Чтение онлайн

Неподалёку от морской базы Клиперов деловито строят аэродром. Но когда я иду к нему, караульный прогоняет меня прочь.

В отличие от Порт-оф-Спейн, тут нам разрешают съездить в город, и я меняю немного денег и покупаю скромные подарки, чтобы отвезти их в Россию. Я нахожу американскую зубную пасту и мыло, шёлковые блузки, чулки и несколько серебряных и золотых безделушек. Один торговец предлагает мне прекрасный бразильский алмаз по очень разумной цене, и позже я сожалею, что не взяла его.

Мы совершаем променад взад-вперёд по главной улице, и я приобретаю несколько французских и английских книг в уютной книжной лавке с хорошим ассортиментом. Прежде чем мы уезжаем назад, я на несколько минут захожу в собор на площади рядом с отелем. Тихо играет орган, лампады горят в разноцветных стаканчиках перед святынями, и я на несколько секунд преклоняю колени. Внезапно через открытые двери входит козёл, ковыляя по проходу, и мне жаль, что я не могу остаться и посмотреть, что с ним будет дальше.

23

Взойдя незадолго до заката на борт Клипера, мы держим путь на Рыбацкое озеро в Африке. И всю ночь, пока мы летим над Атлантикой, я не в силах уснуть. Вид в иллюминаторе слишком прекрасен – редкий опыт, который можно получить лишь раз в жизни. Звёзды снова огромны, и впервые я ясно вижу Южный Крест. Нигде ни облачка, ни даже лёгкого тумана, ночь тиха и совершенна, и мне хочется, вытянув руку, действительно, а не образно говоря, "достать до звёзд". Океан внизу слегка фосфоресцирует – огромный, сверкающий, волшебный мир, божественный и нереальный. Всё это похоже на декорации сказки, на прекрасный сон в летнюю ночь, на полёт в рай.

Мой новый друг, лётчик, опять подходит, чтобы составить мне компанию во время этого ночного дежурства, и мы часами напролёт болтаем шёпотом, стараясь не потревожить остальных.

"Осознаёте ли вы, что пересекаете почти 2 000 миль 24 водного пространства безостановочно с одного континента на другой, – спрашивает он, – да к тому же всего за несколько часов? Только подумайте обо всём, что сделало это возможным: создании самолётов, науке, изобретениях, тщательных испытаниях, мастерстве пилотов, которые должны знать своё дело, и наконец, что не менее важно, пилотировании по приборам.

Мне кажется, что пассажиры всегда принимают всё как должное, даже не задумываясь о великих достижениях, что сделали реальным быстрое перемещение их, спящих, из Южной Америки в Африку, как если бы они просто ехали поездом из Нью-Йорка в Бостон. Представьте себе необходимые приготовления перед каждым рейсом, когда приходится проверять очень много вещей; и я говорю не только о Клиперах, а, конечно же, обо всех самолётах. Во-первых, судно должно быть в идеальном состоянии, а вдобавок есть прогнозы погоды, касающиеся туманов, видимости, скорости ветра и т. д. Обычно мы имеем дело со встречным ветром, но иногда сталкиваемся и с переменным, и с зонами дождей и гроз.

В Натале постоянно работает проблесковый маяк и мощная радиостанция. Мы поддерживаем связь с ней в течение нескольких часов после вылета, пока находимся ближе к южноамериканскому берегу, на тот случай, если придётся вернуться. Зачем возвращаться? Ну, предположим, заглох мотор либо возникли проблемы с топливными баками. Естественно, гораздо безопаснее лететь назад, чем пытаться продолжить путь в Африку. Станция в Натале должна отслеживать наши частоты, пока мы, поймав африканскую, не отключимся. Наши радисты на всём пути поддерживают связь с какой-то из станций на случай чрезвычайной ситуации.

Кроме того, мы должны внимательно высматривать вражеские подводные лодки и корабли, тут же сообщая о них секретным кодом. На острове Фернанду-де-Норонья, примерно в 235 милях 25 к северо-востоку от Наталя, есть полоса для экстренной посадки, которая может пригодиться обычным самолётам. А ещё дальше находится остров Асенсьон – крошечная точка в океане и чертовски трудное место для приземления. Но сегодня всё это нас не касается – мы летим прямиком на Рыбацкое озеро в Либерии. То ещё место, скажу я вам, хотя сейчас это просто рай цивилизации по сравнению с тем, что мы узрели там вначале. Но вы сами поймёте".

