Чтение онлайн

Через двадцать минут на ногах скрипнула новая юфть.
– Рихард в лагере?
– В машине. Он сказал, что ты пошел провожать женщину.
– Истый джентльмен. Чебу рахнулся я вчера. Осуждаешь?
– Нет. Даже развеселил.
– Ну, а как вы?
– Вчера солдата убили в управлении бригады.
– Как?
– Разбирали старую постройку. Спе шили.

Рухнула крыша и солдата убило.
– Ничего не понимаю. Разбирали, рухнуло, так и должно быть. Как солдат погиб?
– Разбирали изнутри. Балкой по голове.

– Все ясно! Солдата не убили, а забили! Бойня открыла свой страшный счет во тьме лагерей.

Л А Г Е Р Ь

– ---------------

– 1

Муля - это юмор с болью и злостью обреченных людей. Обязана она своим рож дением лагерям. Пробивалась она из-за частоколов каторги в бессмертных запис ках. Вспомните стихотворные чтения на каторге. "После первой строчки извест ных стихов арестант доходит, наконец, до слова "на небеси". Того только и на до. "Стой!
– кричит воспламененный поручик и мигом с вдохновенным жестом, об ращаясь к человеку, поднявшему розгу, кричит: - А ты ему поднеси!"

И заливается хохотом. Стоящие кругом солдаты тоже ухмыляются: ухмыляется секущий, чуть не ухмыляется даже секомый, несмотря на то, что розга по коман де "поднеси" свистит уже в воздухе, чтоб через один миг как бритвой, резнуть по его виноватому телу.

И Смекалов (поручик) уходит от наказания совершенно довольный собой, да и высеченный тоже уходит чуть не довольный собой и Смекаловым... (О поручике) "Одно слово, душа человек! Забавник!"

Бессмертна муля в лагерях. Пробивалась она и через густую паутину колючей проволоки лагерей главного управления. Лозунг Шепчинского на воротах Соловец кого лагеря "Соловки - рабочим и крестьянам". Муля Г.М. Осоргина в памяти на родной. Пробьется она и теперь из-за глухих дощатых заборов, разорвет заборы из колючей проволоки в двенадцать ниток да в несколько рядов и выйдет на суд людской.

Рота бетонных работ была брошена на строительство дороги. Уже были отсыпа ны первые десятки метров насыпи на дороге Бокало - Молчало (по названию дере вень). Болотная жижа хлюпала под ногами офицеров, склонившихся над планом до роги века длиной 1,7 километра. На насыпи появилась машина командира, поплыл ротный на доклад.

– Почему не отсыпаете насыпь?
– с вопроса начал командир, не дожидаясь доклада.

– Товарищ полковник, прекратили возить песчано-гравийную смесь. Должно быть, что-то случилось в карьере, - начал оправдываться ротный.

– Опять у вас причины. Сколько до поворота? Инженер, идите сюда, - прика зал полковник. Подошел инженер из Москвы. "Прораб" Сонькин, так стали назы вать парня с того дня.

– Почти сто метров до поворота, - товарищ полковник, - доложил Сонькин.

– Чтоб завтра к утру были на повороте. Вы меня поняли, инженер?
– спросил командир.

– Так точно, товарищ полковник, - отрапортовал Сонькин. Полковник прыгнул в машину и через несколько минут скрылся за поворотом, оставив нам следы про тектора и свой приказ.

– Что будем делать?
– поглаживая лоб, спросил ротный.
– Поворот, - тихо предложил Сонькин. Одно слово, Москва! Голова! Под вечер пришло несколько ма шин "Татра", и насыпь круто повернула влево. На следующий день командирская машина провалилась в свою колею и остановилась. Полковник довольный вышел к своим подчиненным, а подчиненные, довольные своим полковником, подошли к не му.

– Что, Сонькин, можете, когда хотите?
– спросил командир.
– Можем, товарищ полковник, кратко доложил Сонькин о выполнении приказа. Начальство покинуло нас в хорошем настроении. Командир роты и Сонькин обнявшись прыгали на кривой и орали во все горло:

" Вот - новый поворот, Что он нам несет?.."

Солдаты, как саранча с лопатами, брошенная на окучивание придорожных кюве тов, с удивлением и непониманием смотрели на своих командиров. Дикая радость двух офицеров распугала всех лягух на болоте.

Вечером мне пришлось оставить Бокало. Прощаясь, все шутили: - Последний, ты всегда там, где трудно?
– спросил меня ротный.
– Стараюсь, - сконфуженно ответил я.
– И там становится еще труднее!
– одновременно воскликнули ротный и "прораб" Сонькин. Я оставил дуэт из Бокало. Основной лагерь призвал меня к себе. Должно быть, там было трудно. Лишь поздно вечером добрался я до своей палатки. Кирко-мотыжный батальон уже спал.

– 2

После подъема личному составу, как небесным птахам, давали поклевать каш ки. Затем солдат с чувством голода попадал на развод. Именно на одном из та ких разводов кто-то заметил, что стали пропадать куда-то отдельные офицеры и солдаты. Куда девались одни - это было понятно. Большинство кадровых офицеров занималось поиском квартир, почему-то не устраивал их сервис лагеря. Куда де вались солдаты? На этот вопрос ответить могли немногие.

Капитан Деловани после развода поставил задачи. Андрусу поручил строитель ство магазинов. Ни один лагерь не может обойтись без военторга. Военторг это сладкая конфетка, да сосут ее не все, но об этом позже. Рихард с колонной "КАМАЗов" убыл на кирпичный завод. Его работу на ежедневных совещаниях стал отмечать комбат. Ротному Иванушке поручили строительство складов. Туда я и был направлен моим начальником.

Склады находились в километре от основного лагеря. По пути можно было по щипать горошку. Издали я увидел, как в районе складов на поле чудес опусти лись три винтокрылые машины. Большой Чук со свитой обрадовал всех своим появ лением. С небес и прямо в бой.

– Покажите мне, где у вас ось?
– заинтересовался Большой Чук. Ротный Ива нушка куда-то исчез, поэтому докладывать пришлось взводному Саратовскому Ча родею. Он подвел два десятка офицеров к деревянному колу, вбитому в землю, и сказал:

– Вот ось. Перед глазами офицеров был невзрачный кол, на котором была при бита рейка, а в ней три ржавых гвоздя.

– Это ось?
– вскипел Большой Чук.
– Ось, - ответил Чародей.
– Ось?! Ось...
– Это ось?
– перешел на крик полковник.
– Ось, - спокойно отвечал на все вопросы полковника взводный. Продолжаться диалог мог до вечера. Хватило бы сил у обоих, но прервал их майор Беспалый. После недолгих обмеров поля чу дес майор доложил:

– Это ось, товарищ полковник. Большой Чук, ничего не говоря, развернулся и пошел в сторону лагеря, и свита клином ринулась за ним по гороху.

– Хорошо идут. "Свиньей" - прошептал взводный.
– Последний, ты как раз вовремя. Помоги мне оси разбить.

– В таком случае, что это за кол?
– К этому колу бабка из соседней деревни привязывает свою козу, - сказал Саратовский Чародей, отрывая рейку с тремя ржавыми гвоздями.

– Интересно, поверили бы они тебе, что это ось, если бы к ней была привя зана коза?
– спросил я взводного. Чародей немного подумал, и муля была его ответом:

– Поверили бы! Они с ней из одного стада! Разбивка складов была закончена. До обеда еще было время. Я предложил Чародею пощипать горошку.