Чтение онлайн

Герда!

Мы стояли на берегу соленого озера, крепко обнявшись, а точнее, попросту вцепившись друг в друга, суматошно целовались, тыкаясь губами куда придется, отстранялись, чтобы посмотреть на любимого человека, еще и так убедиться, что – да, здесь! – и вновь сжимали руки.

Потом я вдруг застыдился, что стою перед Гердой встрепанный, без камзола, в полурасстегнутой рубашке. Покраснел, отвел глаза. Взгляд тут же уперся в сидящего на хвосте Баккена, да и других Драконов я, как ни странно, заметил.

Меня словно ударили под дых. Почему Герда здесь?! Тут ей совсем не место, слишком трудно и опасно!

– Баккен! Вы постарались?

«Нет. Она прошла путями Драконов».

– Ларс! – схватив меня за плечи, Герда снова развернула к себе. – Ларс, я сама. Они не виноваты.

– Драконы не виноваты?

– Драконы…

Поняла, как это звучит, засмущалась и ткнулась лбом мне в грудь.

Я прижал ее к себе и зарылся лицом в пушистые, все еще пахнущие снегом и холодным океаном волосы. Милая, славная, добрая… Опасности, тревоги? Герды они не коснутся. Я за нее любому тиллу хвост оторву и ему же на рога намотаю, горы эти проклятые без лопаты срою. Главное – вместе. Моя Герда…

День прошел лучше некуда. Успели наглядеться друг на друга, сказать много радостных и путаных слов, даже поплакать. Герду огорчили мои исцарапанные в кровь руки и обветренные растрескавшиеся губы. Да ладно, бывало и хуже. И сейчас могло стать… Мы ведь могли больше не увидеть друг друга… Тут уже я сам разревелся от осознания того, как страшно и плохо было мне все эти дни и как тяжело пришлось Герде, представил, что творилось дома. И от слез этих вся жуть как-то незаметно отступила.

Потом я рассказал моей радости, что Баккен обещал доставить нас обратно домой. Мы решили, что сейчас к Драконам лезть не стоит, пусть оглядятся на новом месте, а завтра лиловому ящеру можно и напомнить о данном им обещании.

То, как Герда оказалась в теплой долине, мы так и не поняли.

Потом сидели, взявшись за руки, и смотрели на осваивающихся Драконов, отнюдь не пристально, со спокойным довольством, как пришедший с мороза путник любуется на огонь в камине, одновременно рядом с ним согреваясь.

И, провалиться мне в Безмолвную Бездну, я был счастлив.

Но пришел вечер, а за ним следом и ночь. А ночью надо ложиться спать.

Ну скажите на милость, что здесь такого? Сколько раз мы желали друг другу спокойной ночи, прежде чем разойтись по своим комнатам. Сколько раз сидели в обнимку и Герда склоняла голову мне на плечо. На Птичьем острове спали, для тепла прижавшись друг к другу, и даже строгий отец Оле не находил в этом ничего зазорного.

Но здесь мы совсем одни. Драконы не в счет, за весь день в нашу сторону даже не посмотрели. Вот и полезли в голову всякие мысли…

Откровенно говоря, я был не против. Но Герда… Понятно же объяснила, сколь важно для нее честное венчание. И вовсе не в красивом платье и фате тут дело. А я обещал ей ждать, сколько потребуется. Мои гордость и честь от обстановки и свидетелей не зависят.

– Герда, спать пора.

Моя радость медленно кивнула и каким-то обреченным жестом сцепила руки перед грудью.

Для ночевок я присмотрел глубокий сухой грот неподалеку от озера. Спать в нем на большом плоском камне, теплом, как и все здесь, можно было бы безо всяких дополнительных удобств, если б не было так жестко, поэтому из снятых вещей я соорудил вполне пригодное лежбище.

– Вот, Герда, ложись… То есть… располагайся, как удобно.

– А ты?

– А я у входа. Как и пристало рыцарю, буду тебя охранять.

Солнце уже удалилось на покой, а тонкий осколок горючего кристалла я оставил Герде, так что добираться до входа и укладываться на песке пришлось во тьме кромешной. Пол, или как тут это называется, между прочим, имеет уклон внутрь. Если буду во сне вертеться, вполне могу скатиться прямиком к Герде.

– Ларс, – раздался голос из глубины грота. – Ларс, ты здесь?

– Да.

– Ларс, ты там прямо на земле лежишь?

– На песке.

– Плохо. Замерзнешь ведь. Возьми! – Из темноты прилетела и шлепнулась мне в руки моя куртка.

Герда оказалась куда ближе, чем казалось. Темнота искажает чувство пространства.

– Спасибо. Ты как? Не страшно?

Герда промолчала. У нее там вообще было очень тихо. Уснула так быстро? И так славно, что и шевелиться не хочется? Но ей же должно быть неудобно в одежде. Шнуровка на платье, нижние юбки…

Ой…

Я ткнулся лицом в песок. Краснею легко, а сейчас точно сияю в ночи поярче рубинового кристалла.

– Добрых снов, – донеслось из глубины грота почему-то шепотом.

– Ага… И тебе… Добрых снов… До утра. Утром увидимся.

Проклятый песок царапал губы и набивался в рот. Тьфу, любовный напиток!

Я все-таки покатился кубарем, но не вглубь грота, а прочь из него. Если осторожно подойти к водопаду, можно и прополоскать рот, и умыться, и остудить горячую голову. Тогда, может быть, даже удастся уснуть. А утром… Утром видно будет.

«Стой, человек».

Я уже привык к безмолвной речи Драконов, но прежде всегда видел собеседника. Сейчас же, казалось, со мной говорит сама долина.

Колени уперлись в невидимый гребенчатый барьер.

«Остановись».

Встав на месте, я беспокойно заозирался.

Луна почему-то застряла между скал, да к тому же была перечеркнута вертикальной черной полосой. Не успел я этому удивиться, как рядом возникло еще одно такое же ночное светило. Дракон повернул голову.

Магт, Изначальный. Повелевающий временем, покровитель властителей и хронистов. Все Драконы имеют цвет, но этот прозрачен, словно горный хрусталь или лед.

Прежде, размышляя о Драконах, я всегда думал: как такое возможно? Видны ли кровь и внутренности, кости?

Нет. Сквозь тело Магта, как через хорошо вымытые стекла, видны были песок, скалы, всяческая мелкая растительность на них. Только проступали вдруг на мгновение, словно обведенные морозным узором, очертания головы, лап, хвоста. Да сияли холодным золотом глаза с узкими вертикальными зрачками. Совсем такие же, как у шедшего за мной в горах барса.