Чтение онлайн

Яромир приказал дружине не разбивать стана, пока они с Девонной не вернутся. Взяв жену за руку, как будто они боялись потеряться на берегу странного озера, Яромир двинулся к невидимому рубежу. Вдруг оба почувствовали, что их ноги ступают уже не по окаменевшей мертвой земле, а по мягкому мху.

Яромир присел на корточки возле кромки воды и осторожно тронул ее рукой. На пальцах осталась холодная влага. Девонна не сводила с него встревоженных глаз. Яромир зачерпнул ладонью немного воды и поднес ко рту.

– Вода как вода… – сказал он, попробовав. – Знаешь, Девонна?.. Я почему-то уверен, что все это без обмана: и деревья, и озеро. Может быть, тут даже живет какой-нибудь дубровник или лесовица, – Яромир сосредоточенно помолчал. – Да, это не одинокое место, – закончил он убежденно. – Они тут есть.

Две пары глаз блестели в зарослях. Хозяева озера украдкой наблюдали за пришельцами.

– Я думала, опять тот Темный вернулся, – тихо сказала девушка своему другу. – А это кто-то другой.

Затаившись среди ветвей, она с восхищением рассматривала Девонну.

– Красивая какая! Погляди, Райн!

Ее друг не сразу ответил. Он не отводил глаз от Яромира.

– Они как мы, – наконец сказал он, наклонившись к девушке. – Видишь, как этот большой человек любуется ею? Как я тобой. И они пришли, держась за руки, как мы с тобой ходим. Может, он хочет сплести ей венок?

– Да! – подхватила девушка. – Вот почему они пришли к озеру! Им нужны венки, как у нас.

Они рука об руку вышли из зарослей. На юноше был венок из водяных лилий. У девушки – из листьев и лесных цветов. Каждый, похоже, выбрал то, что ему по душе.

– Чудеса, – шепнул Яромир Девонне. – Лесовица и озерник. Никогда не слыхал, чтобы они жили парами.

Он не рассчитал, какой у хозяев озера был тонкий слух.

– Я не лесовица, – улыбнулась девушка. – Я человек. А Райн – только наполовину озерник.

– Мы люди, – добавил Райн. – Май – моя невеста. А кто вы?

– И мы люди, – тихо ответила Девонна. – Яромир – мой муж.

Стоя рядом с женой, Яромир в задумчивости разглядывал необыкновенную пару.

– Ветер в камышах озера поет тебе… – вдруг, не зная почему, очарованный какой-то особенной притягательной силой, идущей от этого человека, прошептал сын озерника.

– Да, знаю… – кивнул Яромир. – Теперь я и сам уже начал слышать, как поет этот ветер.

Юноша и девушка говорили на языке вардов. Судя по внешности – оба светловолосые, с серыми глазами, – они и впрямь были с запада.

– Как вы здесь очутились? – спросил Яромир.

Май оглянулась на Райна.

– Мы здесь живем, – девушка чуть нахмурилась, пытаясь вспомнить. – Мы раньше где-то еще жили… Давно, правда, Райн?

– Я не знаю, давно или нет, – он смущенно улыбнулся.

– Но ведь вы из Анвардена? – спросила Девонна. – Вы родились на западе, да?

Теперь Райн вопросительно оглянулся на Май:

– Мы оттуда?

– Анварден? Это так называлось? – Май снова задумалась, глядя на озеро, и вдруг встрепенулась. – Да, Анварден, я помню. Там строили большой храм. Он сгорел… – на глазах у нее неожиданно выступили слезы. Райн заметил это и обнял подругу за плечи.

– Не бойся, мы туда не пойдем! Ты боялась огня. Здесь нет огня… А вы тоже пришли оттуда? – быстро спросил он Яромира. И добавил с надеждой. – Вы будете жить с нами? Здесь хорошо, – начал рассказывать он. – Вот, это озеро я сделал для Май. И кувшинки, потому что она любит цветы. И водяную крысу, чтобы ее смешить. А Май сделала для нас луну и звезды…

– Для тебя, чтобы ты не грустил, – объяснила девушка. – Потому что ты все время боялся, что я исчезну, и ходил грустный.

– Я и теперь боюсь. Ты ведь не исчезнешь?

– Нет, никогда, – успокоила его Май и продолжала рассказывать Девонне. – Мы сначала хотели отсюда выбраться. Тут было очень страшно, пусто и темно. Совсем ничего не было. Но мы захотели жить в лесу, у озера, как раньше. Чтобы птицы садились нам на руки… и все время ходить в венке из цветов. Я боялась, что Райн уснет зимой и забудет меня. И мы сделали, чтобы не было ни осени, ни зимы.

– Но как вы попали сюда? – недоуменно повторил Яромир.

Украдкой от девушки юноша быстро приложил палец к губам, а потом беспечно и звонко воскликнул:

– Май! Ты же обещала показать им хорошие цветы для венков.

Девушка посмотрела на Яромира:

– Да. У тебя такая красивая жена. Пойдем, я покажу, где нарвать красивых цветов для нее, а ты сплетешь венок.

Яромир пошел за девушкой, бросив взгляд на Девонну. Он понял, что озерник хочет о чем-то рассказать, но не может при Май. Когда девушка и Яромир отошли, Райн тихо сказал Девонне.

– Понимаешь, мы умерли.

– Умерли? – печально и удивленно спросила небожительница.

Эти двое были вовсе не похожи на мертвецов. Они казались живыми и были по-своему счастливы, хотя потеряли память. Райн кивнул.

– Нас убили. Это ничего. Но я не хочу, чтобы Май об этом слышала. Она может испугаться. Она не помнит, а я помню, потому что ее убили раньше. Я подумал, что больше ее не увижу. Но меня тоже убили, и я увидел, что мы оба никуда не исчезли. Тогда все стало хорошо.

«Май – человек, она должна была попасть в Тюрьму мира? – мелькнуло у Девонны. – Райн – сын озерника, ему суждено было остаться в Обитаемом и опять возродиться весной…»

– А что было потом? – осторожно спросила вестница.

– Мы держались за руки и не хотели расставаться, – стал вспоминать Райн. – Мне казалось, я вот-вот усну, как озерники спят зимой. Но тогда я забыл бы Май. Я не хотел. А Май тянуло куда-то идти, она сама не знала, куда… Но она не хотела меня покидать. И она не дала мне уснуть, а я не отпустил ее одну. Мы очутились тут, в темноте, и заблудились. Мы прятались. А потом мы сделали себе озеро и луну, потому что не хотели жить в темноте… Пойдем к Май, а то она будет волноваться, – закончил сын озерника.

В это время Май привела Яромира на край холма, который обрывался в ничто.

– Там ничего нет. Вы оттуда пришли? – спросила она, опускаясь на колени на мягкий мох. – Какие тебе нравятся цветы? Какие ты обычно даришь своей красивой жене?

Яромир растерянно улыбнулся:

– Чтобы цветам расти, нужно солнце.

– Солнце? – переспросила Май. – Нет, все растет, как мы с Райном хотим. А день у нас никак не получается сделать. Солнце я не умею, только луну.

По холму росло много фиалок разных цветов и оттенков, от бледно-розовых до лиловых. Май стала их собирать.