Чтение онлайн

Мало того, что глупость, так еще и обещающая кровопотерю! И все же мне хотелось смеяться. И не только: смеяться, петь, танцевать, тихо улыбаться или кричать в голос о том, как невообразимо счастлива...

Конечно, кричать я не стала. Просто встала, разделась и пошла мыться. Приняла душ. вытерлась насухо и оделась. К счастью, «Капля» предоставила тонкую синюю водолазку, брюки и белые носки еще до того, как я о них подумала.

Правильно. С сорочками мне сильно не везет, да и док чирикает за дверью. От его восторженных восклицаний уже в ушах звенит. Нужно будет потом что-нибудь со звукоизоляцией придумать. Стенки потолще сделать, например.

– О! Это невозможно! Необъяснимо! Антинаучно!
– в откровенно безумной эйфории взвизгивал толстячок, подпрыгивая около высоченного лагортианина, когда я решилась-таки вернуться на свое место.

На столе стояла корзинка с поклонами. Около нее висела знакомая синяя сфера, а капитан стоически терпел манипуляции целителя. Морщился, правда, но терпел.

Медик извлекал из сферы одну за другой непонятные штуковины. Прикладывал их то к спине, то к рукам, то к шее жертвы исследований, а потом запихивал обратно в синий шар.

При всей суетливости и видимой неадекватности, метания целителя все же имели некоторую закономерность. После каждого «доставания» или ощупывания Торадина, толстячок делал запись на прозрачном плоском экране, развернутом прямо в воздухе.

Сам экран был почти невидимым, а вот буковки темно-зелеными и... знакомыми? Присмотревшись, осознала: хоть и не понимаю смысла большинства терминов, в целом фразы незнакомого языка читаю, как будто они по-русски написаны. Любопытно...

– А почему я на вашем языке читаю?
– спросила, присаживаясь на узкий диванчик.

– Так ты и говоришь на всеобщем.
– отмахнулся Док.
– Ускоренная программа обучения. Активирована, когда шло лечение в стацкамере.

Мдямс... А я даже не заметила. Выходит, думала на родном, а говорила на чужом языке? Вот идиотка. Такого не заметить, надо совсем невменяемой быть... Хотя в этом дурдоме успокоиться и придти в себя и времени-то не было. Шок за шоком...

То вернувшаяся способность ходить, то Небо в обзорном окне, то осознание человекообразности пришельцев, то... Да чего уж! Сплошной каюк епть, если в двух словах. Кстати, о словах...

Задумавшись, припомнила любимые стихи. В голове они воспринимались вполне привычно. Никаких признаков иного языка... А если вслух?

– Каждый выбирает для себя женщину, религию, дорогу.

Странно... На слух текст тоже воспринимался, как всегда.

– Катя, это - твой родной язык?
– спросил вдруг Торадин.

– Да! Я что, по-русски говорила?

– Наверное, - пожал мужчина плечами.
– А что именно ты говорила? Очень красиво прозвучало.

– Это стихи, - в некотором отупении сказала. Выходит, если специально задумываюсь...- Это когда слова специально так складываются, чтобы напевно получалось.

– А зачем?
– озадаченно нахмурился Док.
– Это -бессмысленная трата времени.

– Зато красиво, - совсем потерявшись от постановки вопроса, ответила.
– Не все ж для дела. И для души что-то нужно.

– Душа?
– Док даже очередную фиговину отложил в сторону.
– Это какое-то божество землян? У многих рас есть объекты для поклонения, я знаю.

Открыв рот, какое-то время таращилась на толстячка. И как ответить?

– Если не касаться темы религий, душа - это ты сам. То, что отличает тебя от всех прочих, - выдала наконец.

– A, - целитель понимающе кивнул, возвращаясь к исследованиям.
– если на вашем языке так тело называется, тогда все ясно. Кроме того, зачем нужны эти стихи?

– Да нет, душа - это то, что внутри! То, что делает тебя живым, злым или добрым. Собой!

– Ох, - приборчик выпал из пухлых рук и закатился под стол.
– А лог-сканирование ничего подобного не выявило!

– О не-е-ет, - отчаявшись объяснить очевидное, застонала я, - Я не знаю, как объяснить! Просто не знаю, но без души человек - всего лишь кусок мяса. Вы же тоже все разные! Руки-ноги одни и те же, а внутри разные. Вот чем ты от Лишуга, например, отличаешься?

– Габаритами, количеством и соотношением мышечной и прочих тканей, размерами костей, составом крови, - начал сосредоточенно перечислять Док.

– Да как вы вообще живете, если разницу между друг другом так определяете?
– воскликнула в сердцах.

– Замечательно!
– обиженно насупился материалист от медицины.
– У нас самые совершенные в семи секторах космоса технологии, самые полные знания обо всем. Лагортиане - совершенная раса.

– И вымирающая, - добавил тихо Торадин.

– Уже нет! С кровью землян мы победим болезнь. Взять хотя бы тебя! Это же...

– Катя! Я, кажется, понимаю, о чем ты...
– прервал возмущенный клекот врача капитан.

Тут сфера издала переливчатое пеликанье и целитель, махнув рукой на философствования, кинулся к экрану. Несколько секунд жадно вчитывался в текст, периодически изумленно причмокивая и вскрикивая, а потом просто завис.

– Что там?
– Я заинтересованно подалась вперед.

– Это ошибка. Какой-то сбой! Такого не может быть, - Док сглотнул и принялся торопливо выстукивать на прозрачном экранчике.

– И долго ты еще Торадина мучить собираешься?

– Нужно время для повторного исследования и...

– Ясно, - поднялась и потянула капитана за собой.
– Пусть для чистоты эксперимента данные свои у спящего собирает, -буркнула, кивая на диван.

– Если ты устала, может, к себе пойдешь?
– неуверенно предложил лагортианин, покосившись на дверь спальни.

– Нет уж. Я тебя одного этому фанатику на растерзание не оставлю.

Торадин улыбнулся:

– Ты ведь понимаешь, что док для меня неопасен, - скорее просто сказал, чем спросил.
– И все равно переживаешь?

– Опасен - не опасен, - ворчливо буркнула, отворачиваясь.
– Пока он не успокоится, никуда от тебя не уйду - и баста карапузики.

– И за что мне такое счастье?
– тихо рассмеялся мужчина, поднимая на руки и усаживаясь вместе со мной на диванчик.

– Это ирония или всерьез?
– не удержалась от шпильки.
– Или уже утомила своим присутствием?

Шутки шутками, а сомнения еще были. Смутные, невесомые, но были. Пусть жесты, тон, улыбка говорили об обратном, но все еще так свежо, неверно... Слишком быстро, слишком необъяснимо...