Чтение онлайн

— Наверно номерок хотят взять… — Истерично хохотнула Анна. — Ив ведь как раз рассталась с Заком.

Мне бы наверно стоило её осадить, но юмор — это иногда единственный способ борьбы со стрессом.

— Лило, признавайся, это ты им шепнула координаты нашего корабля?

Подруга пихнула меня в плечо.

— Я же тебе говорила, что стоит расстаться с этим придурком, как за тобой очередь выстроится. Вот, смотри! А ты не верила!

Я улыбнулась. Не страшно…

Не страшно умирать плечом к плечу с друзьями.

Не страшно умирать за родную Землю.

Не страшно… Не страшно… Не страшно…

Я развернула боевую машину мордой к А-2 и на мгновение вошла в его огневую зону, тут же свернув вверх, а затем, ещё до того, как он успел среагировать и развернуть свой громадный неповоротливый корпус, направила на него плазменные пушки. Мой заряд прочертил две параллельные полосы в его бронированном фюзеляже. И поначалу ничего не происходило, а потом внутри него что-то взорвалось, превратив опасный неопознанный А-2 в быстро затухающий огненный шар.

В кабине на этот раз было тихо. Все понимали, что этот манёвр на самом деле мог стоить нам жизней.

— Чёрт… что это? — Сипло сказала Лило, прилипнув к своим мелким мониторам с кучей данных.

— Лило! По форме!

— Капитан! Наблюдаю странную волновую активность в зоне уничтоженного А-2. Она распространяется, движется на нас…

Я развернула двигатели, чтобы выйти из зоны поражения, но «волна» накрыла нас ещё до того, как завершился манёвр. Это было похоже на отключение компенсатора перегрузок. Меня с неимоверной силой толкнуло на ремни. Я почувствовала, как кровь пошла носом от резко скакнувшего вверх давления. В моих ушах зазвенело.

Но всё стало ещё хуже, когда за взрывом последовала обратная волна. Она, словно морской тягун, потащила нас в сторону обломков А-2 с такой силой, что мощным двигателям истребителя даже не удалось удержать нас на месте. Мы с предельной скоростью полетели назад, а потом мир перед моими глазами погас…

Я пришла в себя от громкого визга датчиков и перемигивания лампочек на панели. Они стробоскопили, словно на Рождественской ёлке, призванной доводить до приступа эпилепсии. Первым делом, как учили, посмотрела на часы в углу экрана и на запястье. Сверила время.

Три минуты. Я отключилась примерно на три минуты.

— Веласкес? Рублёва?!

Экипаж не отозвался. Я обернулась — девчонки были ещё в отключке.

Зарычала от досады и принялась самостоятельно проводить диагностику. Карта окружающего пространства отказывалась подгружаться. Судя по данным систем, мы набирали скорость независимо от работы собственных двигателей. Это могло означать только одно: мы попали в зону притяжения крупного космического объекта и со всей возможной скоростью неслись к его поверхности!

— Энни! Лило! Вы нужны мне, очнитесь же! — Заорала я, что было сил.

— Капитан?

Первой пришла в себя Веласкес.

— Лило! Данные о системах, готовность ноль, заблокировать боезапас. Растолкай Анну, если сможешь!

Я отщёлкнула нужные тумблеры, взбодрила автопилот и перешла к попыткам реанимировать карту. Если мы падали на Луну, ни в коем случае нельзя было попасть в поселение — там жили тысячи людей! Хватит и наших трёх жизней за раз. Нужно было сманеврировать, чтобы избежать попадания. Вот только как здесь сманеврируешь, если просто не знаешь, куда летишь?!

— Капитан, данные карт недоступны! — Анна очнулась и тут же вернулась к работе. — Связь отсутствует. Обратный сигнал… обратный сигнал не пробивается. Я не могу выйти на контакт даже на коротких волнах!

— Но все системы связи исправны! — тут же перебила её Лило.

— Это что-то другое… Мы словно не там, где должны быть…

Голову навылет прострелила страшная мысль. А что, если мы каким-то образом скакнули в пространстве и падаем на Землю? Что, если гравитационное искажение при прыжке вывело из строя датчики пространства и приема-передачи сигнала? Пустые, в отличие от нас, обладали технологией гиперскачка или гиперперехода. Так они и оказывались возле нашей планеты, прибывая хрен его пойми откуда.

У землян она ещё только была в разработке… а если сказать на чистоту, то мы просто не представляли как это работает! Известно было только одно — скачек сминает пространство, как лист бумаги и в его зоне наши приборы ведут себя совершенно как хотят. Так что, если взрыв спровоцировал активацию межпространственного гиперперехода на А-2?

Я ещё раз попробовала стабилизировать корабль и сбежать с траектории падения, но это было невозможно. Наш корабль был слишком большим, чтобы выйти из зоны гравитации крупного космического объекта, к которому мы неслись… Слишком большим…

Слишком большим… но маленькие смогут! Полетят куда хотят, как семена одуванчика на ветру…

— Экипаж! — Громко скомандовала я. — Эвакуация! Привести сидения в положение лёжа!

— Ив Сандерс, не смей! — Зло взвизгнула Лило, поняв мой план. — Вместе до конца!

— От вас тут всё равно никакого толку! — Прорычала я, боясь обернуться. — Луна это или нет, мы упадём!

— Тогда нужно эвакуироваться вместе! — Крикнула Анна.

— Нет. Если это… если это Земля, я попробую снизить скорость падения, после входа в атмосферу. Воздух позволит переключить двигатели.

— Земля?

— Боже… — Догадалась Анна. — Ты думаешь, мы могли провалиться в окно гиперперехода?

— А если нет? — С болью в голосе отозвалась Лило. — Если это не Земля или у тебя ничего не выйдет?

— А если нет, то нам тем более нет смысла всем умирать. Это приказ, слышите?!

— Так точно, капитан!

— Так точно… — Всхлипнула Анна.

— Выполнять!

Одной рукой я решительно вытянула из штанов ремень и туго примотала им свою руку к ручке управления кораблём. Это нужно было на случай, если я опять отключусь или ослепну от перегрузки… И ещё чтобы не поддаться панике в самый последний миг перед смертью.

Во времена, когда корабли ходили ещё только по морям, капитанам было должно последними покидать своё судно или уходить на дно вместе с ним. Так что в этом не было ничего особенного или героического, я просто продолжательница старой традиции. Пусть я и не полноценный капитан, а только кадет…

За спиной сработал один пусковой залп. Другой задержался. Я обернулась. Анна сидела на месте и смотрела на меня с выражением ледяной решимости на лице.