Чтение онлайн

За прямоугольником дверного проёма разгорался жаркий закат. Я почувствовала тепло инопланетного солнца на своей коже и зажмурилась, переступая порог. Подошва моего белого берца мягко коснулась сухой травы. Я посмотрела вниз. Обычная желтоватая трава, как засушливым летом на любом австралийском газоне.

— Маленький шаг для человека и большой шаг для человечества. — Затаив дыхание прошептала я.

Всегда втайне мечтала повторить эту великую фразу Нила Армстронга… И вот. Сбылось.

А затем, внутренне трепеща от эпохальности момента, подняла взгляд и шумно вздохнула.

Я стояла на небольшом холме, с которого открывался вид на объятые туманом далёкие тропические дебри. По яркому оранжево-розово-голубому небу над ними стремилась к горизонту звезда этой системы. Где-то вдалеке летела стая крупных птиц, их мелодичный стрекот был похож на нестройный перебор мажорных нот на флейте. Справа и слева возвышались циклопического размера гранитные скалы. Но и они не были безжизненными — на их уступах, словно на выдолбленных в камне террасах, росли высоченные пальмы… Точнее, деревья, которые больше всего напоминали пальмы, и другая сочная зелёная растительность.

Воздух на другой планете пах влажностью, сладкими цветами и горькими травами. После душного сырого подвала им просто невозможно было надышаться.

— Арвада басарм! Эра! Эра!

Собиратель пихнул меня в спину, заставив очнуться от этой красоты вокруг и обернуться. Дверь в подвал представляла собой металлический шлюз с ручкой-вентилем, установленный в деревянную дверную коробку, вмонтированную прямо в скалу. Конечно, она толком не закрывалась! Дверь, судя по внешнему виду, весила килограмм двести. Только идиоту могло прийти в голову установить её таким способом.

Если собиратель ко всем видам ремонта имел сходный подход, то совсем неудивительно, почему до сих пор не смог починиться и улететь с этой планеты.

Меня снова толкнули в спину.

— Басарм! Басарам!

— Да иду, иду…

Мой «временный владелец» на свету оказался ещё «краше». В тёмном подвале было не разглядеть его сальной смуглой кожи с мерзкими сосудистыми звёздочками, какими-то рельефными прожилками и торчащими венами по всему телу.

Была бы к тому же слюнявой, его можно было бы сравнить с садовым слизнем. Бр-р… Хорошо, что я «не в его вкусе»! Страшно подумать, если бы было наоборот…

Собиратель повёл меня вниз с холма, между скальных выступов и деревьев. Чем ниже мы спускались, тем более влажным становился воздух и выше тропический лес. Нас обступали высокие незнакомые деревья, они сплетались кронами над нашими головами, не позволяя солнцу пробиться к земле.

Чуть погодя, между их кряжистых стволов начали появляться обглоданные ржой остовы больших металлических конструкций. В какой-то момент мне даже показалось, что я вижу знакомые очертания землянского дредноута с увитыми лианами дулами Громозеки на центральной башне, но Господин Собиратель больно пихнул меня между лопаток и пришлось прибавить шаг.

Вокруг тропинки то там, то здесь, стал попадался разномастный хлам в ящиках, накрытый полиэтиленом или брезентом. Словно бы его тащили в склад на холме, но забили на это на полпути. Ещё немного вниз с холма, и вокруг запахло костром, вкупе с чем-то химическим. Словно прожигом от двигателя внутреннего сгорания или палёным, хорошенько так поношенным носком.

Неловко перепрыгнув глубокую лужу прямо посреди тропы, скопившуюся из-за высокой влажности и отсутствия солнца, я, оскальзываясь на жидкой грязи, взобралась на пригорок. С него взгляду открылась очень большая площадка, устроенная на плоском скальном выступе.

По правую руку от меня, загораживая солнце, на мощных многосоставных опорах стоял гигантский космический корабль тарелкообразной формы. Такой, пожалуй, сошёл бы за половину от нашей самой маленькой станции — «Гекаты», на которой одновременно проживали около двух сотен человек.

По левую же развернулся целый лагерь, с дымящимися кострами, купольными палатками и шатрами. И народу в этом лагере было человек тридцать-сорок… хотя, о чём я? Каких ещё человек?!

Большинство, как и «Господин Собиратель», были похожи на слизней — сто процентов являлись представителями одной с ним расы. Хоть и не у всех висели сиськи, а морды напоминали фото рыбы-капли из учебника биологии.

Было здесь навалом всякого космического сброда… Я вообще не ксенофобка, но это можно было заключить исходя из их непрезентабельного внешнего вида и поведения.

Инопланетяне шатались по лагерю и занимались своими делами, будучи одетыми не лучше бомжей. Не стеснялись харкать себе под ноги, пердеть, рыгать… А еще я почти уверена, что видела, как какой-то урод, не иначе как плод порочной связи ламантина с носорогом, мочился на ободранное кресло пилота, с интересом провожая меня взглядом. И всё бы ничего, если бы в том кресле кто-то не спал, до глаз укутавшись в облупленный кожаный плащ.

Мой надзиратель что-то заверещал быстро на своём корявом наречии и, схватив меня повыше локтя, потащил в сторону от основного лагеря. Провел через него, не обращая внимания на таращившихся на нас зевак и их оклики. Довёл до высоченного забора, построенного из грубо обтёсанных деревянных кольев и толстенных лисов брони, явно снятых с каких-то космических кораблей. А после, всё также, не останавливаясь, вывел за широко распахнутые ворота.

За периметром укреплённой базы собирателей, как оказалось, тоже жили люди… Точнее, конечно же, совсем не люди. Однако палатки здесь стояли куда более скромные, да и инопланетяне попадались какие-то хилые, словно бы больные или недоедающие. А ещё злые… Если внутри базы на меня смотрели скорее с интересом, то сейчас таращились с нескрываемой злобой. Почему, интересно было бы узнать? Хотя… может, всё дело было в тех, к кому меня вели?

Посреди этого инопланетного гетто, сложив на груди руки и подобравшись, словно испытывая крайнюю степень пренебрежения ко всему окружающему, стояли пожиратели в своих землисто-зелёных маскировочных балахонах.

На ускользающем закатном свету их было видно лучше, но лица хищников по-прежнему оставались скрыты. Оба высокие и широкоплечие, один чуть крупнее и выше другого. Из-под балахонов хищников, заканчивавшихся чуть ниже колена, выглядывали тёмно-зелёные штаны свободного кроя, заправленные в высокие чёрные берцы. Лапы их наверно можно было бы назвать руками, если бы вместо ногтей у них не росли толстенные чёрные когти.

…М-м… уверен, пожиратели тоже сейчас предвкушают, как она будет кричать и отбиваться до последнего, когда они станут вонзать в неё свои когти и рвать клыками мыш-шцы…

Слова Эджу возникли в моей голове, до дрожи пробрав напряжённое тело.

Один из пожирателей, тот, что был покрупнее, поставил ногу на большущий вытянутый ящик перед собой и пихнул его в сторону Господина Собирателя. Мой владелец, радостно потирая толстые четырёхпалые руки, сразу же направился к нему, оставив меня жаться на месте под прицелами хищных взглядов.