Чтение онлайн

– Ну, он многое рассказывал…

– Почему ты тогда не подготовился летом, если все знал заранее?

Голос у Хоэла был таким искренне удивленным – не подкопаешься. А я едва сдержала ядовитую усмешку. Хорошо подколол!

Но и Хит тоже не был кретином и быстро выкрутился:

– Мэйлир как раз и раскрыл мне секрет: главное – это крепость не тела, а духа. Хотя преподаватели будут убеждать новичков в обратном, грифона можно подчинить одной силой разума.

Он задрал нос и оглядел всех с явным превосходством. Я лишь вздохнула.

Все ясно с этим высокомерным болваном.

– Эйри! – снова повернулся ко мне Хоэл. – А правду говорят, что у тебя уже есть собственный грифон?

– Ну… – я смутилась. Уже так быстро слухи пошли? Ничего себе! – Это не совсем так. Но господин Силвейн считает, что у меня уже начала образовываться связь с грифоненком.

– А ты его подчиняла разумом или физическая сила тоже понадобилась? – выспрашивал парень.

Вот теперь я уже перестала понимать, действительно ли ему интересно или он меня искусно поддевает, так же как Хита. Из-за Хоэла все глаза обратились ко мне, и это немного раздражало. Да, мне бы хотелось оказаться в центре внимания, но не став целью непонятной мне шутки.

– Я его не подчиняла, – поправила я, надеясь, что настырный собеседник после этого отстанет. – Всего лишь о нем заботилась. Похоже, так и возникла наша связь.

– А как ты о нем заботилась? – спросил юноша, о котором я не запомнила ничего, кроме того, что его дядя служил во дворце. – Никого же не пускают на Орлиную Голову. Он сам к тебе оттуда спустился?

– Правда, что молодые грифоны постоянно норовят искалечить своих хозяев? – перебил его сосед.

Я растерянно переводила взгляд с одного на другого. Признаваться, что я прокрадывалась в авиарий к «порченому» грифоненку, от которого все отказались, вдруг показалось стыдным. Рука сама потянулась к кончику косы и начала его нервно теребить.

– Неправда. – Я кашлянула, решив ответить только на самый удобный вопрос. – Они царапаются, но не намеренно, а от непонимания, что творят. Как обычные котята или щенки. И точно так же любят лакомства. А теперь извините меня, пожалуйста, я хочу успеть проведать Заката перед занятиями.

Я успела развернуться, когда в спину прилетело ехидное:

– Лакомства – это пирожки, что ли?

Ну конечно, Хит. Он никак не мог смириться с тем, что кто-то, кроме него, может привлечь всеобщее внимание. Я уже понимала, что грядет очередной подвох, когда с языка сорвалось:

– А ты предпочел бы, чтобы я ими кормила с рук тебя, а не грифоненка?

Хоэл прыснул, Уин и еще пара человек хихикнули. Остальные были более сдержанны: либо делали вид, что увлечены компотом, либо посматривали то на меня, то на Хита. Дескать, чья возьмет?

– Только если руки ты перед этим хорошенько вымоешь, – спокойно согласился Хит. – Лучше ты пирожками отравишь меня, чем молодого грифона. Им нельзя сладкое – от него клюв становится хрупким. А если он разрушается, грифоны не могут есть и погибают. Но откуда об этом знать девушке, которая еще неделю назад работала посудомойкой?

Все вновь уставились на меня, больше уже не пытаясь притворяться незаинтересованными. А мое сердце бухнулось в пятки.

Вот же крысеныш! Выяснил где-то, что я не пристроенная архейская дочка. Впрочем, меня больше всего испугало не это, а его слова о том, что у грифонят от сладкого ломаются клювы.

Мысли панически заметались. Вкусняшки для Заката я всегда протаскивала «контрабандой», даже не задумываясь о том, можно ли их ему. Известно, что грифоны всеядны, пусть и предпочитают мясо. Ну я и баловала его всем подряд. Что, если я уже нанесла непоправимый вред его здоровью?

Злость на Хита разгорелась пламенем до небес. Я бы швырнула в него этим несчастным пирожком, если бы не понимала, что тогда последствия будут непоправимыми. Проклятый аристократишка как будто заранее знал, как меня больнее всего поддеть!

В то же время я осознавала, что ссору стоит поскорее свернуть. И потому, что скандалы в моем положении не нужны, как и предостерегал Силвейн, и потому, что больше всего на свете мне сейчас хотелось помчаться к Закату и проверить его клюв.

Так что разговор я оборвала пусть некрасивым, зато быстрым способом.

– Не посудомойкой, а помощницей повара, – поправила я. – Хотя откуда тебе об этом знать? Ты и швабру от метлы не отличишь. И уж извини, но я лучше знаю, что полезно моему грифону, чем человек, который о них слышал только по рассказам брата.

И вышла из столовой.

Что творится в зале после моего ухода, представлять было страшно. Я быстро шагала прочь, словно это избавило бы меня от пересудов за спиной. Запоздало накатило чувство вины – могла ведь и помягче слова подобрать, а то ведь сама себя выставила хамкой. Ух как Силвейн обрадуется, что его подопечная в первый же день разругалась с сыном виконта…

– Эйри! Подожди, Эйри!

Я остановилась не сразу. Уин нагнал меня уже возле внутренних ворот и склонился, уперев ладони в колени. Позавтракал он по-мужски плотно, и теперь бежать за мной ему было тяжело.

– Почему ушла? – спросил парень, отдышавшись.

– Там же одни аристократы. Я себя не в своей миске чувствовала, – уклончиво ответила я.

– Тарелке, – поправил он. – Правильно: не в своей тарелке.

– Ну вот. Я же говорю, мне там не место.

– Да ты больше на аристократку похожа, чем я!

И он в подтверждение протянул ко мне широкие, как лопаты, ладони и пожал квадратными плечами. Да, грации Мэйлира или Хоэла ему недоставало, но у Уина было достаточно и собственного простого обаяния.

– Ты же понимаешь, что я не про внешность, – поморщилась я.

– Про Хита? Да зачем ты его вообще слушаешь! – с досадой бросил парень. – Он намеренно тебя задевает. Как ты думаешь, кто экзамены хуже всех сдал? А взяли его, потому что старший брат блистает в академии и потому что денег у их отца – с Облачные вершины. Хит это понимает, вот и ищет, кого бы ниже себя опустить.

– Уин. Я вообще не сдавала экзамены.

Он недоверчиво посмотрел на меня. Затем его лицо прояснилось.

– А, так у тебя же магический дар…

– И дара у меня нет, – перебила я. – По крайней мере, магического. Во мне ни капли волшебства – вот вообще.

Уин сдвинул широкие брови.

– Значит, про тебя и архея Коллара говорят правду? Ты его дочь?

Я вздохнула. Скрывать истинное положение дел не было смысла – рано или поздно все станет явным. Да и Силвейн не советовал так делать.