Чтение онлайн

Генеральный опять бубнит в ответ, так и представляю, как он потеет, словно двоечник у доски. Так-то. Только на нас и может тявкать, а как до дела дошло, Паша мямлит. И мне его ни капельки не жаль.

– Это кто там буянит? – перегнувшись через стол, спрашиваю Антона, который один единственный задержался в офисе.

Тоха белый, как мел, сидит, не моргая и вцепившись побелевшими пальцами в презентационную папку.

– Юдин, – шелестит он в ответ. – Маринк, я больше не могу с ним…

– Что? – выпадаю в осадок я.

– Это он из-за меня орет, а потом Пашенька меня со свету сживет за то, что ему сейчас приходится выслушивать.

– Да ладно тебе! Бывают кошмарные клиенты, ты-то тут причем?

– Так уже было, Курицыну после Юдина три часа Пашенька трепал в своем кабинете, как утка дождевого червя, а потом у нее все проекты были за городом, хотя он знает, что машина у нее в сервисе надолго, а ребенка надо забирать из сада в шесть. А Милову после отстранения от Юдинского проекта перевел на полставки, мол, раз с объемом не справляется, то и нечего рассчитывать на крупные заказы. А полставочные объекты – это все муниципальные, денег там почти нет, процент никакой.

– Ну, Тош! Ну погоди расстраиваться! Может, обойдется еще… – уговариваю я Антона не паниковать, хотя в глубине души понимаю, что он прав. Пашенька на дерьмо изойдет и всех забрызгает.

– Я не хочу за город и не хочу на полставки! – истерично шепчет коллега. – У меня второе высшее! Мне надо его оплачивать!

Я с сочувствием смотрю на худощавого паренька в очках, какой же он еще молоденький. Я сама сопля соплей, но он вообще только универ закончил. Месяц назад диплом получил.

– Неужели никак ему не угодить, этому Юдину?

Антон отчаянно качает головой:

– Я все делал, как он говорил. Все учел. Все с ним согласовал. А оказалось, что «надо было думать и своей головой, и за что я вам плачу, если я все сам сделал»?

М-да, что тут скажешь.

С одной стороны, мужик, конечно, прав. С другой – не верю, что Антон сделал прям что-то некачественное. Какого рожна этому Юдину вообще надо?

Вздрючка за дверями все набирает обороты, я бы подождала ее завершения с Антоном, чтобы поддержать его, но непонятно, как долго клиент собирается выговариваться.

– Иди, – мотает головой Тоха в сторону двери. – Пашенька тебя застукает на работе, поймет, что ты слышала это разнос, и к тебе будет докапываться. Сваливай.

И я, прижав зонтик к груди, малодушно следую Антонову совету.

А вот во второй раз мне удалось одиозного клиента лицезреть своими глазами.

Увы, разглядеть его подробно у меня не получилось, но впечатление я составила.

Это произошло парой недель позднее.

Противнейшим утром я забегаю в офис. Июнь выдался дерьмовый, если на мой вкус. Теплый, но дождливый. Мама только радуется, что огурцы на даче чувствуют себя великолепно, но я-то не огурец! Из-за повышенной влажности все мои усилия по выпрямлению волос идут псу под хвост, отчего я напоминаю беглеца из психушки. Стоящие дыбом кудри только теоретически хорошо вписываются в образ дизайнера, а по факту, я просто выгляжу так, как будто мной все утро утюжили простыни.

Ворвавшись за три минуты до начала рабочего дня, я облегченно вздыхаю.

Не так я себе представляла дизайнерскую карьеру. Думала, что у меня будет свободный график, но розовые очки мне разбили в «ЛюксИнтериор» уже на второй день после приема. Вот хоть убей, не пойму, зачем нам высиживать утро в офисе, если мы и так работаем ненормированно, но в основном на выезде? И какая разница, где я буду клепать проект: здесь или в кафешке на набережной? Разве в бизнесе главное не бабосики?

Обычно по утрам у нас оживленно. Все пьют кофе, треплятся, а сегодня тишина стоит. Напряженная такая.

И благо бы все были заняты работой.

Нет.

Все сбились в кучку возле кофеварки и затравленно смотрят на директорские двери. Я вопросительно смотрю на Инну Олеговну, она шепчет: «Юдин».

Моя попытка пройти на рабочее место совпадает с отворением врат ада: из Пашенькиного кабинета выходит крупный мужик. Первое, что мне бросается – в глаза идеальная стрижка, каштановые с рыжинкой волосы лежат безупречно, это бьет мне по нервам, потому что я представляю, во что превратилась моя укладка. Уже потом я замечаю насупленные широкие брови, ухоженную небритость и мрачную ауру.

Мне хочется срочно втянуть живот и слиться с обстановкой.

– Честно говоря, я уже устал с вами встречаться, – оборачиваясь на Пашеньку, выговаривает посетитель. – Я любовницу реже вижу.

– Мы все исправим в кратчайшие сроки, – лебезит генеральный.

– Где-то я уже это слышал, – морщится Юдин. – И мое терпение на исходе.

Не слушая дальнейшие лепетания, направляется к двери. Проходя мимо, обдает меня мускусным ароматом парфюма. Армани, кажется. Запах не сшибает с ног, но словно оседает на мне и кружит голову.

Я удостаиваюсь мимолетного взгляда, который лишь на миг застревает на моих кудряшках.

Уже на выходе, Юдин на прощанье обещает:

– Если мне еще раз придется сюда приехать не для подписания акта о проделанной работе, мы с вами встретимся в суде, Павел Андреевич, – его взгляд снова возвращается ко мне, ну еще бы, я сейчас выгляжу особенно восхитительно! – Я не терплю непрофессионализма и некомпетентности.

И это звучит так, будто он обращается ко мне!

Да что он себе позволяет?

После того случая проект перекочевал к Ане Лялиной, но судьбу многострадального дизайна я не отслеживала. Видать, опять Юдину что-то не зашло.

Даже уже интересно, что ж у него там за хотелки такие, которые шесть дизайнеров не смогли удовлетворить.

Есть, конечно, вероятность, что Юдин просто сам по себе придурок.

Хотя за то, как он раз за разом размазывает моего начальничка, я готова простить ему многое.

Так бы слушала и слушала.

– Я Пашеньку придушу, – обещаю я.

– Дуй-ка ты на объект, если не передумала увольняться, – вздыхает Инна Олеговна. – Ключи, документация – все на Анином столе. Телефон прораба я тебе скину, но лучше бы тебе вечерком Лялину набрать, пусть озвучит, чего у них там не сошлось, чтоб не повторять ошибок.

– Блин, сегодня пятница. Пробки с обеда, все на дачу мчат. У него где объект-то? – тру ладонями лицо, уговаривая себя смириться.

– На Солнечной. Коттеджный квартал. Адрес не помню, все у Аньки.