизненно важные органы — имеют обширную сеть кровоснабжения. Пары попадают в мозг, и развивается необычное состояние. Нервные клетки мозга содержат до трети жироподобных веществ. Кровь, насыщенная раство­рителем, вымывает жироподобные вещества из нервной ткани. Клетки начинают истощаться, усыхают и гибнут. Результат — атрофия коры головного мозга и формирова­ние органических изменений, похожих на рассеянный склероз, — тяжелейшее последствие черепно-мозговых травм (типа контузии) с потерей сознания».

ВСЕ НЕ ТАК ПРОСТО. Одни глотают таблетки. Дру­гие собирают коноплю и опийный мак. Третьи, не имея доступ к этому, готовят самодельные наркотики. Кто зако­нодатель моды среди нюхальщиков и наркоманов? Кто предлагает? Кто настаивает? Кто подначивает? Означа­ют ли эти вопросы создание «фискальной» системы? Ни в коем случае! Это дело самих ребят, и они должны уяс­нить главное правило в борьбе с наркотиками: не начи­нать! Ведь никто не прыгает под машину ради острых ощущений! Для того чтобы наложить запрет, не надо на­ушничать — надо сказать лучшему товарищу, предложив­шему испробовать наркотик: «Остановись! Иначе — беда!»

Пишу «лучшему товарищу», поскольку от нескольких наркоманов слышал одно и то же: «Научил лучший това­рищ», «Предложила уколоться лучшая подруга». И это — правда! Наркотик — не просто тайна, это тайна, уголовно наказуемая. Просто так, первому встречному, ее не дове­ришь. Не потому ли все наркоманы объединены своей тайной и свои ощущения доверяют другу. Им кажется, что от них струится волна «добра». «Хочешь «ширнуться?» «Я помогу тебе заловить приход...» «Попробуй — в раю побываешь...» «Я хочу разделить с тобой кайф»...»

Так ли доброжелательны эти «невинные» предложения? Конечно, нет.

Это — подсознательное желание иметь сообщника, ко­торого можно использовать для добывания сырья.

Это — общечеловеческое свойство быть в группе (иду­щий в ад ищет попутчиков).

Это — страх: наркоман начинает ощущать его очень скоро, оказавшись в тяжелом состоянии.

Наркоман, предлагающий приобщиться к его тайне, опасен вдвойне! Втройне! Очень опасен! И о том надо знать всем, кто получает предложение «разделить наркоти­ческое добро», особенно если его первый раз дают бесп­латно! Зачем? И снова возникают общие для всех мотивы: желание испытать, желание подражать, в случае жизнен­ных неприятностей — желание забыться.

Есть много взглядов на наркотики: и стимулятор, и до­пинг, и источник отчаянного путешествия, раскрывающего новые горизонты... Похваляясь перед другими, наркоман утверждает свою истину: «Я прожил короткую жизнь. Да, я выжат как лимон. Да, сейчас я труп. Но зато я постиг гораздо больше».

Где? Когда? В заплеванном подъезде? На грязном чердаке? Снимая с себя последние вещи, чтобы купить до­зу? Или хуже того — украв, чтобы купить, потому что невмоготу? Любому человеку понятно: опыт, получен­ный в результате химизации животного организма, поро­чен в сути своей. Основы общечеловеческого бытия гласят: не бери больше того, чем отпущено тебе природой.

Наркомания как болезнь развивается, если после пер­вой инъекции ощущения приятны. Если же у человека срабатывает защитная реакция (зуд, рвота, ощущение раз­битости), удивляться нечего: ведь наркотик — токсическое вещество, защитные механизмы сильны, и организм сам его отторгает. У таких людей наркомания возникает через силу, но они преодолевают собственное Я, которое бунту­ет, и удовлетворяют второе Я, жаждущее наслаждений.

Один из руководителей группы, где занимались йогой, уже осужденный за дела, с йогой не связанные, ввел в практику занятий употребление наркотиков: для замедле­ния реакции, с одной стороны, и обострения чувств — с другой. По его мнению, это как бы поднимало смертель­ную привычку на ступень научного эксперимента.

Обсуждался вопрос и о том, что рок-музыка способ­ствует распространению наркомании... Основания к тому были: только в период с 1969 по 1982 год от наркотиков умерли шесть звезд рока во главе с легендарным Элви­сом Пресли. Есть ли какая-то взаимосвязь между музыкой и наркотиками? Да или нет — сказать трудно. Но некото­рые сегодняшние рок-звезды, оказавшись на грани жизни и смерти, начали лечиться и даже отдают средства на со­держание и строительство клиник. В Венгрии состоялся рок-концерт, проходивший под лозунгом: «Брось наркоти­ки, не уходи — останься с нами!» Сбор от концерта пере­числен в фонд по борьбе с наркоманией.

Да, молодому человеку свойственно стремление все испробовать, все испытать. Но помимо сознательного пот­ребления наркотиков надо думать и о психических анома­лия Я личности. Наркоманами не становятся люди физи­чески крепкие, хорошо адаптированные к окружающей среде, занимающие определенное положение в обществе. Наркоманы чаще всего люди физически незрелые, инфан­тильные, сохраняющие «детскость» мышления. Есть такое понятие «гедонизм» — желание получать удовольствие и только! Наркоманы не задумываются о будущем и не желают его предвидеть. Для них наркотики — форма развлечения. Далее — физическая и психическая зависи­мость, а позже — преступная необходимость. Скачала воз­никает психическое влечение, затем физическая боль и поиск избавления. Алкоголиками становятся постепенно. Наркоманом можно стать очень быстро. Все может слу­читься сразу. Зависимость развивается стремительно! Укол, другой, третий... И уже никто не помнит, что нар­котик был необходим для «комфортности отношений», теперь это необходимо по внутреннему убеждению — без этого нельзя жить!

Что же происходит с наркоманом в биологическом плане? После введения наркотика испытывается так назы­ваемый приход — теплая волна приятных ощущений. Воз­никает эйфория, чувство легкости и полета. Кому не хо­чется побывать «в раю»!.. Уточняю: в «химическом раю». Природа ничего не прощает. И после наркоман не в сос­тоянии пережить «ломку», когда его организм разрывает боль. Это он сам, в здравом уме, сознательно поселил боль в свой организм. Это болезненное состояние в случае от­сутствия наркотиков (абстиненция) длится долго. Нарко­тик настолько вмешивается во все обменные процессы ор­ганизма, что нет органа, где бы он не произвел разруше­ния. Дикие мышечные и суставные боли — кажется, что мышцы отрываются от костей. Наркоманы по нескольку суток не могут принимать пищу, их мучают рвота и понос. Нервные клетки кричат о помощи. Кажется, сама природа метит за свое поруганное достоинство.