"Полагаю, отныне нас могут обстрелять в любой момент?" – с тревогой интересуюсь я. Он смеётся и задорно кивает.

"О, да, но пилоты очень осторожны и не рискуют понапрасну. Скоро мы, по-видимому, уже сможем разглядеть береговую линию Либерии, хотя там частенько бывает пасмурно. К тому же, над африканским побережьем может наблюдаться пыльная дымка, вызванная пассатом харматан, но это в основном в декабре. Обычно тот начинает дуть из области к северо-востоку от озера Чад, двигаясь на юго-запад и затрагивая всю Западную Африку, хотя и в разной степени. Днём он преимущественно горячий и сухой, ночью же прохладный. Дымка иногда распространяется в море на 15 или 20 миль 26 от берега, а бывает, что песчаную пыль уносит высоко вверх, а нижние слои атмосферы остаются совершенно чистыми. А ещё там могут появляться низкие, тяжёлые, кучевые и кучево-дождевые облака. В течение дня они формируются внутри суши, двигаясь затем к побережью. Однако ночью часто рассеиваются и исчезают".

"А как насчёт неистовых тропических ураганов?" – спрашиваю я, взволнованная его лёгким и беспечным описанием всех этих неведомых мне доселе опасностей.

"О, их тут не бывает, но на побережье случаются западноафриканские торнадо, хотя это происходит в основном в октябре и ноябре", – следует успокаивающий ответ. "Впрочем, – добавляет он, – их неправильно называть торнадо, поскольку в них нет вихревого движения. В реальности это тропические грозы, случающиеся в основном при смене сезонов с сухого на влажный. Верхушки туч поднимаются над землёй на более чем 20 000 футов 27 , что уже в зоне обледенения и выше обычной высоты полёта. Поэтому в них начинается кристаллизация льда, запуская затем череду процессов, заканчивающихся дождём. Эти грозы иногда накатывают со скоростью 30 миль в час 28 и их фронт может достигать в ширину сотню миль 29 . Вначале налетает шквал, затем молнии и гром, и наконец ливень, который длится от десяти минут до двух часов. Как правило, бури начинаются ближе к вечеру или рано утром, и перед тем, как им разразиться, воздух становится тяжёлым и совсем неподвижным. Порывы шквального ветра часто бывают столь сильными, что представляют опасность для любого самолёта. Лучший способ избежать бури – это улететь в море, но если судно уже попало в неё и поздно вылетать назад, то его нужно вести как можно ближе к земле, практически над верхушками деревьев, поскольку риск аварии там меньше. На Рыбацком озере часто бывает скверная погода, что вызвано так называемым межтропическим фронтом – полосой штормовой погоды, простирающейся от берегов Южной Америки до берегов Центральной Африки. Это как два соседствующих воздушных потока, вращающихся в противоположных направлениях, которые в конце концов сталкиваются, создавая эту полосу".

Так мы и бодрствуем, беседуя всю ночь.

8 августа

На рассвете я впервые вижу побережье Африки с его длинной изогнутой белой линией прибоя, просвечивающей сквозь утренний туман.

Появляется стюард со своим Флит-пистолетом 30 , чтобы продезинфицировать нас и защитить Африку от любых насекомых, которых мы можем завезти из Южной Америки. Парни в Клипере издевательски вопят, что сложно представить, как вообще можно таким образом навредить именно Африке. Но стюард непреклонен и порхает, опрыскивая нас, пока мы все не начинаем кашлять, задыхаться и чувствовать позывы тошноты. Затем он милостиво даёт нам жевательную резинку и настоятельно велит жевать, чтобы отрегулировать давление воздуха в ушах и прочистить их перед посадкой. Некоторые ворчат из-за того, что их так рано разбудили, но он объясняет, как опасно спящим людям резко снижаться с такой большой высоты, поскольку это может весьма негативно повлиять на их барабанные перепонки и вызвать длительную глухоту.

И вот мы над Рыбацким озером, отделённым от океана лишь узкой полоской суши. Мы кружим всё ниже и ниже и затем с уже привычным шлёпающим звуком ударяемся о воду. Несколько секунд скольжения среди брызг, покрывающих иллюминаторы, и всё позади, не смолкают лишь восторженные крики – мы в Африке, в Либерии, знаменитой стране слонов, куда в огромных количествах отправились после своего освобождения от рабства американские негры, основав неподалеку столицу Монровия, названную в честь президента США Монро.