Чтение онлайн

Что же остается, есть ли какой–то резерв? Может быть, что–то не задействовано? Полагаю, что в ситуации дезинформации и маскировки не достаточно задействовано то, что в Писании заповедано как «различать знамения времен». В разведке «знамения времен» — это разведывательные признаки. Именно признаки (иначе — «уши сущности», которые торчат над формами бытия) объективно проявляют подготовку тех или иных действий, что затем и позволяет делать разумные заключения относительно того, что же реально, а что ложно. Более того, именно работа с признаками дает возможность строить не умные сценарии перспективы как продолжения линейных трендов, но закономерные модели того, что будет. Рисовать «историю будущего» в ракурсе сознания противника не как текст, а как целостный образ. И потом проверять не истинность понятий, но адекватность полученных представлений. То есть не только подтверждать или опровергать версии и гипотезы практикой развития событий, но и предвосхищать их. А именно: если случилось одно, то по модели случится и следующее.

На конференции был высказан и такой принцип работы разведки и управления процессами (он звучал в основном в докладах израильской стороны), как своевременность. Должен сказать, что управлять своевременно нельзя без признания и понимания того, что практически все важнейшие процессы протекают циклически. Если же признать, что процессы все же идут циклически, что за хаосом следует порядок, потом некоторая точка перелома и опять хаос… и так витками развития, раз за разом; если понимать, что события — это не какие–то метки на «линейке прогресса», а этапы цикла, тогда можно выявлять периоды перемен в процессах бытия.

Например, известные «волны Кондратьева» в сфере производства мировой экономики как раз и являются такими периодами, связанными со сменой технологических укладов. С этой точки зрения можно, на мой взгляд, искать несущие «волны исторического поля», «тактовую частоту» той или иной цивилизации и наложенные поверх этих волн «частоты модуляции» мировых проектов. И эти поиски, как я считаю, будут давать важнейшие подсказки и наводки для более детальной работы разведки по вскрытию тайн планов и замыслов. Прежде всего, тайн мировых проектов, поскольку здесь особенно все очень плотно закрыто.

Далее. В войне побеждает дух. Роль духа была известна всем великим полководцам. И именно эта часть пути к победе чаще всего упускается современной наукой, не отражается рациональным анализом. Поскольку… ну как это можно иррациональное чем–то мерить? Однако если взять так называемый «Квадрат Наполеона», где главное -это страх и расчет, то дух побеждает и страх, и расчет, и ум, и волю. И А. В. Суворов с его «Наукой побеждать», и другие русские полководцы и флотоводцы (Ф. Ф. Ушаков, например) роль духа блестяще подтверждали своими победами. По моему мнению, только разведка -и связи с тем, что она все же не наука, а в какой–то степени искусство, в какой–то степени опирается на чувство, — может в своих оценках объединить рациональное с иррациональным.

В связи с этим я хочу особо подчеркнуть, что в нынешних условиях, в условиях движения человечества к постиндустриальному информационному обществу, роль иррационального в мировых проектах, в их «историях будущего» оказывается, как ни странно, все более важной. И поэтому я считаю, что разведка, будучи способной собрать в единую картину и интуицию, и волю, и умный расчет материальных факторов, сможет через соединение рационального и иррационального добиваться побед в постиндустриальных войнах — войнах информационно–психологических, где объектами атаки будут человеческий разум как инструмент различения и суждения; память поколений как генетическое (кровь) и архетипическое (культура) хранилище смыслов бытия; мышление как способность человека творить новое небывалое и воля людей как источник их тяги к действию.

Продолжение темы «Наука побеждать» генералиссимуса А. В. Суворова

По–русски «победа» — это одоление беды. А наипервейшая беда в России, по авторитетному мнению компетентных предков, — это дураки и дороги. Может быть, по причине дураков вождь революции неимущих (пролетариев всех стран) и основатель советского государства В. И. Ленин, невзирая на «национальную гордость великороссов», завещал потомкам: «Учиться, учиться и учиться!» А величайший полководец российской истории А. В. Суворов не считал зазорным, но почитал долгом научить каждого русского чудо–богатыря «понимать свой маневр»! Его краткое наставление «Наука побеждать» есть образец точности и образности научения воина основным способам элементарных военных действий.

На рубеже XX и XXI веков по Рождеству Христову военные действия (налет, засада, осада, штурм и проч.) распространились на виртуальное пространство электронных средств массовой информации. Захватили компьютерные системы управления. Проникли в социальные сети бизнеса. Информационное поле стало полем боя. И с 1998 года Объединенный комитет начальников штабов ВС США первым выделил информационно–психологическую войну в отдельный вид военных действий.

Победа в бою — это искусство, ибо стечение обстоятельств, расклад сил, условия обстановки всякий раз складываются по–особому, неповторимо, уникально. Таким образом научить–то и можно только чему–то элементарному, повторяющемуся и подтверждаемому на практике в ряду схожих обстоятельств. А стабильными в хитросплетениях жизни, как правило, остаются лишь опорные смыслы бытия (устои сознания), способы их кодирования сигналами общения (язык) и структура взаимосвязей смыслов друг с другом (матрица поведения).

То, что имеет смысл, называется информация. А то, что способно сделать работу, называется энергия. У людей энергией жизни заведует психика (душа).

Небополитика утверждает, что психическое в человеке (душа живая) имеет:

два непреложных свойства: сознательное и бессознательное психическое.

три обостренных состояния: память, мышление и воля (вместе разум).

четыре асимметричных (по кресту) формы взаимодействия: логика — эмоции: интуиция — ощущения.

Эти внешние формы и выступают объектами атаки.

Таким образом, информационно–психологическая война имеет два основных театра военных действий (ТВД): информационное поле «войны смыслов» и безынформационное, чисто энергетическое поле «войны нервов».

На переходе человечества из индустриального общества потребления товаров и услуг в информационное общество экономики знаний цель «войны смыслов и нервов» (ВСН) состоит в захвате будущего, видимого как господство в сфере разума.

Господствовать в сфере разума — значит овладеть памятью поколений как хранилищем смыслов бытия; значит навязать выгодные алгоритмы мышления как способности творить новое, небывалое; значит взять под контроль волю как канал энергии того, что называется духом.

Образ победы в «войне смыслов и нервов» — это переформатированная матрица поведения побежденных с подменой базовых ценностей, желаний и мотивов; это расстройство языковых кодов мыслительного аппарата противника (потеря им интеллектуального суверенитета); это мобилизация (напряжение) энергии масс у своих и демобилизация (расслабление) у чужих.

Задачи «войны смыслов» сводятся к разрушению традиционной картины мира, этических и эстетических координат сознания, догматов веры, порядка истории.

Способами «войны смыслов» выступают:

подмена символов и манипуляция образами;

переосмысление фигурального в буквальное;

замена однозначного многозначным;

сведение оригинального к универсальному;

подлог мнимым.

Задача «войны нервов» — добиться реакции верного и четкого отзыва на сигнал управления у своих и подпустить вирус торможения рефлексии (апатию) или изматывающего ситуационного возбуждения на частности (деструкцию) у чужих.