Чтение онлайн

Усилия порвали её дыхание на судорожные вдохи, к которым примешивались тихие стоны. Дыхание Рокэ тоже участилось, широкая грудь тяжело, будто через силу, вздымалась и снова опускалась. Его руки, лежащие на бёдрах девушки, напряглись, пальцы до боли впились в кожу, подталкивая её вверх, помогая не сбиться с ритма. Риченда потерялась в ощущениях, без оглядки отдаваясь во власть страсти и чего-то ещё почти первобытного, что искало выход и рвалось наружу.

Жар между ног перетекал в тело всё более растущим напряжением, по бёдрам побежала мелкая, не унимаемая дрожь. Риченда распахнула глаза, увидела, как Рокэ судорожно схватил ртом воздух.

Оттолкнувшись от постели, он рывком сел, подхватывая бёдра девушки. Риченда обвила руками его шею, прижимаясь щекой к разгоряченной, повлажневшей коже, прочертила губами дорожку от места, где ощутимо бился пульс, вверх к мочке уха. Потом заглянула в лихорадочно блестевшие глаза и сказала то, что так давно хотела:

— Я люблю тебя.

И в тот же момент ощущение предельного переполнения накрыло её с головой, сотрясая спазмом, заставляя всхлипнуть и мелко задрожать.

Рокэ что-то невнятно прорычал, пальцы до сладостной боли впились в её бёдра, он приподнял девушку и, последний раз толкнувшись в неё, замер, протяжно застонав сквозь зубы. Риченда почувствовала, как внутри разливается горячая влага, и на длившееся несколько ударов сердца мгновение ей стало так хорошо, что она задержала дыхание и выдохнула, лишь когда по телу покатилось блаженное расслабление.

Удерживая её в кольце своих рук, Рокэ уронил на её вытянутую шею тёплый поцелуй и прошептал:

— Любимая.

Его низкий голос пробрался ей под кожу и будоражащим холодком побежал к затылку и вниз по спине. Риченда подняла голову, заглянула в тонущее в полумраке лицо мужа и едва не потеряла рассудок от одного осознания — он с ней и он её любит!

Это был он — тот, кто стал самым важным человеком в её жизни, кто открыл ей доселе неизведанные чувства. Мужчина, от любви к которому она сгорала, от одного присутствия которого рядом лишалась самообладания и вдали от которого жестоко страдала. Тот, кто был её судьбой, неотъемлемой частью, предназначением.

…Душа постепенно возвращалась в тело, а разум — в голову. Расслабленные и утомлённые, они лежали в постели, тесно прижавшись друг к другу, в одном на двоих облаке из влажного ночного тепла.

Риченда притихла на плече Рокэ, а он, прикрыв глаза, обнимал её одной рукой, нежно и лениво поглаживая по спине.

Риченда неспешно водила кончиками пальцев по его груди, осторожно исследуя крохотный бугорок шрама с правой стороны и слушая размеренный стук сердца любимого. Ей было так хорошо, что не хотелось даже шевелиться, а только лежать, улыбаться и наслаждаться наступившим в её голове долгожданным покоем. Все сомнения, страхи, тревоги наконец исчезли, уступив место всепоглощающему ощущению счастья.

— Хм… — нарушая тишину, многозначительно произнёс Рокэ, и Риченда почувствовала в волосах его дыхание. — Любопытно, всё это результат общения с Марианной?

Риченда так и не научилась понимать, шутит ли он или говорит серьёзно. Она подняла голову и посмотрела на мужа, но глаза Рокэ были прикрыты, и Риченда не могла разгадать их выражение.

— Всё это не достойно герцогини, да? — неуверенно спросила она.

Красивый рот изогнулся усмешкой, Рокэ открыл глаза, в них плясали лукавые искры:

— Я не против, чтобы в моей постели герцогиня становилась куртизанкой.

Риченда вспыхнула и, смеясь, возмутилась:

— Герцог, вы развратник каких мало!

— А вы, герцогиня — маленькая обольстительница, — в тон ей ответил Рокэ и потянулся к её губам...

Единственное, чего Риченда боялась в это утро — проснуться в одиночестве. Но рука, покоящаяся на её талии, развеяла все опасения, и, не открывая глаз, девушка улыбнулась и блаженно расслабилась.

— Если бы каждый мой день начинался с твоей улыбки… — раздался над ухом чуть сиплый ото сна голос, от которого по спине вмиг рассыпался ворох мурашек.

Рокэ пошевелился — его длинные руки обвили и сжали её, теснее прижимая к себе. Риченда почувствовала, как он наклонил к ней голову, зарылся носом в волосы. По коже скользнуло тёплое дыхание, и на обнажённом плече возник лёгкий поцелуй.

Риченда повернулась в сомкнутых вокруг неё руках и посмотрела на мужа. Его лицо было так близко, что всё пространство перед ней, всё поле её зрения занимали его глаза. Они были такими синими, взволнованно распахнутыми и заполненными таким ярким воодушевлением, что Риченда, вдохнув, забыла выдохнуть. Как же она любила его!

Она протянула руки, кончиками пальцев провела по скулам и линии челюсти, ощущая легкое сопротивление едва пробивающейся щетины, обрисовала контур губ и, глядя в его глаза, призналась:

— Знаешь, я раньше не любила синий цвет. Он казался опасным и холодным. А теперь я смотрю в твои глаза — самые синие на свете — и они наполняют меня теплом. Теперь синий — мой любимый цвет. Я люблю носить синее, окружать себя им, потому что он напоминает о тебе.

Его глаза блеснули, высвечивая затаённые чувства и мечтания, кончики губ едва заметно дрогнули. Кто-то другой и не догадался бы, что это была улыбка, но по теплоте, затопившей её сердце, Риченда поняла и это, и всё то, что он хотел сказать.

Не отрывая от неё взгляда, Рокэ лёгкими прикосновениями провёл по линии её бровей, на мгновение прикрыв ладонью её глаза, и Риченда почувствовала едва заметный горько-травяной аромат. Ладонь скользнула к щеке, и, не выдержав, Риченда остановила его руку, пытаясь продлить это прикосновение.

Рокэ наклонился совсем близко к девушке, так, что она ощутила его тёплое дыхание на своих устах, и через мгновение их губы соприкоснулись — нежно, неторопливо, едва касаясь. Кончик языка, как будто вопрошая, скользнул по её губам, и Риченда трепетно откликнулась на призыв.

Рокэ коротко поцеловал её лоб, веки, щёки, Риченда вытянулась, подставляя шею и плечи, сама неспешно гладя руками всё, до чего могла дотянуться — узкие бёдра, широкую спину, крепкие плечи и мышцы, неочевидные, но проступающие ненавязчивым рельефом и содержащие в себе надёжную силу.

Их полусонные ласки были неторопливы и прекрасны. В них нет ни рваной поспешности страсти, ни лихорадочной суеты, зато с избытком томной нежности и такого желанного ощущения слияния не только тел, но и душ. Его руки скользили по её телу, поглаживая, легко сжимая. Он целовал её уверенно, но мягко, язык невесомо ласкал губы и линию зубов, вздрагивая при встрече с её.

Когда горячая ладонь коснулась бедра, Риченда выгнулась навстречу, но не торопила, не требовала большего. Внутри живота вспыхивали знакомые сладкие искры, и она, запрокинув назад голову, зажмурилась, полностью погружаясь в столь приятные во всех отношениях ощущения.

— Дана, — шепчет Рокэ с желанной хрипотцой, и девушка послушно открывает глаза.

Он приподнимается, устраиваясь между её разведённых ног, упирается ладонями в постель, опускается осторожно, понемногу. Не разрывая зрительного контакта, начинает также двигаться — медленно, неторопливо раскачиваясь, заставляя низ живота сжиматься с каждым новым неспешным толчком.